одно единственное кресло, с которого я не слезал уже час, ожидая окончания вскрытия.

При виде Коула, что держал в руке пакет с логотипом ближайшего фаст-фуда, желудок отозвался громким урчанием, напоминая, что последний раз я наполнял его утром сухой как лист картошкой фри и приторной содовой.

Усмехнувшись, приятель бросил мне один из запакованных двойных бургеров, в который я вгрызся, как жертва двухнедельной голодовки, и сел на край стола, разворачивая свой.

– Что-то нашли? – в секунду расправившись с едой, бросил я.

– Ага, – кивнул он в ответ. – Гребаное ничего. Убитая – волчица. Возраст – тридцать пять лет. Невысокая, хрупкое телосложение, отсюда и отсутствие следов борьбы на теле. Смерть наступила пятнадцать часов назад. На шее следы вампирских зубов, в теле не осталось ни капли крови. Из особых примет: пыльца под ногтями, но подозреваю с нашим маньяком это никак не связанно. Похоже, цветочница или садовница. Марти с Арном уже занимаются поисками родственников.

– Сука! – с губ сорвался раздраженный рык. – Стоило предположить, что он сменит декорации.

– Долбанная трасса, – согласился Ларс. – Если бы не случайный таксист, неизвестно, сколько бы она там пролежала. Место-то людное, какого хрена у нас ни одного свидетеля?  Он что, таблички расставляет – «Совершается преступление. Просьба, держаться подальше»?

– Надо сообщить Блау, что операцию по поимке на живца можно сворачивать.

– Уже, – кивнул приятель. – У меня, кажется, ухо от его криков опухло. Странно, что он про тебя не вспомнил.

– Может и вспомнил, но у меня телефон еще утром сдох. Не было времени зарядить.

– Ясно. Есть какие-то мысли? А то чую он нас при встрече жестко отымеет, а у меня на мою задницу были большие планы.

– Кое-какие есть, только… – я оглянулся на дверь и, убедившись, что она закрыта, продолжил, – все под нашу ответственность.

– Выкладывай, – резко откинув всю расслабленность, Коул наклонился вперед.

– Думаю, наведаться в общину.

– К вампирам? Но мы там уже были. Ни хрена не нашли. Да и после прошлого провала, второй раз ордер нам никто не выдаст.

– Вот поэтому действовать придется нагло и без всякого предупреждения, – пожал я плечами. – Мне нужно разговорить хоть одну клыкастую тварь. Надавить, где больно. Узнать их тайны. Даже если это не они, в чем я очень сильно сомневаюсь, нужно привлечь на свою сторону их старейшин. Знаю, они не любят делиться информацией, но угроза расселения и не такие языки развязывала.

– Расселения? Решил обратиться к отцу? – удивился Ларс.

– Посмотрим.

Коул явно собрался задать мне еще один вопрос, но в этот момент затрезвонил мобильный, что лежал в кармане его форменных брюк. Уставившись на дисплей, приятель нахмурился и принял вызов.

– Ларс, – на другом конце раздался еле слышный мужской голос. Приятель встал со стола и отошел к окну. – Ты уверен?.. А как давно?.. Сука! Ладно, Майк, я сейчас подъеду, а ты присмотри, вдруг что?.. Сочтемся.

Отключившись, он сжал мобильный до протяжного скрежета. В зеленых глазах блеснула волчья желтизна.

– Святое дерьмо!

– Проблемы? – поинтересовался я.

– Шивон.

Ее имя заставило меня вскочить на ноги. Напряжение охватило все тело. Шерсть на загривке моего волка поднялась дыбом. Из глубины груди раздался низкий рык, а когти впились в ладони.

– Что с ней?

– Звонил Майк. Мой сосед по той развалюхе, что принадлежала отцу. Говорит, проезжал мимо, а у меня во дворе две пьяные феи устроили вечеринку, и у одной из них – сюрприз! – нет крыльев. Вот какого хрена им понадобилось в этом рассаднике плесени? Гребаная рухлядь в любую секунду превратится в пыль.

– Святое дерьмо!

– В точности мои слова.

– Поедем на моей, она быстрее патрульной, – вытащив из кармана ключи, я, не задерживаясь, отправился к выходу. А Коул, пожав плечами, пошел следом.

Уже в машине, где громко играло радио, я позволил себе расслабиться и впустить в голову мысли, что сдерживал последние полдня. Касались они одной соблазнительной малышки, на которую у меня выработалась определённая реакция. А именно – перманентный стояк, что не вылечила даже прошлая ночь.

Хорошо, я додумался уступить руль Ларсу. Вместо дороги, перед глазами светила ее голая попка, аппетитная грудь, гладкая промежность, искусанные губы и подернутый пеленой жадный взгляд.

Охренеть.

Кажется, этот образ на всю жизнь запечатлелся в моей голове. И стоило только отвлечься от работы, он тут как тут.

Впереди меня ждал долгий и сложный разговор, объяснение, возможно, ссора. Но самое странное, даже понимая все это, я не хотел повернуть обратно, как делал это сотню раз с другими, расплывшимися в воспоминаниях лицами.

– Может нужно позвонить Ши и сообщить о нашем приезде? – спросил я, когда впереди замелькали крыши старых домов.

– Зачем? Чтобы они с Лей заперлись изнутри? Нет уж, застанем их врасплох, – усмехнулся Ларс.

– Да ты рисковый!

– А то! Даже кроссворды ручкой разгадываю.

Есть что-то такое в подглядывании за полуголыми девицами, обливающими друг друга водой из леек, что превращает тебя в озабоченного подростка. И наблюдая за сестренкой своего напарника, которая, смеясь, убегала от кружащей по двору феи, я испытал это на собственной шкуре.

Ее нежная будто шелк кожа блестела на солнце, а длинные белые волосы развевались на теплом ветру.

Словно придурок, я пялился на босоногую куклу, одетую в короткие джинсовые шорты и в застегнутую на одну пуговицу клетчатую рубашку, и чувствовал, как вибрирует грудная клетка, а в ширинку черных брюк упирается ноющий член.

Заметив нас, Шивон резко остановилась, выпучила свои фиолетовые глаза и попятилась назад. В то время как ее подруга уверенно замахала крыльями и скрылась за покосившейся лачугой.

– Лейла! – взревел Коул и бросился за ней. А я, повернувшись к своей добыче, оскалил зубы в подобии ухмылки, как бы говорящей: «Давай, детка, попробуй от меня убежать».

***

Естественно, она попробовала.

Развернулась ко мне спиной и понеслась по зеленой траве прямо в сторону покачивающегося на ветру дома. Но только коснулась дверной ручки, как я бесцеремонно прижал ее хрупкое тело к деревянной поверхности, развернул к себе лицом и, упершись ладонями с двух сторон от ее головы, навис сверху.

В направленном на меня взгляде читалась откровенная паника. Пуговица на рубашке оторвалась к хренам, явив мне два идеальных полушария, что поднимались и опускалась в такт с ее прерывистым дыханием.

Маленький розовый язычок, что быстро прошелся по влажным губам, заставил меня сглотнуть и почувствовать себя похотливым мудаком. Но быстро отбросив эти мысли, я зарылся носом в ее волосы и вдохнул исходящий от них запах ванили. В эту же секунду мне на голову и за ворот футболки полилась холодная