Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Шивон, – скрипнув зубами, поправил ее мой волк.
– Ой, простите, я такая забывчивая!
***
Пока с подмостков лились скучные речи выступающих докладчиков, я с любопытством разглядывала присутствующих на вечере молодых девушек – их дорогие украшения и пестрые наряды – и чувствовала себя на этом фоне белой вороной.
Скучной, неприметной, молчаливой.
Боясь, что меня сочтут впервые попавшей на подобное мероприятие деревенщиной, я цеплялась за рукав Лиама, как за спасательный круг. И к чести Сверра, даже если он и заметил странности в моем поведении, вида не подавал.
Наоборот, был как никогда мил, заботлив, не отходил от меня ни на шаг. А когда пришел черед первого танца, так бережно прижимал к себе, что я на несколько минут выбралась из сковывающего меня панциря и отдалась волшебству момента.
Как только музыка смолкла, и мы спрятались в нише у открытого окна, чтобы глотнуть свежего воздуха, нас нашли мэр с супругой и сопровождавшее их семейство. Элегантная супружеская пара и дочь – очень красивая молодая волчица, одетая в облегающее ее стройную фигуру длинное платье с полностью открытой спиной и вырезом чуть ли не до талии.
– Лиам, Шивон, познакомьтесь с Троем и Сабриной Соур. Они мои давние компаньоны, – представил своих спутников мистер Варг. – А это их дочь Тереза.
Губы девушки расплылись в смущенной улыбке, щеки покраснели, а взгляд опустился к полу.
– Очень приятно, – Лиам кивнул всем троим и крепко сжал мою талию, привлекая к своему боку.
– А нам-то как приятно! – Трой протянул ладонь для рукопожатия. – Джейкоб столько рассказывал о своем единственном сыне, что мне нетерпелось увидеться с ним лично. И сегодня это наконец произошло.
– А это правда, что вы полицейский? – Лиам кивнул и карие глаза Терезы, которая задала вопрос, зажглись восторгом. – Как… мужественно!
Еле слышно скрипнув зубами, я почувствовала, как с самого дна поднимает уродливую голову ревность, для которой, казалось бы, не было никаких причин, и тут же попыталась затолкать ее обратно.
Еще немного обсудив сегодняшний бал и строительный бизнес, которым занимались мэр и его партнер, семейство Соур, в полном составе, откланялось, оставив нас вчетвером.
– Лиам, не пройдешь со мной в кабинет? Мне нужно с тобой поговорить, – обратился отец к сыну. – Милисса могла бы показать твоей девушке дом, если вы не против?
Внутренний голос пищал, что он против, да и Сверр, судя по выражению лица, не сильно горел энтузиазмом, но отказывать было невежливо, поэтому я, проводив взглядом спину своего мужчины, послушно направилась вслед за его мачехой на второй этаж.
– Это комната Лиама. Он жил здесь до того, как уехал в Бладгрони, – объявила Мелисса, открывая дверь. – Я хотела затеять ремонт, но Джейкоб любит ностальгировать, и строго-настрого запретил мне чего-либо касаться.
Заваленный книгами стол, кресло, шкаф и большое окно. Если не считать двуспальной кровати, комната мало чем отличалась от рабочего кабинета Сверра в полицейском участке. Тот же суровый минимализм, говорящий о непростом характере хозяина помещения.
– Шивон, простите за нескромный вопрос, – замялась Милисса, как только мы вышли обратно в коридор, – но я не могу не поинтересоваться – как вы познакомились с моим пасынком?
– Лиам напарник моего брата. Вместе они работают уже давно, а я сама только недавно вернулась в город. Нашим отношениям нет и недели.
– Интересно, – задумчиво протянула она. – Но ничего удивительного, вы очень красивы. Только я никак не пойму… к какому виду вы принадлежите?
– Я смесок. Наполовину волчица, наполовину фея. Но оборочиваться не могу, и крыльев не имею, – брови женщины резко взметнулись вверх, а во взгляде промелькнула… жалость. – Что-то не так?
– Бедняжка… – еле слышно прошептала она и тяжело вздохнула. – По глазам вижу, что вы по-настоящему влюблены и уже поздно давать советы, но не могу не попытаться. Взгляните на эти портреты…
Она махнула рукой на стены, где в позолоченных рамах висели нарисованные от руки мужчины и женщины. Строгие взгляды, поджатые губы. Мне вдруг стало не по себе.
– Не знаю в курсе ли вы Шивон, но Варги древний род. Берут свое начало чуть ли не от Семерых, и очень этим гордятся. Они рождаются богатыми, женятся на деньгах, всю жизнь преумножают капиталы и, умирая, завещают их своим детям, – Так вышло, что Лиам единственный сын Джейкоба, а значит прямой его наследник.
– И вы мне это рассказываете, потому что…
– Я хочу вас по-дружески предостеречь. Вы нравитесь Лиаму, и судя по тому, что он привел вас сюда, его чувства серьезны. И в краткосрочной перспективе все у вас будет идеально. Но придет день, когда он унаследует строительную империю Варгов и ему придется полностью сменить сферу деятельности, как и круг знакомств. Вы будете его поддерживать, обеспечивать, как вам будет казаться, крепкий тыл. Но его новое окружение, посчитав вас союз мезальянсом, вас не примет. И Лиам тут будет бессилен. Он конечно же вас не бросит. Будет убеждать, что все в порядке. Но вы сами не заметите, как отдалитесь друг от друга. Приемы, куда вас, Шивон, не пригласят. Встречи, где он будет обязан присутствовать. Частые командировки, пока вы ждете дома. Первое время вы будете цепляться за прошлые чувства. Но они быстро исчезнут, оставив после себя пустоту и боль.
Я слушала ее монолог, затаив дыхание. Тело сковало холодом, грудь сдавило удушьем, а глаза защипало от непролитых слез.
– Вы ничего не знаете о нас со Сверром, он…
– Он такой же, как и его отец, – развела руками Милисса. – Я все это не придумала. Я описала жизнь Джейкоба и его первой жены. Она была из очень бедной семьи, но его это не волновало. Там тоже поначалу была любовь, да такая, что дело дошло до свадьбы. Но ни его друзья, ни родственники так ее и не приняли. Она стала замыкаться в себе, полюбила одиночество больше собственной семьи. И вскоре умерла, не нужная ни мужу, ни сыну.
– А вы…
– А я из рода Мартсон, и в этом обществе как рыба в воде, – я вспомнила знаменитую фамилию владельцев крупнейшей алмазной компании, и сглотнула. – мы с Джейкобом познакомились на одном из приемом и это тоже была любовь с первого взгляда. Поверьте, Шивон, я не хочу, чтобы вы повторили печальную судьбу матери Лиама. Вы вправе не послушать меня, но не предупредить вас я не могла. Тем более, что…
– Что? – спросила