Кажется мне, что в такой бесплодной степи никто бы не оставил валяться серьезный кусок дерева, которым можно и юрту подпереть и костер разжечь.

Получив в руки высушенную жарким светилом жердь, я крутанул ее вокруг себя, привыкая к весу и размеру. Потом сделал несколько движений, вспоминая уроки по владению шестом или той же нагинатой.

За это время зверолюди подъехали ко мне и с заметным интересом смотрят на мои упражнения.

Не несутся на меня, стараясь сбить грудью гиеноконя, просто смотрят на мои движения и изучают их.

Ждут чего-то, то есть, понятно чего, начальство свое дожидаются, раз я кидаю вызов и больше не бегу.

От толпы около жертвенника отделилось двое нелюдей, скачут на своих скакунах к нам.

Я пока прикидываю, что могу сделать и понимаю, что ничего особенного не получится. С одним бы я еще как-то мог попробовать справиться, особенно, если повезет его жердью приложить, а с двумя точно не выйдет. Да и не двое их уже, таких, еще молодых достаточно, судя по более худощавым телам и не таким широким мордам.

Еще пара нелюдей неспешно подъезжает к нам, наверняка, местный главный и его заместитель по боевой части.

Решили полюбоваться на меня и на то, что я смогу им показать, как пришелец из чужого мира.

Ибо, откуда я еще могу здесь взяться, если не вывалиться из портала на серую землю кургана?

Да еще в такой, совсем не местной униформе?

Редко, наверно, такие товарищи прилетают, если именно из нашего мира, которые решились как-то попробовать сопротивляться ожидаемому насилию. Обычно на колени падают и плачут сразу навзрыд, разглядев такие страшные рожи нелюдей и просто кошмарные у ихней скотины.

Ну, а я вот попробую за себя постоять должным образом!

Снова вдали загнусавил шаман диким голосом, я уже знаю по интонации, что кто-то принял смерть на жертвенном камне и этот кто-то — точно Марфа Никаноровна.

Поэтому, сжимаю зубы и несколько раз обозначаю удары по воздуху, показывая, что готов провести поединок с кем-то самым смелым. Или со всеми сразу, хотя, у меня поджилки трясутся, поэтому я начинаю делать дыхательную гимнастику, чтобы привести себя в боевое состояние и не мандражировать лишнего.

Хорошо, что нелюди никуда особо не торопятся, изучаю меня и мою суету с шестом спокойно и внимательно, рады похоже, что проведут спарринг с кем-то новым, кого не жалко.

Мандраж и нервотрепка постепенно отступают куда-то на задний план, теперь я могу сделать только то, что могу, это подраться за свою жизнь и больше особенно ничего.

Спрятаться и отсидеться почти получилось, однако, появление старухи из воздуха сорвало все мои планы в уютном одиночестве провести сегодняшний вечер.

Какого черта ее потащило самой шастать по подвалу, если Мурзик уже перестал отзываться на ее зов? Он появился здесь через двадцать минут после меня, а старуха через еще час с лишним.

Впрочем, наверняка, это племя все равно оставило бы кого-нибудь ждать около кургана, что им принесет из другого мира зеленый водоворот. Кого он сможет захватить и поместить в нуль-транспортировку, говоря научно-фантастическим языком теперь уже бесконечно далекой от меня Земли.

Раз уж они поставили свою ставку из двух немолодых женщин, почему-то не особенно нужных в степи.

На мое удивление главный нелюдь что-то рыкнул одному из дозорных, одно короткое слово, если это рычание можно как-то разбить на слова. Может, у них тут все слова такие, что-то типа — "КУ" и "КЮ" в разных вариантах, как в популярной киноленте тоже, кстати, про попаданцев.

Главный здесь — такой матерый нелюдь, поперек себя шире, кожа более серая, в отличии от молодых, у тех она явно с зеленым оттенком. Никаких доспехов на нем и всех остальных не видно, какие-то штаны грязного цвета из дерюги и такие же безрукавки. Похоже, что не стирали их никогда, все в масле и жире, да и морды не знакомые с умыванием, похоже, с рождения

Все же степь здесь, воды не так много и рек нет поблизости.

На задних конечностях кожаные сапоги примитивного вида, сшитые на отъебись, хотя, многочисленные отверстия и дыры на них могут оказаться сделаны специально для вентиляции при местной жаре.

Как бы еще не из человеческой кожи они оказались?

Ведь именно то, что тела принесенных в жертву женщин заботливо утащили куда-то в глубь каравана, меня сильно расстроило. Похоже, что в бесплодной степи у орков, как я решил их называть, ничего не выбрасывается и зря не пропадает.

Второй похож на него, только, немного поменьше в размерах и одет попроще, хотя, как я это определил — спроси меня, не смогу ответить.

У обоих копья в руках сейчас, не особенно длинные, еще луки пристроены около левой ноги и там же колчан с оперенными стрелами. Похоже, что могут кидать их прямо из седла, как наши татаро-монголы. На поясе висит по кинжалу и еще какой-то кривой штуке в ножнах, наверно, это местная сабля.

Однако, самое незабываемое впечатление производит местный транспорт, немного похожий со стороны на лошадей, только отвратительные морды зубастых гиен не дадут их перепутать с нормальными непарнокопытными.

Зубы и слюна, непрерывно текущая из пасти, полной треугольных зубов — вот эта картина меня снова кидает в дрожь.

Что я могу противопоставить этим смелым воинам, которые умудряются держать в подчинении, как своих лошадей, настолько свирепых животных?

Только свое умение в бою на мечах, правда, бамбуковых или деревянных, еще кое-что я могу с шестом, за который можно принять этот дрын.

Думаю, что могу, только, скоро жестокая проверка ждет меня. Пропущенный удар не задержат защитные доспехи, а я не отделаюсь только потерянными очками в поединке.

В общем, главный рыкнул, один из дозорных молодцевато спрыгнул с гиеноконя, который, зараза, сразу же наметился на мою руку, однако, схлопотал по морде от хозяина и даже немного отскочил назад.

Спрыгнувший молодой нелюдь с копьем в руке перевернул его лезвием назад и встал в стойку напротив меня.

Глава 5

Нелюдь не сильно спеша встал в непонятную, неправильную стойку с моей точки зрения, поднял перед собой копье, раздвинул ноги по шире и приготовился к схватке безо всякой разминки и какого-либо выражения на неподвижной морде.

Встал и молча стоит, не атакует и не идет вперед, как я ожидал.

Чего он ждет? Да кто его знает, может, у них тут такой ритуал принят перед схваткой?

Или настоящий воин всегда готов помериться силами?