Туман был повсюду. Теперь он начинался на лестнице и если первые метры лишь облизывал кроссовки, то через десяток ступеней поднялся до колен. Внизу пелена обволакивала весь коридор, стирая очертания стен и потолка. Туман двигался и дышал, а когда луч фонаря попадал на него, мерцал, будто с той стороны пелены кто-то зажигал крошечные огни. В темноте среди мути, казалось, прорисовываются фигуры, провалы ртов и глазниц, жадно следящих за живыми.

Сладкая вонь была невыносимой. Влажный воздух становился тяжелее и тяжелее. Чем дальше – тем труднее дышать. Миша все крепче сжимал кулек с куркумой, борясь с соблазном швырнуть горсть прямо перед собой.

Подросткам сказочно повезло. Во-первых, они прошли мимо поворота к моргу, где точно бы не выжили. А во-вторых, чуть дальше по коридору нашелся небольшой островок, на котором весь кафель разбили и раскидали по сторонам, видимо, в поисках кабеля. Благодаря этому обнажилось немного земли. Когда бхуты, занявшие тела сталкеров, напали, подростки как раз стояли на ней. И, несмотря на смертельный испуг, все-таки сообразили, что мертвецы со сломанными шеями и выколотыми глазами почему-то не могут дотянуться до них. Троица сбилась на островке в дрожащий всхлипывающий комок. Когда Миша и Ева вывернули из-за угла, осветив и монстров, и детей, последние заголосили.

– На помощь! – заорал любитель фаллической символики.

– Бегите! – перекричал того светловолосый парень.

Бледная до синевы девчонка, кажется, от страха потеряла голос и только беспомощно цеплялась за друзей.

Бхуты забыли про троицу и поковыляли к новым-старым жертвам. Судя по их печальному темпу – бита и арматура вчера свое дело сделали.

– Я уведу бхутов к моргу, – предложила Ева, – ты спасешь детей и присоединишься.

– Долго, – возразил Миша. – Я без света, и этот туман… Лучше еще земли сыпану, постоят подождут, пока мы закончим.

– Вариант.

Миша пригнулся, и над ним взметнулся золотыми крупицами порошок куркумы. Соприкасаясь с туманом, он оставлял в нем длинные прорехи. Раздался дикий истошный рев. Бхуты задвигались активнее.

– Ты очищаешь водой, ты очищаешь медом, ты очищаешь ветром[3], – нараспев произнесла Ева и бросилась вбок по коридору, уводя монстров за собой.

Миша поспешил к подросткам и, не тратя время на приветствие, принялся сыпать могильную землю вокруг спасительного островка.

– Они не ходят по земле, – пояснил Миша, – если не высунетесь из круга – не пострадаете. Мы с подругой закончим и вернемся.

– Но… – заныли подростки.

– Никто вас сюда не тянул, – припечатал Миша. – Захотели острых ощущений – получите. Нашли смелость влезть в историю, найдите и силы дождаться ее конца. Поняли?

– Что значит… – начал возмущаться светловолосый парень.

– Поняли?! – Миша повысил голос и завершил земляной круг.

Пакет похудел сразу наполовину.

– Да.

– Умнички.

Фонаря остро не хватало. Перевесив пакет на сгиб локтя, Миша сосредоточился, и на вдохе с плеча в ладонь скользнуло белое перо, от которого исходил ровный теплый свет. За спиной раздались вскрики, но Миша, не оборачиваясь и держа перо перед собой, будто свечу, поспешил за Евой сквозь туман.

– …Кто умер первым из смертных, кто отправился первым в этот мир, сына Вивс…[4] висва? Вивасва… тьфу! – на очередном заунывном заговоре Ева запнулась и бросила пригоршню куркумы в морды бхутов. – Вот вам!

Куркума действовала. Монстры испуганно шарахнулись в сторону, но тут же снова попытались напасть. Когда искрящиеся в тумане песчинки попадали на кожу, бхуты дергались и выли, будто взаправду ощущали боль.

– Ты вовремя, – обрадовалась Ева, – нужно загнать их в угол и отгородить землей, чтобы я спокойно и правильно прочитала заговор и вытащила бхутов из тел. Иначе до ночи провозимся. Земли хватит?

Миша махнул пакетом.

– Давай в тупик оттесним. Тогда точно хватит.

С правильно подобранными тактикой и оружием, даже если им стала приправа, монстры уже не казались страшными и сильными. Наоборот, глядя на то, как один из бхутов неловко подволакивает сломанную ногу, а из глазницы другого торчат ивовые прутья, Миша испытал приступ жалости. В конце концов, и сами души, ставшие монстрами, не были виноваты, что не получили должного погребения. А сталкеры всего лишь пытались снять прикольное видео… Современные люди, на свою беду, редко верят в паранормальное.

Отогнав бхутов в конец коридора, где на стене черным маркером было выведено кривое «Обернись!», Миша провел широкую линию остатками земли. Монстры переминались у черты и тянулись к такой близкой и вконец обнаглевшей добыче, но переступить преграду не могли.

– Веди сюда наших детишек. – Ева прислонила биту к стене и пролистала галерею в поисках нужного скрина. – Пусть помогают. Вся эта чертовщина началась из-за мандалы – так что будет честно, если они посмотрят на последствия своего вандализма. Я пока прочитаю заговор и подготовлю тела. Антьешти все равно нужно проводить наверху.

Туман еще колыхался вокруг и тянул щупальца, но рассыпанная по подвалу куркума пугала его и мешала. Миша заглянул в секционную и подобрал разрядившийся фонарик, оценив длинную трещину на корпусе, в которой виднелись внутренности. С кого спрашивать за инвентарь – с подростков или с Шивы, – было непонятно, так что счет Миша решил выставить шефу. Впрочем, как и за отель, за бензин, за лампадки и даже за шаурму. С «Пылающего меча» не убудет.

Подростки оказались понятливыми и из круга не вышли. Выглядели они куда бодрее и даже пытались перешучиваться. Завидев Мишу, по-прежнему освещающего дорогу пером, они притихли.

– Можете выходить, – разрешил Миша, перегородив путь к лестнице.

– Вы их убили? Этих монстров? – уточнил белобрысый парень.

– Нет. Нельзя убить то, что уже мертво. Можно только освободить и проводить на другую сторону. Пойдемте со мной – поможете. – Заметив, что троица открыла рты, чтобы возмутиться, Миша жестко одернул: – Мандала на лестнице – ваша работа. А то, что творится вокруг, – последствия ее действия. Так что ответственность за смерть пятерых людей лежит на вас. Вопросы?

Если бы в этот момент с потолка прыгнул какой-нибудь новый монстр, кажется, это и то произвело бы на подростков меньший эффект. Они переглянулись, и девчонка, перестав цепляться за друзей, сделала неуверенный шаг вперед.

– Это я нарисовала. Если вы будете… что-то делать, то виновата только я.

Миша хмыкнул и, убедившись, что сбегать подростки не планируют, повел их к Еве.

– «Что-то делать» – это правильно выжечь со стены мандалу, чтобы закрыть проход. И устроить умершим достойные проводы. Вы теперь, скажем так, в теме, а одна из вас и вовсе ведьма. С этого дня жизнь никогда не будет прежней.

Примерно так новые оперативники и попадали в «Пылающий