– Ну как? – спросила с горящим взором.

– Налей еще! – выдохнул Кирилл.

Хозяйка победно поднялась с места, торжественно взяла его фарфоровую тарелку и плеснула еще один половник.

– Лей больше! – подал голос Кирилл.

– А больше нет. Тебе понравилось? Что я говорила! Это одно из любимых блюд королей Бурбонов.

Лиана понеслась щебетать про тонкий, изысканный вкус этого супа, а Кирилл, уплетая его, угрюмо думал, что лучше бы она приготовила чего-нибудь попроще, но посущественнее, этакое рабоче-крестьянское, скажем, макароны с котлетой или картошку с поджаркой. «На кой пес мне сдались твои Бурбоны?»

Когда после трапезы Кирилл заглянул в холодильник в надежде восполнить все еще сосущий желудок, то наткнулся на абсолютную пустоту. Вот жизнь! Не явись один раз домработница, и в доме полная разруха. Впрочем, на одной из полок холодильника лежала половинка плавленого сырка. «Она даже не соизволила использовать весь сырок для своего французского блюда», – с досадой отозвалось в голове.

Кирилл проглотил остатки одним глотком и отправился в гостиную смотреть телевизор. Вот в эту минуту и явилась подруга Лианы Тамара с какой-то юной девицей. Кирилл слышал с дивана, как восторженно щебетала Лиана, расписывая свое изысканное французское блюдо из половинки сырка.

– Кюрише так понравилось, что он попросил добавки.

– Дашь рецепт?

– О, рецепт очень непростой. Я подумаю.

– Подумай! Собственно, я к твоему мужу с просьбой.

Кирилл насторожился. Он не любил, когда к нему обращались с просьбой. «Наверняка пришла попросить взаймы», – неприятно чиркнуло в мозгах.

Они втроем вошли в гостиную, и Тамара, после короткого приветствия, обратилась к хозяину со следующей просьбой:

– Хочу попросить для этой милой девушки твой ноутбук. Всего на один день. Это моя студентка. Она очень аккуратная и ответственная. Ей нужно дописать диплом.

Сердито взглянув на студентку, Кирилл хотел ответить, что не имеет привычку давать свои вещи чужим людям, но внезапно смутился. Студентка смотрела на Кирилла внимательно и необыкновенно серьезно. «А она прехорошенькая», – неожиданно мелькнуло в голове.

Девушка была в облегающих джинсах, которые подчеркивали ее спортивные ноги, и в серой футболке, которая волнующе обтягивала грудь. Ее волнистые волосы пепельного цвета были собраны в аккуратную шишку, тем самым оттеняя красивый изгиб шеи. Кошачий разрез глаз придавал лицу какую-то особенную прелесть. Впрочем, она вся была похожа на кошечку: такая же гибкая и изящная. Неожиданно гостья произнесла, не отрывая синего взгляда от хозяина:

– Если какие-то сложности, мы не настаиваем. Я понимаю, что вещь дорогая.

– Да, – неохотно отозвался Кирилл. – Я свой компьютер никому не даю. Эта вещь сугубо индивидуальная. – Однако, скользнув взглядом по ее упругой груди и стройным ногам, хозяин неожиданно для себя спросил: – Много вам нужно делать?

– Не очень. Где-то на час работы.

– Тогда садитесь у меня в кабинете и делайте.

Девушка улыбнулась, а жена с подругой облегченно вздохнули. Лиана сразу защебетала, что у нее есть замечательный кофе. Даже не кофе, а что-то нечто. Правда, к кофе ничего нет, поскольку домработница заболела, но Тамара тут же успокоила, заявив, что в ее сумке давно лежит пачка печенья.

Женщины отправились на кухню, а Кирилл повел девушку на второй этаж. Он шел за ней и млел от того, как она гибко двигалась. Все-таки его жена несколько коровообразна.

Потом он украдкой любовался тем, как она работала за компьютером: деловито и энергично, быстро набирая что-то по-английски.

– Ты знаешь английский? – спросил он.

– Не очень хорошо. В совершенстве владею только немецким и французским.

– Сколько тебе лет? – изумленно вырвалось у Кирилла.

Она подняла на него серьезные глаза и произнесла без всякого кокетства:

– Двадцать один.

Когда через некоторое время хозяин провожал гостей, то уже понимал, что по уши влюблен в эту девушку. Она красивая, деловая, умная, а главное – самостоятельная. Кирилл даже не подозревал, что на свете бывают самостоятельные женщины. На прощание он сказал ей:

– Если у тебя опять появятся проблемы, мой компьютер всегда к твоим услугам.

– Возможно, я воспользуюсь вашим предложением, – обаятельно улыбнулась девушка, и ее взгляд упал на кошку. – Ой, – произнесла она нежно, – это русская голубая?

Но тут минорное настроение прощания, как всегда, испортила Лиана. Она резко схватила Мурку за живот и радостно прощебетала:

– О, это очень непростая кошка. Это нечто.

В ту же секунду это нечто вцепилось острыми коготками в белое запястье хозяйки. Лиана вскрикнула и швырнула кошку на пол. А когда на руке появились две крохотные капельки крови, хозяйка побледнела и повалилась в обморок.

Ее откачали дружной молотьбой по щекам. Лиана пришла в себя и плаксивым голосом проскулила:

– Ты же знаешь, Кирилл, как я боюсь крови. Моя мама тоже боялась крови… Это у нас родовое…

Гости ушли с весьма растерянными лицами, а Кирилл до полуночи приводил жену в чувства. Лиана утихла только в два часа ночи. «Ну, слава тебе, Господи, заснула», – с облегчением вздохнул Кирилл. Однако через минуту Лиана внезапно проснулась и с ужасом в глазах прошептала:

– Мама, что это за солдат стоит с тобой?

11

Это был усатый двадцатидвухлетний красавец с погонами ефрейтора. Дементьевы встретили его на рынке. Сразу бросилось в глаза, что он родом не из Сургута.

Когда мама с дочкой проходили мимо, он оторвался от мясного прилавка и остановил свой мечтательный взор на Ниночке. Это и понятно. Ниночка была писаной красавицей. На нее заглядывались многие мужчины. Многие заглядывались, да не все были званы. Перехватив взгляд ефрейтора, Ульяна взяла за руку дочь и, как бы невзначай, завернула к тому же колбасному прилавку, у которого стоял военный. Глаза демобилизованного потеплели.

– Как вас зовут, девушка? – спросил солдат, не сводя огненного взгляда с красавицы.

Нина удивленно взглянула на военного, пожала плечами и, не ответив, спряталась за мать. Она еще не понимала той игры, которую затеяла родительница. «Какая все-таки она глупая», – с раздражением подумала Ульяна и решила взять инициативу в свои руки. Вдова обаятельно улыбнулась и ответила за дочь:

– Ниной ее зовут. А тебя?

– Степаном! – тряхнул головой ефрейтор.

– Едешь с японского фронта?

– Так точно! – браво отчеканил военный, не сводя влюбленных глаз с Ниночки. – С Дальнего Востока еду. Домой, в Москву.

Поскольку он был проезжим, на всякого рода сантименты времени не было. Нужно было немедленно брать его в оборот.

– Небось голодный? – по-матерински посочувствовала Ульяна.

– Почему голодный? У меня полный мешок тушенки.

– Тушенки? – брезгливо поморщилась Ульяна. – А заглядываешься на колбаску. Тебе небось домашненького хочется покушать? Соскучился небось по-домашненькому?

Ульяна знала, что самый верный способ охмурить парня, это пригласить его на обед. Разумеется, солдат с большой