выругался Вокра, ударив по столу кулаком. Столешница из старого дуба в локоть толщиной треснула и продавилась. Это ж что за чудовищная сила у этого монстра? Вроде только морфы могут себя усиливать, а вот прямо передо мной человек с силой медведя. А может, и нескольких. Благодушное настроение барона улетучилось мгновенно. Как не было. — Забыл, что ты, щенок, еще и страж.

— Так уж получилось, — пожал я плечами, даже чувствуя себя в чем-то виноватым.

— Хорошо, — Алексус пробарабанил пальцами по подлокотнику, — двадцать золотых за все снаряжение моего сына и магов. С остальным делай что вздумается.

— Это очень щедрое предложение, ваше высокородие, — поклонился я, — однако оно меня еще больше заинтересовало. Что столь ценного есть в снаряжении вашего сына, за что вы готовы заплатить больше десяти золотых? Именно столько стоит остальное обмундирование магов. Я его изучил отдельно.

— Тебе это знать без надобности. Продаешь или нет? Подумай трижды, баронет. Сейчас мы с твоим отцом просто соперники. А вполне можем стать и врагами. И поверь, иметь во врагах род Вокров — далеко не самое лучшее, что может быть в этой жизни. Пусть я всего лишь барон, но у меня лучшая дружина на западе. Я удерживаю его шипованными кровавыми перчатками. Стоит мне захотеть, и фронт обороны сдвинется, пропуская орды на север.

— Вы обречете сотни, а может, и тысячи людей на гибель? — прошептал я, осознав чудовищность сказанного, — просто затем, чтобы отомстить мне через моего отца?

— Нет, ну что ты. Я просто отведу людей для отдыха. Дам им возможность наконец увидеться с семьями. Проведать родных. Отдам на переподготовку, — усмехнулся Алексус, — а вот что будет дальше, лишь мои догадки.

— Боюсь, это слишком сложное решение, ваше высокородие. Я должен посоветоваться с Тяжелым кулаком.

— А вот это разумно. Может, хоть твой отец поставит тебе мозги на место. Благо рука у него и в самом деле не легкая. — Вокра ухмыльнулся. — Я даю тебе время подумать до завтрашнего вечера. Но помни, все снаряжение моего сына и его помощников. Целиком!

Поднявшись с кресла, он распахнул дверцу комнаты переговоров, и сквозь проем я увидел Лекса, стоящего тут же с понурой головой. Первое ощущение было — его сейчас пришибут. Но вместо удара барон приобнял сына за плечо, и они ушли в сторону. Вот только в одиночестве мы не остались. Стоило скрыться Вокре, как в комнату вошел уже знакомый мне полуэльф со шрамом через пол-лица. Помня предыдущую встречу, я сразу напрягся. Тип не из приятных.

— Ваше благородие, господин баронет. Поздравляю с победой в турнире и получением признания как наследника семьи Хикентов, — произнес Безгрешный.

— Благодарю, господин Хикару, — сдержанно ответил я, — чем обязан визиту?

— О, это просто вежливость, — улыбнулся вытянутыми в тонкую линию губами полуэльф, — чтобы, если вы собираетесь остаться, понимали, что просто так ничего в этом городе не делается.

— Если это угроза, то для меня абсолютно непонятная. Что именно вы хотите сказать?

— А мне казалось, вы человек умный. Впрочем, вы и не человек вовсе. Как и не полуэльф, и уж тем более полудварф. — Хикару задумчиво посмотрел на меня, а затем достал из кармана пиджака черную как уголь, блестящую монету со странными угловатыми краями. — Это способ связи. Как вы сказали на представлении — особая магия. Покажите ее любому нищему или торговцу, и вас направят ко мне.

Оставив метку на столе, он поднялся и обернулся только у самого выхода.

— Мне нравятся такие выскочки. Они всегда вносят хаос в привычный порядок вещей. А хаос — это деньги. Так что спрячьте монету и попробуйте прожить подольше.

Глава 3

Я, конечно, всякого ожидал. Но что барон севера придет ко мне вместе с Энмирой, да еще и сразу? А я даже чай заказать не успел. Впрочем, следом за Райни вошло несколько официантов. На столе появился молочный поросенок, зажаренный с яблоками и грушами. Странные фрукты, которые я впервые видел и даже сомневался, съедобны ли они. Выпечка. В том числе сладкая. Рядом со столом взгромоздился бочонок медовухи. Я и возразить не успел, как у меня на тарелке очутился еще пышущий жаром кусок свинины. Сдержаться было тяжело. Но я смог.

— По какому поводу застолье? И за чей счет?

— За мой, естественно, — хмыкнул названный отец, — не рад, что сыном стал? Или то, что баронские обязанности замаячили на горизонте? Ешь, — строго добавил Тяжелый кулак, — позже поговорим.

Подавая пример, он первым вонзился зубами в мясо, и с рук закапали капельки прозрачного жира. Сдерживаться больше не было ни смысла, ни сил. Свинина буквально таяла во рту. Фрукты придавали ей необычные оттенки, а пряности забирались прямо в мозг. Никогда в жизни я так не ел. До отвала, с удовольствием, без боязни, что не хватит на завтра. И никаких тебе каш или обязательного хлеба. Хоть удержаться от того, чтобы попробовать румяные пироги, я и не смог.

Спустя час или чуть больше — я потерял счет времени — от поросенка осталась только голова. И то пятачок был съеден. Выпив очередную кружку медового напитка, я понял, что захмелел. В таком виде разговаривать — все одно, что все с потрохами отдать, не торгуясь. А вот Лиска сумела сдержаться, и хоть тарелка ее тоже не пустовала, на напитки девушка благоразумно решила не налегать.

— Ну что, поели, теперь можно и поговорить. Да, сын? — спросил Райни, сыто откидываясь в кресле.

— Не о серьезных вещах, — ответил я, повторяя движение барона, — ваше превосходительство явно хочет поговорить о важном, но я боюсь, сейчас не могу адекватно говорить. Тяжело соображаю, да и усталость от турнира…

— И тем не менее, Алекса ты уже послал, хотя он тебе предлагал больше тридцати золотых, — усмехнулся барон. — Назло мне или по жадности?

— Он мне дал до вечера завтрашнего подумать. Так что я еще ничего не решил.

— Отлично, мы тебе даем еще больше времени. Пять дней, — с улыбкой заметил Тяжелый кулак.

— На что? — спросила Лиска. Я в принципе уже догадывался, что хочет сказать мой названный отец. Но она была абсолютно права, лучше все уточнить. А раз на ее вопрос Райни отвечать был не намерен, мне пришлось