словно их разумы защищены не привычными барьерами, а чем-то искривлённым и хаотичным, напоминающим узлы из энергии. Забавно.

— Я — Данила Вещий-Филинов, лорд Шпиля Теней и конунг Тавиринии, — начинаю чётко и громко, чтобы они слышали каждое слово. — И я прибыл, чтобы пройти к старой точке монахов.

Гиганты переглядываются, их ледяные глаза сверкают. Один из них, с особенно длинными клыками, выступает вперёд. Его шерсть чуть темнее, а бронзовая кольчуга под мехами — усыпана гравировкой древних символов.

— Мы знаем, кто ты, — произносит он медленно, его голос вибрирует, словно гул далёкого ледника. — Человек из вашего рода уже предупреждал нас, что ты приедешь. — Он чуть скалится, показывая крупные зубы. — Так что тебе не нужно представляться, конунг. — Он произносит это слово с насмешкой.

— Значит, всё упрощается, — хмыкаю. — Если всё уже объяснено, то не вижу причин тянуть. Я и мой отряд пройдём.

Но великан продолжает стоять на месте, скрестив могучие руки на груди. Остальные гиганты тоже не двигаются с места, образуя перед нами массивную стену из шерсти, камня и стали.

— Твоя дорога лежит через шатёр вождя, — ухмыляется другой великан, с массивными рогами на шлеме. — Он хочет поговорить с тобой лично. Мы должны передать его приглашение.

Светка, стоящая позади, наклоняется вперёд, бросая на меня быстрый взгляд.

— Вождь, значит? — шепчет она, чуть прищурившись. — Это не ловушка, случайно?

— Если и ловушка, — спокойно отвечаю ей, — то не самая изощрённая.

Гиганты, услышав, лишь переглядываются. Угу, тут всё понятно: показывают, что вождь — истинный хозяин этих земель, и никакие титулы меня здесь не спасут. Интересная демонстрация силы. Только вот она меня мало впечатляет.

— Хорошо, — киваю, поднимая руку, чтобы подать сигнал остальным в нашем отряде оставаться на месте. — Веди к своему вождю. Я приму его приглашение.

— Иду с тобой, — заявляет Светка, выходя вперёд. Диадему она так и не сняла и продолжает щеголять серебряным обручем на голове вместо бронешлема.

— Хорошо, Искра.

Блондинке не помешает. Если будет драка, то хотя бы развеется.

* * *

p.s.

Когда лайков недостаточно, где-то одиноко вздыхает грустный автор.:(

Но он не сдается и продолжает писать, обещая порадовать в конце недели «осадками» в виде сразу двух новых глав.

Ваш ход, дамы и господа!

Глава 21

— Интересное местечко, — тихо произносит Светка, оглядываясь по сторонам. — Никогда не думала, что увижу стольких верзил в одном месте.

Мы с женой вслед за провожатым зашли в лагерь снежных великанов. На голове блондинки всё ещё красуется та самая серебряная диадема. Мы шагаем между шатрами, мимо костров, вокруг которых сидят великаны, грея огромные руки над пламенем. Их оружие — массивные топоры и дубины — покоится рядом, готовое к использованию в любой момент. Чувствую на себе их взгляды, смешанные с любопытством и лёгкой враждебностью.

— Да уж, — отвечаю я. — Постарайся держаться спокойно. И без грубостей. Мне бы не хотелось убивать всех здесь из-за твоего острого языка.

— Ну, Даня! — тут же дуется она, её губы складываются в обиженную гримаску. — Ты меня кем считаешь? Кухаркой? Я, между прочим, потомственная дворянка! Если не забыл.

Подходим к центральному шатру — он возвышается над остальными, словно башня, устремившаяся в ночное небо. Провожатый останавливается у шатра и скрывается за пологом. Вскоре великан вылезает и кивает внутрь.

— Вождь ждёт вас, — гулко произносит он, отодвигая полог.

— Спасибо что без очереди, — киваю ему и направляюсь вперёд.

— Ммммм, — гудит зависший гигант. Похоже, моя фраза перегрузила ему мозги. Того же мнения придерживается и блондинка.

«Они явно туповаты», — делится Светка по мыслеречи.

— Ничего, — отвечаю. — Нам с ними не пировать вместе.

Внутри тепло и душно, воздух наполнен запахом дымящихся факелов и какого-то пряного аромата.

В центре на широком пне сидит огромный великан. Его фигура настолько массивна, что кажется, будто он занимает половину пространства. Жирный живот выпирает из-под меховой накидки, украшенной клыками и костями. Лицо его скрыто густой бородой, а маленькие острые глаза прищурены, как у сороки, увидевшей блёсточку.

— Здорово, мелкие. Я — Пельмеж Ледоруб, — произносит он громовым голосом, который эхом разносится по шатру. Его губы растягиваются в ухмылке. — Так значит, это ты конунг?

Как-как? Пельмеж? И вправду похож на гигантский пельмень. Широкий, круглый, жирный.

— Именно так, — отвечаю я, стараясь держать голос ровным и не заржать. — Я конунг Данила, и это моя жена Светлана.

Мы садимся на предложенные нам места — огромные пеньки, обтёсанные до гладкости. Пельмеж не сводит глаз со Светки, особенно пристально разглядывая её диадему.

— Красивая блестяшка, — протягивает он, склонив голову набок. — Блестит.

Светка поднимает подбородок, бросая на него холодный, исполненный высокомерия взгляд.

— Глаза не испорти, — коротко отвечает она.

К счастью, гигант не понял намека. Он только зависает, а потом переводи взгляд на меня.

— Итак, конунг, — гудит Пельмеж. — Мы пропускаем только сильных и богатых. На сильных вы не очень смахиваете, малыши. Значит, должны быть богатыми. Десять повозок, набитых золотом — и гуляйте по горам, сколько хотите.

— Странно. — Я сужаю глаза, изображая задумчивость. — Насколько я помню, речь шла об одной повозке.

Пельмеж отмахивается массивной рукой, как будто отгоняя назойливую муху.

— Мои люди не умеют считать, — ухмыляется он, обнажая ряд жёлтых, но острых зубов. — Да и времена меняются. Цены растут.

Светка напрягается. Ох, главное, чтоб она фаерболом в рожу этому наглому «пельмешу» не зарядила. Сейчас не время и не место. Нет, дело не в великанах снаружи. Просто переговоры всё-таки. Нельзя становиться дикарями.

— Слушай, вождь, — говорю спокойно. — Мне нужна эта пещера, чтобы спасти родичей моей главной жены. У тебя тоже, наверняка, есть жёны. Должен понимать.

Пельмеж наклоняется вперёд, его массивное лицо оказывается совсем близко. От него пахнет дымом и чем-то кислым.

— Жёны есть, — соглашается он, кивая. — Много-много, хо-хо. Но, раз самому конунгу так нужна эта пещера, то я думаю… — Он делает паузу, поглаживая свою бороду, переплетённую костяными бусинами. — Мы с сотней моих воинов станем лагерем у самой пещеры. Так будет надёжнее. И за нашу охрану ты заплатишь пятнадцать повозок с золотом.

Он снова бросает