магия? Может быть, нейтральная энергия исказила реальность, когда боролась с чёрной субстанцией?»

— Мы пытались привести вас в чувства, но ничего не помогало, — продолжил доктор. — Сейчас подъезжаем к станции, вагоны перецепят, и продолжим путь. Обещали усилить охрану.

Помассировал виски, пытаясь собрать обрывки воспоминаний. С чего бы начать? Где мой заларак? Сердце пропустило удар от этой мысли.

— Простите! — кивнул я доктору и медсестре, схватив свои чемоданы. — Спасибо вам.

Вот так, обмотанный в простыню, выскочил из лазарета. Двинулся к своему вагону по узкому коридору. Попадающиеся навстречу люди шарахались и расступались, глядя с удивлением.

Проводники в тёмно-синих мундирах прижимались к стенкам. Пассажиры высовывались из купе, потом быстро захлопывали двери. Кто-то крестился, кто-то шептал молитвы.

Я добрался до своего вагона и остолбенел. Крыши действительно не было. Её словно срезало гигантским ножом — ровный, чистый срез по всей длине. Поезд ехал еле-еле, машинист боялся, что вагон развалится от скорости. Мы находились где-то в лесу. Сосны и берёзы мелькали за окнами, воздух был свежим, насыщенным запахами хвои и трав.

Поставил чемоданы на пол купе и начал искать артефакт. Я по факту жизнью ради него рисковал, он должен быть где-то здесь. Глаза бегали по полу в поисках заларака.

Обшарил все углы, заглянул под остатки мебели. Ничего. Ни артефакта, ни чёрной слизи, словно их вообще не существовало.

Требовалось время, чтобы всё обдумать и разложить по полочкам.

— Ау! — зачем-то позвал артефакт вслух. — Ты где?

Что-то кольнуло в правую руку. Я посмотрел. От ногтя указательного пальца до самого локтя тянулась тонкая чёрная полоска. Она была похожа на татуировку, но пульсировала слабым светом. Узор извивался по коже, как живая змея. Стоило мне прикоснуться к ней левой рукой…

— Господин! — прозвучали два знакомых голоса в голове.

— Хозяин! — добавили они почти синхронно.

Это были души Топорова и тёмного мага, но теперь в их голосах не осталось прежней алчности и требований. Только покорность и готовность служить.

«Чего?» — мысленно ответил им.

Не мог сразу понять, что меня больше удивляло. То, что душа руха и мага теперь покорные, или то, что в моей руке заларак? Открыл рот от изумления.

Подвигал пальцем, кистью — ничего не мешало движениям. Ткнул в место чёрной полоски — не чувствовал никакого металла., словно артефакт стал частью моего тела.

Поезд тряхнуло на стыке рельсов. Моя импровизированная тога чуть не слетела. Я перевязал простыню через плечо, как когда-то носили ткань древние философы.

Услышал крики в коридоре, доносящиеся из соседних вагонов, — женские визги, мужские ругательства, топот ног. Что-то происходит.

Схватил чемоданы и выскочил из разрушенного купе. В конце вагона мелькнула спина сотрудника СБИ. Мужчина в тёмно-синем мундире бежал с автоматом наготове.

— Стоять! — закричал офицер резким командным голосом.

Звук эхом отразился от стен узкого коридора. Мужик остановился у перехода между вагонами, начал медленно поворачиваться, поднимая оружие.

И тут его голова просто отделилась от тела. Удар был молниеносным, почти невидимым глазу. Изогнутый клинок прошёл сквозь шею с хирургической точностью. Голова покатилась по полу вагона, как футбольный мяч, оставляя кровавые брызги на стенах.

Тело офицера простояло ещё секунду, из обрубка шеи фонтаном била кровь. Потом рухнуло с глухим стуком, забрызгав пол и стены алой жидкостью.

Я увидел убийцу. Фигура в чёрном балахоне с капюшоном, полностью скрывающим лицо. В руках у него был длинный изогнутый клинок восточного типа, с которого ещё стекала кровь. Движения плавные, профессиональные. Тень императора? Нет, стиль боя другой.

Ещё одна чёрная фигура пробежала к началу поезда, вторая и третья устремились в противоположную сторону. Слышались выстрелы, крики, звон разбивающегося стекла.

Несколько человек в балахонах повернули в мою сторону. Я напряг мышцы, готовясь к бою. Поездка определённо становится всё интереснее.

Тут через систему громкой связи раздался вежливый, почти извиняющийся голос:

— Дорогие, уважаемые пассажиры!

Скрип, приглушённый выстрел, что-то тяжёлое упало с грохотом. Видимо, добрались до рубки машиниста.

— С прискорбием сообщаем, что мы захватили этот поезд, — продолжал голос с искренними извиняющимися интонациями. — Во избежание несчастных случаев и непредвиденных смертей просим вас сохранять спокойствие и не предпринимать необдуманных действий.

Из динамиков лилась классическая вежливость, словно официант в дорогом ресторане объяснял меню особенно капризному клиенту.

— Всё, что нам требуется, — это ваши деньги, драгоценности и прочие ценности, — голос стал ещё более участливым и понимающим. — Как только мы закончим их собирать, немедленно покинем вас и дадим возможность продолжить путешествие.

Пауза, во время которой слышались отдалённые крики и звуки борьбы.

— Не создавайте, пожалуйста, ни нам, ни себе лишних проблем, — тон стал чуть более серьёзным, но по-прежнему вежливым. — Помните: у мёртвых гораздо проще забирать имущество, чем у живых, но мы предпочитаем цивилизованный подход.

Ещё одна пауза.

— С уважением, ваши временные хозяева. Заранее благодарим за сотрудничество и понимание!

— Ничего себе… — хмыкнул я, наблюдая за приближающимися фигурами в чёрном. — Какие воспитанные грабители нынче пошли.

Люди в балахонах уже были рядом. Первый без церемоний схватил мой чемодан — тот, что с одеждой. Второй потянулся к другому, с кристаллами.

— Отпусти сейчас же! — рявкнул тот, что хватал багаж, грубым голосом с акцентом. — Или руки отрежем к чёртовой матери!

Глава 3

Руки грабителей уже сделали движение, и клинки полетели в меня. Время замедлилось. Я видел, как изогнутые лезвия рассекают воздух, нацеливаясь на мои запястья.

Удар. Зарядил кулаком в челюсть одному из них. Раздался хруст костей. Мужик в чёрном балахоне отлетел к стене вагона, голова его треснула о металлическую обшивку с глухим звуком. Разворот и подножка второму. Тварь грохнулась на пол, ударившись затылком о край скамейки. Шип изо льда в голову первому и второму. Ледышки разбились о черепа с тихим звоном, осколки рассыпались по полу вагона. Отдыхают.

Поднял чемоданы, которые выпустил из рук, и посмотрел на мужиков. Лежат без движения, кровь растекается тёмными лужами по деревянному полу. Первый всё ещё дышал — грудь поднималась и опускалась. Второй замер навсегда.

— Ограбление поезда? — спросил я вслух.

Голос эхом отразился от стен узкого коридора. Никто не ответил. Только отдалённые крики слышались из других вагонов.

Двинулся вперёд, к началу состава. Простыня болталась на плече, грозя сползти в самый неподходящий момент. Чемоданы стучали о стены при каждом шаге. Картина, прямо скажем, не из героических эпосов.