удобно, особенно в стесненных условиях, домах или в лесу на коротке, товарищ…

Он не дал мне договорить, посмотрел, как на убогого, и произнес:

— Вот что ты за человек, Захаров? Так и норовишь все сделать не по-людски. Нужно тебе вооружить людей короткостволом, так напиши служебную записку с обоснованием, и все будет. Тебе же ни в чем отказа нет.

— Увидит кто-то из тех, кому не нужна эта твоя самостоятельность, доложит, куда надо. Хорошо, если легко отделаешься. Вот зачем тебе лишние проблемы? — Отчитывал меня, как ребёнка, Цанава.

А я и вправду задавался вопросом, почему не пошёл официальным путем. Даже если отказали один раз, можно же решить по-другому, но нет. Даже мыслей в ту сторону не возникло. А Цанава, между тем, продолжил уже другим тоном:

— Значит так, неучтенку сдать и сделать это немедленно. Служебную записку с обоснованием мне на стол. Решим вопрос. И больше я о подобном чтобы не слышал. Тебе все понятно?

— Да, товарищ…

Он снова не дал мне договорить, перебивая:

— А раз понятно, то до твоего отъезда в Москву чтобы было сделано.

Мне ничего другого не оставалось кроме, как взять под козырек. В связи с этим косяком, отмеченным Цанавой, я на миг даже засомневался, стоит ли у него просить хотя бы короткий отпуск. Не хотелось попасть под горячую руку. Но решился и не прогадал. Тот как-то по-доброму улыбнулся и ответил:

— Оформляй бумаги, я подпишу.

Затем выдержал небольшую паузу и добавил:

— Заслужил, даже большего заслужил, но не всё пока в моей власти.

Глава 19

Из-за разноса по поводу пистолетов я вспомнил ещё об одной проблеме, которая требовала незамедлительного решения.

То ли из-за усталости, накопленной в процессе проведения операции, или может быть, потому что все делалось практически без моего участия, но я напрочь забыл о ценностях и деньгах, взятых с бандитов в процессе работы по их уничтожению.

Схроны и их наполнение разнообразным оружием — это наши законные трофеи, которые пригодятся в будущем. Все остальное — деньги, золото и любые другие драгоценные побрякушки бойцы безальтернативно сдавали командирам. А те, соответственно, комиссару.

Так уж получилось, что хранилось все богатство в отдельной охраняемой землянке. Я, увлекшись делами, забыл вовремя все это сдать. Да и, сказать по правде, я с трудом представлял, кому все это следует передавать.

Во время первой подобной операции вопрос об этом не стоял, потому что там подобные вещи по умолчанию сдавали в УНКВД Белостока. В этот раз все получилось по-другому.

Надо было видеть глаза Цанавы, когда я обратился к нему с этой проблемой, попросив направить все добытое на завод, который обеспечил нас броневиками, а вырученные после реализации ценностей деньги выдать заводчанам в качестве премии.

Я реально думал, что Цанава прибьет меня на месте. Он сильно побагровел, выдохнул и спросил:

— Захаров, ты себя считаешь бессмертным? Ты хоть немного понимаешь, что творишь?

Думая, что он ждёт ответа, я решил ответить:

— Да просто мы об этом забыли из-за множества дел.

— Забыыыли они, — протянул Цанава. После экспрессивно что-то произнес скороговоркой по-грузински, ещё раз выдохнул и уже спокойно произнес:

— Веди, показывай.

Попав в землянку и увидев количество награбленного, в смысле, снятого с бандитов, он посмотрел на меня странным взглядом и тихо сказал:

— Здесь у тебя всего даже не на один расстрел, и не на два. Вот что, Захаров, вы это все не передавали вовремя из-за ожидания моего прибытия, по моему же приказу. Я обещал помочь отправить все на завод, из-за этого и получилась задержка. Все понятно?

— Да, понятно, — ответил я, размышляя о том, зачем нервничать-то. Ничего же не пропало. Цанава, будто читая мои мысли, продолжил:

— Не понимаешь? Объясню. Подобное (он указал в сторону складированных ценностей) сдается по описи сразу после боя. В противном случае — это мародерство со всеми вытекающими. По сути, тебя и твоих подчинённых любой другой ответственный товарищ должен был арестовать, ценности изъять и провести дознание, не утаили ли вы ещё чего-нибудь.

Зная тебя, я, естественно, не стану делать ничего подобного. Но это в последний раз, когда не стану. Имей это ввиду и давай, наконец, взрослей уже.

Я слушал, и что называется, обтекал, только сейчас понимая, какой беды на самом деле только что избежал.

Цанава, между тем убедившись, что я проникся, произнес:

— Давай, организуй мне связь с УНКВД Бреста, будем решать эту проблему.

Как выяснилось в дальнейшем, не простое это дело оприходовать подобные трофеи. Одних сотрудников НКВД для этого недостаточно. В нашем случае все эти трофеи мы передавали под опись представителям банка в присутствии нескольких серьёзно настроенных политработников в немалых чинах, и даже одного корреспондента какой-то газеты. Их НКВДшники привезли с собой. На самом деле, достаточно было бы представителя финотдела ближайшей воинской части. Но Цанава, похоже, и на этой теме решил пропиариться сам и меня тоже показать в хорошем свете.

Эта эпопея с ценностями имела продолжение, но об этом позже.

Два дня мне понадобилось, чтобы решить проблему с короткостволом, оформить нужные документы и, наконец-то, отправиться в Москву. Добирался туда снова на самолёте. Цанава поспособствовал. И, уже находясь в воздухе, подумал, что с момента попадания ни разу не путешествовал на поезде. Всегда как-то само собой получалось устроиться на попутный борт или вовсе летать на двухместном истребителе. С одной стороны, хорошо. Меньше времени тратится на дорогу. С другой, непорядок, потому что на поезде тоже интересно было бы прокатиться. Всё-таки воспоминания об этом бывшего владельца тела это не то. Собственные впечатления более яркие что ли.

О своем прибытии я никого не извещал, хотел сделать сюрприз. И он получился, только не для кого-то, а для меня лично.

Так уж получилось, что с аэродрома в Москву я добрался уже поздно вечером, практически ночью, и естественно, никуда не пошёл, хоть и очень хотелось. Заселился в ведомственную гостиницу, с которой тоже помог Цанава, или его люди. Долго не мог уснуть в предвкушении будущей встречи с Настеной, ворочаясь в кровати, подобно пропеллеру.

Утром пришлось решать вопрос с формой. Моя немного износилась и требовала замены. В принципе, награждение будет только через четыре дня. Времени на решение этого вопроса хватало с лихвой. Но я решил не тянуть и заняться проблемой сразу, не откладывая. Тем более, что мне все равно нечем было заняться до