неуверенной походкой подхожу к ближайшему бастарду, хватаю его за грудки и с отчаянием кричу в его побледневшее лицо: — За что, объясни мне! — трясу его как тряпку и отбрасываю на пол. — Как вы могли! — пошатываюсь и падаю на колени. — Вам должно быть стыдно! — с трагичным вздохом ложусь на спину, закрывая глаза. — Прощай, жестокий мир…

Бастарды, застыв, тупо смотрят на меня.

— И что теперь нам делать?…

— И всё-таки я не понимаю! — резко вскидываю руку вверх, а потом сажусь. — Вам стыдно или нет?

— Мать твою! — вскрикивает Грандмастер, не веря своим глазам. — Почему ты ещё жив⁈ У тебя меч в рёбрах!

— Этот меч? — я спокойно хватаю рукоять и, не спеша, выдёргиваю клинок из груди. На их глазах рана моментально затягивается.

Регенерация лорда Бесчлина действительно зрелищная вещь. Такие перформансы в стиле Гамлета хоть на сцену выноси. Вон и бастарды прифигели. Пока они таращатся, я успеваю вскочить на ноги и, заодно, порвать цепочку наручников — для свободы движений. Сами браслеты мне ничем не мешают, Жора позволяет обойти их блокировку и перенаправить энергопотоки как угодно.

Правда, оказывается, времени у меня вагон — никто даже не успел среагировать.

— Какого хрена…? — финны всё ещё тупо пытаются осознать происходящее.

— Ну что, продолжим веселье? — ухмыляюсь, накидывая доспех Тьмы и погружая помещение в кромешную тьму.

— Отойдите!!! — гремит Грандмастер, и молнии вспыхивают, разрезая темноту. — Сейчас я его поджарю!

Похоже, он напрочь забыл, что я им нужен живым. Или решил, что обойдётся лёгким разрядом, а не смертельным. Но не вышло. Мои молнии летят навстречу его разрядам, и электричество брызжет по всей комнате.

— А-а-а! — начинают вопить бастарды, охваченные огнём и разрядами.

— Братья⁈ Я не хотел… — кричит в панике Грандмастер, но оправдываться ему уже некогда. В его шлем прилетают наэлектролизованные валуны и пси-гранаты, превращая ситуацию в полный хаос.

Я бросаюсь в бой, а легионеры наконец получают возможность продемонстрировать свои навыки. Винт швыряет огненные клинки, Семён Стоеросов метает наэлектролизованные камни, Воронов атакует техниками Воды и Тьмы. Мы целимся исключительно по Грандмастеру, который в ярости мажет и косит своих же. В итоге бастарды падают один за другим, остаётся только он. Знаете, ранги часто переоценивают. Главное в битве — понимать своего врага. Я выучил все основные финты молниевиков, знаю каждую их слабость, а вот Грандмастер обо мне ничего не знает. Он полагается на свой больший накопитель энергии, думая, что этого достаточно. Но не в этот раз. Мы обрушиваем на него разнородные техники, молнии, огонь, воду и тьму. Ему всё труднее сдерживать напор — защита трещит, а с каждым ударом его доспех ломается под давлением. И вот, в конце концов, Грандмастер не выдерживает — его мощь оказывается бесполезной, и он окончательно ломается.

Когда же я открываю чертовски тяжёлую, сука, дверь, тут же мне на шею прыгают младшие жёны. А ещё сзади вдруг оказывается Змейка и обвивает меня своими смертоносными ручищами. Аж до мурашек.

— Маззззака! — мурчит она. — Фака, спассаал Матттть.

— Мы слышали шум! — тараторит Лена, не отпуская меня. — Уже успели десять раз переволноваться!

— Тусовка затянулась немного, — улыбаюсь, поглаживая её по бронешлему, и кидаю взгляд на Студня. — Ну что, докладывай обстановку.

— Акулья Падь взята, — бодро рапортует старший гвардеец. — Зачистка завершена, посты расставлены.

Отлично. Время для главных новостей.

— Студень, ты теперь дворянин графского клана Вещих-Филиновых.

— Я⁈ — офигевает он.

— Дятел, ты тоже.

— Э?.. Кха-кха-а, — от неожиданности тот аж закашлялся.

Так, кого ещё гербом наградить? Полный список позже составим, а пока обойдёмся третьим.

— Гереса, и ты тоже дворянка.

— Но я же не подданная твоего Царя, — удивляется богатырша. — Так разве можно?

— Можно, — отмахиваюсь небрежно. — С формальностями разберёмся позже. Как и с раздачей автомоек, прачечных, ломбардов и прочих радостей.

— Шеф⁈ Мы ещё и компании получим? — таращится на меня Студень.

— Конечно, — усмехаюсь. — Какие же вы дворяне без предприятий?

— Чу-ума! — переглядываются довольные Студень и Дятел.

Ха-ха, рано радуетесь. Вам ещё учиться управлять своими конторами и нанимать честных рабочих. Потому что я жульё в своём городе не потерплю.

Теперь осталось только позвонить Владиславу Владимировичу и сообщить приятную новость: Царство расширилось на несколько десятков километров. Новые рубежи теперь держат мои дворяне. Вот так.

* * *

Сигтуна, Швеция

— Хм… — Сигурд Третий, король Швеции, удивлённо осматривает накрытый стол. — Сегодня же рыбный день. Почему на обед нет красной сомятины?

— Ваше Величество, прямые поставки красной сомятины прекратились, — с тяжёлым вздохом сообщает сановник. — Сейчас ведутся переговоры о новых контрактах с поставщиками.

— Какие ещё новые контракты⁈ А Тапио в курсе⁈ Пусть финн разберётся в своей Акульей Пади!

— Ваше Величество… — сановник снова вздыхает, явно не зная, как лучше подать новость. — Акулья Падь больше не принадлежит финнам. Теперь это территория Русского Царства.

— Русских⁈ — Сигурд в ярости поднимает глаза, в которых вспыхивает гнев. — Да какого хрена они себе позволяют⁈

— Боюсь, что теперь Акульей Падью владеет род Вещих-Филиновых, — добавляет сановник, стараясь звучать как можно осторожнее.

— Вещих-Филиновых⁈ — король Сигурд буквально взрывается. — Эти русские вконец оборзели!

Глава 4

Кремль, Москва

Величественные стены Кремля отражают отблески заходящего солнца. В зале, украшенном старинными гобеленами и массивными канделябрами, царь Борис Львов восседает за огромным дубовым столом. Перед ним раскинулась карта северных территорий России, покрытая метками и заметками.

Царь проводит пальцем по карте, останавливаясь на Акульей Пади.

— Почему Данила просто не попросил гербы? — задумчиво произносит он, не отрывая взгляда от карты.

Рядом стоит Владислав и тоже разглядывает местность, еще недавно принадлежавшему соседней Финке. Теперь у Красного Влада, как начальника Охранки, прибавилось забот. Ведь расширение Царства дает возможность внешним врагам государства закинуть внутрь шпионов и найти новые маршруты контрабанды.

— А ты бы дал? — отвечает Влад, слегка приподняв бровь.

Царь откидывается на спинку резного кресла, сложив руки на груди. Его глаза сверкнули интересом.

— Не знаю, — медленно протягивает он. — Если бы был в курсе, что Даня такое устроит, то, наверное, дал бы. Или нет, — тут же поправляет сам