Наши голоса звучали одинаково хрипло, до ужаса неприлично и тихо.

И это «милая» предназначалось именно для таких моментов, — когда не существовало никого и ничего, кроме нас.

— Люблю тебя, — я, наконец, сказала ему об этом, и в тот же момент поняла, как давно и сильно мне хотелось это сделать.