– Форбес осознавал, что оставаясь моим сыном – по крайней мере, по документам, – в глазах окружающих он всегда будет ублюдком. Скрыть это было бы невозможно. А будучи усыновленным дедом, он словно начинал жизнь с чистого листа. В академии, где мальчик учился, никто не подозревал о его истинном происхождении, и даже уши не были помехой – его гипотетическая мать вполне могла быть эльфийкой, якобы умершей, когда он был еще младенцем. Его дед был к тому времени вдовцом, мать человеческой расы не смогла бы самим своим существованием опровергнуть эту теорию. В итоге он порвал все связи между нами, и я уважал его решение. А потом случилась та ужасная история с моей женой… Мне стало уже не до воспоминаний о Форбесе.

– А что случилось? – спросила Лапка, когда дракон замолчал. Сама я не решилась, потому что в глазах дракона мелькнула настоящая боль.

– Я тебе все расскажу, – пообещал Томас, и магистр Килиан посмотрел на него с благодарностью и облегчением.

– В общем, о своем пасынке я вновь вспомнил лишь во время той заварушки с мракобесами, когда выяснилось, что его сын был правой рукой руководителя той секты. А теперь вот – новый привет из прошлого. Ты.

– Простите, – смутилась я. – Не хотела напоминать вам о печальном.

– Ты напомнила о радостном. О том времени, когда Форбес был совсем малышом. Я любил этого мальчика. К сожалению, я не знал других его внуков, но рад, что половинкой нашего Томаса оказалась ты, Риони. Добро пожаловать в семью.

– Спасибо, – я запнулась и неловко продолжила: – дедушка?

Грянул дружный мужской хохот, лишь синий дракон слегка наигранно застонал.

– Просто Кил. Если сложно, пусть будет «дядя Кил», на дядю я еще согласен. Но, умоляю, только не дедушка!

– Хорошо, – послушно согласилась я, понимая, что вряд ли в ближайшее – а то и в более дальнее – время хоть как-то обращусь к дракону.

– Ну вот, все и выяснилось, – отсмеявшись, улыбнулся Гейб. – Думаю, теперь…

О чем именно он думал, сказать перевертыш не успел, потому что, раздался какой-то звук, вроде коротенькой, повторяющейся мелодии, и исходил он от фиолетового дракона. Тот полез в карман, достал какую-то штучку – звук стал громче, – положил ее на стол ректора, ткнул пальцем, и мелодия оборвалась. Зато над, как я понимаю, артефактом связи, о котором я только слышала, но вживую видеть не доводилось, появилось изображение мужчины с темно-зелеными волосами.

Еще один дракон.

– Рик, ты в академии? – поинтересовался он, не здороваясь.

– Да, дедушка, – откликнулся магистр Ардерик. Этот дракон против подобного обращения не возражал, хотя выглядел ровесником магистра Килиана, да и магистра Ардерика тоже.

– Отлично. У меня тут слегка безумный пришелец из иного мира, только что получивший указания, где искать свою истинную пару. Открой ему проход в академию, а то он порывается к вам лапами бежать, совершенно не зная дороги.

– Компас изобрели даже в этом мире, – послышался чей-то недовольный голос, и Гейб с Томасом переглянулись, совершенно одинаково подняв брови. – Но если мне откроют портал, буду очень признателен.

– Добро пожаловать, – фиолетовый дракон повел рукой – и прямо в кабинете открылся портал, через который внутрь шагнул еще один перевертыш.

У этого волосы были светлыми, коротко подстриженными, и одет он был… Ну, точно не в местную одежду. Уронив на пол большую сумку и задвинув ее ногой под стол ректора, он оглядел присутствующих и обратился к Гейбу.

– А Томас сейчас здесь? Он ведь должен быть в академии. Можно его позвать?

– Здесь. И даже звать не надо, – откликнулся разыскиваемый, снимая с шеи личину.

Вновь прибывший оглянулся на голос, его глаза довольно сверкнули, потом он осмотрел меня, особо внимательно – как Томас меня держит на коленях, заботливо обнимая, после чего расплылся в счастливой улыбке.

– Значит, ты ее уже нашел?

– Да, как видишь, – кивнул Томас. – Риони, познакомься – этот забывший об элементарной вежливости субъект – мой, точнее, наш с Гейбом братец Синклер. Помнишь, я говорил тебе о брате, который издает здесь книги иного мира? Так это он.

– Здравствуйте. – Я смущенно посмотрела на еще одного перевертыша, испытывая неловкость от того, что сижу на коленях у Томаса, а он стоит, нависая надо мной горой. Нет, если бы я встала, положение не сильно изменилось бы, просто… неловко мне было.

Словно услышав мои мысли, перевертыш присел на корточки перед нашим креслом, аккуратно взял мою руку, которой я придерживала лежащую на коленях книгу – которую, похоже, именно он и издал, – и галантно ее поцеловал.

– Прости мое поведение, Риони, просто не каждый день внезапно узнаешь, что та, о которой мечтал, но не надеялся в ближайшие столетия обрести, совсем рядом. Я очень рад, что мой братишка обрел тебя, добро пожаловать в семью. Но не могла бы ты ответить на пару вопросов, если тебе не трудно, конечно.

– Не трудно, – кивнула я. Мне ведь и правда было не трудно, говорить-то я могла свободно, это с передвижением у меня пока не очень.

– Благодарю, – перевертыш широко улыбнулся. – Скажи, пожалуйста, Риони, а тебе уже доводилось вставать между моим маленьким братиком и чьими-то когтями?

– Да, – кивнула я, очень удивленная вопросом. Как он узнал, если только прибыл?

Перевертыш взглянул куда-то вверх, что-то с облегчением пробормотал на незнакомом мне языке, потом снова взглянул на меня.

– Это была девушка? – Я кивнула. – Каштановые волосы, каре-зеленые глаза, розовая одежда?

Я кивнула, пожала плечами, снова кивнула. Никогда не обращала внимания на цвет глаз Велоны, но остальное совпало.

– А ее можно назвать дочерью медведя? – глядя на меня так, словно от моего ответа зависела его жизнь, спросил Синклер.

– Определенно можно, – вместо меня ответил Томас. – Я сам из-за этого поначалу не там искал – сам знаешь, кого мне предсказали. Отец Велоны – оборотень из медвежьих, так что да – можно.

Синклер снова пробормотал что-то потолку.

– Это он высшие силы благодарит, – пояснил Томас, видя, как я удивленно смотрю на нашего собеседника.

В это время Синклер подскочил и обернулся к ректору:

– Фил, это она! Все сходится. Фил, пожалуйста!

– Сейчас, – улыбнулся ректор родственнику. – Потерпи пару минут.

После чего достал из стола очередную незнакомую мне штучку, нажал на ней что-то и четко произнес:

– Студентка Велона, немедленно проследуйте в кабинет ректора. – После чего спокойно убрал штучку в стол. – Потерпи чуток, сейчас увидишь свою половинку.

– Надеюсь, она не очень испугается? – глядя на дверь, покачал головой Синклер. – Такой внезапный вызов к ректору обычно ничего хорошего не предвещает.

– Ничего,