покушения — пижонство и глупость. Ведь подумают на какое-нибудь ЦРУ. Как решат ответить, один бог знает. Так и до войны недалеко.

— Не, ну есть способы поизощреннее, так что и комар носа не подточит. Ты главное скажи: Леню надо убирать?

— Вот здесь не уверен. Уберешь его, дальше что? Как будешь контролироваться ситуацию? Сделают генсеком какого-нибудь Подгорного — шило на мыло! Как бы не хуже стало.

— Так что ты предлагаешь?

— Да ничего пока не предлагаю. Шустрый какой — разбираться надо! Стране нужны реформы? Безусловно. Горбачев начал их слишком поздно и слишком тупо — результат известен. Если начать пораньше и поумнее — шанс есть — китайцы же смогли. Вопрос: кто их начнет и возглавит? Ответа у меня пока что нет.

Жорж поскреб свою впалую грудь.

— Ладно думай, голова — шапку куплю. Предлагаю нашу дискуссию на сегодня завершить, пора мне уже.

— Куда ты так всегда торопишься?

— А мне, брат, в вашем мире долго быть не полагается. Я ведь кто, по сути, курьер. Пара часов и назад в родное время, будь оно проклято. Чуть не забыл, вот еще. — Жорж выложил на стол пухлый конверт, — дома откроешь, — предупредил он мой порыв.

— Что там?

— Паспорта.

— Какие еще паспорта?

— Какие, какие… твои, гражданина Российской Федерации.

— Фальшивые?

— Обижаешь! Настоящие. У нас ими целая комната набита. За пять лет народу перемерло — пропасть, а старичье в первую очередь. Надо бы сжечь, да рука не поднимается. Я подобрал близкие тебе по возрасту, и морда чтоб на твою чуть-чуть похожа была. Ты ж в сорок пять менял? За двадцать-то лет рожа так порой изменяется — мама родная не узнает. Да я еще подретушировал и малость подправил записи, так что не беспокойся — все чики-пуки, не подкопаешься. Лишние документы не помешают.

* * *

Петр Годнов охотно приобрел у меня обе бутылки с «Васпуракан» и «Енисели».

— Я ведь сделал экспертизу вашей «Москвы», — доверительно сообщил он мне, — ВЭЖХ-анализ подтвердил подлинность. Не сомневаюсь, что и этот коньяк настоящий. Я видел всякое, но такого превосходного состояния встречать не доводилось. Откуда вы его только берете?

— Из дедушкиного погребка, мой юный друг, — не стал вдаваться я в подробности, — слышали анекдот: археологи на раскопках Новгородского городища нашли бутылку водки ценой 2 рубля 87 копеек. Археологи роют дальше.

— Хорошо, — сказал Пётр, — если ваши археологи еще что-то нароют — готов брать. Есть канал на Москву, а там спрос не чета нашему.

Придя домой, я первым делом изучил выданные мне паспорта и убедился, что Жорж проделал большую работу: глядящих с фото мужчин действительно легко было принять за меня тогдашнего. Конечно, тех, кто лично знал сорокапятилетнего Феликса Неверова, этой туфтой провести не удастся, но посторонние люди купятся без вопросов.

Глава 12

— Не пойму, я все-таки, как ты от них отбоярился, — карие Генкины глаза были полны недоверия, — чтоб эти уроды чего-то испугались… Сеня Кот — боксер, еще пацаном, один с десятком слободских махался. А Могила «малолетку» прошел в «активе», бугром там был. Они тебе своего позора не простят, это западло. В ихней шобле еще человек шесть шушеры уголовной. Будут теперь за тобой стричь. Все равно подкараулят где-нибудь, чердак пробьют, или финкой пырнут, охнуть не успеешь. Слушай, Феля, может тебе, в натуре, уехать, от греха подальше.

Мы сидели в столовой общественного питания номер три и ели комплексный обед по восемьдесят шесть копеек, запивая его «Жигулевским» пивом, по двадцать пять копеек за бутылку.

— Что ты Геша жути нагоняешь? — поинтересовался я делано равнодушным тоном, — кричи потише, а то уже люди на нас оглядываются.

Жоркин парализатор в кармане, конечно, придавал мне уверенности, но на душе все равно кошки скребли. Нашел, что называется приключений на свою тощую жопу. С одной стороны, никто не знает, где я живу, даже Генка, когда ездили ко мне за шмотками, я оставлял машину в квартале от дома. Но, с другой стороны, друг мой прав, не прятаться же в квартире, не для того я сюда прибыл. Тогда что остается? Если драки не избежать, надо ударить первым. Мне ли, вооруженному крутыми техническими средствами, бояться какой-то шантрапы?

— Слушай Геша, а может мне поговорить с этим Яшкой?

— Станет он тебя слушать, как же, держи карман шире!

— Да станет, я найду подходящие слова. Объясню так, что дойдет у него до ума, до сердца до печенок и прочего ливера.

— Ты чо, так втюрился в Альбинку, что крыша совсем потекла? Девок что ли мало? Венерка говорит, Раиса про тебя спрашивала, куда, говорит, твой академик подевался? Пойдем сегодня к ним, бухнем, Раиска, девка что надо, сразу забудешь эту Зотову. Отвяжешься от нее, и блатота от тебя отстанет. Хочешь, я сам с Яшей поговорю?

Я задумался. Вроде бы Генка и прав, но соглашаться с его доводами решительно не хотелось. Влюбился? Есть маленько. Бывает такое, увидишь девушку, и как громом стукнет — все мозги набекрень. Но все-таки дело не только в этом, интуиция говорила мне: отступишь, потеряешь инициативу, упустишь возможности. Что за возможности, я до конца еще не понимал, но интуиции в последнее время стал доверять — каждое мое действие, начиная с обращения в, первое попавшееся по дороге, агентство недвижимости «Олимп» приводило к неожиданному продолжению, из которых постепенно выстраивалась логическая цепь событий.

— Слушай Геш, — обратился я к, притомившемуся ждать моих умозаключений, другу, — а как ты себе представляешь дальнейшую жизнь?

Тот от неожиданности разворота темы подавился остатками пива, и пришлось похлопать его по спине.

— Э-э… а причем тут? Ну, последний месяц догуляю, да работать пойду… батя обещал к себе в КБ, в мастерские устроить… осенью в институте восстановлюсь на вечернем…

Я примерно знал его судьбу: институт так и не закончит, будет скакать с работы на работу, то электриком, то слесарем, то столяром, и постепенно спиваться. Женится-разведется, в восьмидесятые попытается заняться бизнесом и кончится все это весьма печально.

— И сколько ты будешь получать в этих мастерских?

— Ну… поначалу под сотню, а там разряд повысят, больше на круг будет выходить. А что?

— Да нет, ничего… сделаем мы из тебя человека.

— Поду-у-маешь, — Генка вытянул губы дудкой, и продекларировал. — Юноше решающему делать жизнь с кого, скажу не задумываясь — делай ее с товарища Дзержинского! Ты с собой прежде разберись Феликс Безмундович и с девками своими!

— Разберусь, Геша, разберусь.

— Ладно, — сказал Генка, — пора мне. На гаражах небольшая шабашка намечается, обещал помочь. Там работы на