за дорогой.

– Какой твой любимый цвет? – вдруг спрашивает он.

Легкие горят, и я крепче сжимаю руль окровавленными пальцами.

– Эмм, зеленый. – выдавливаю я, и он усмехается, следом издав болезненный стон.

– Но у тебя же нет ничего зеленого.

– Потому что этот цвет идет только растениям и деревьям. – машинально отвечаю я.

Дыши.

– Где бы ты хотела провести свою свадьбу?

Вдох.

– Что? – поворачиваю к нему голову.

Нет. Нет. Нет.

Его лицо такое бледное. На висках собрались капли пота. Он едва дышит.

Нет.

Раздается гудок машины, и я снова перевожу глаза на дорогу. Еще немного, нам нужно проехать еще пару кварталов.

Он не умрет.

Он не умрет.

Слезы срываются с ресниц.

– Ответь мне, mia rosa.

– На берегу моря.

– Почему?

– Потому что люблю воду.

– Ах, да. Точно.

Его глаза закрываются, и я выжимаю газ. Со всех сторон раздаются гудки.

– Адриано. – зову я, едва не срываясь на крик.

– Ммм?

– Какая твоя любимая книга?

– Ромео и Джульетта. – не раздумываясь, отвечает он, и я смахиваю слезу со своей щеки.

– Почему?

– У нее…счастливый конец. – его дыхание становится поверхностным, а голос слабым.

Он умирает.

Нет.

Качаю головой.

– Видимо, ты что-то путаешь. В конце они оба умирают. Разве это счастливый конец?

Еще один поворот, и мы на месте.

– Они…освободились от своих семей и…снова сошлись на небесах. По мне так, это счастливый…

Его глаза закрываются, рука соскальзывает с бока. Нет. Нет. Он не может. Только не он. Пожалуйста. Нет.

Резко сворачиваю в поворот, разгоняя прохожих и торможу. Затем вылетаю из машины и распахиваю дверь с его стороны.

– Адриано. – обхватываю его лицо двумя руками. – Очнись, пожалуйста. Пожалуйста.

Он едва заметно сглатывает и приоткрывает глаза. Слава Богу.

Пожалуйста. Пожалуйста, если ты существуешь, не забирай его у меня. Прошу.

Мои глаза отчаянно ищут ранения, но из-за черной одежды трудно разобрать, насколько они серьезные. Выбора нет. Его нужно переместить. Перекладываю одну его руку себе на плечо и помогаю вылезти из машины. В кармане его куртки звенит телефон.

– Мой брат… – бормочет он. – Дарио. Он может помочь.

Крепко держу его за талию, и мы сворачиваем в узкий проулок. Справа железная дверь. Тянусь к ней свободной рукой и распахиваю. Мы вваливаемся в заброшенное здание. Надеюсь, дверь слева открыта. Лиана всегда говорила, что никогда не запирает ее на экстренный случай.

Хватаюсь за ручку. Господи, спасибо. Дверь подается, и мы вваливаемся в темное помещение. Ноги Адриано подкашиваются, и я не выдерживаю. Мы падаем на пол. С усилием я переворачиваю его на спину. Затем на дрожащих ногах закрываю дверь и включаю свет. Взглядом пробегаюсь вокруг. Кровать в центре, маленькая кухня справа. И больше ничего.

Телефон Адриано снова звонит, и я бросаю к нему, упав на колени. Достаю телефон из внутреннего кармана и отвечаю на звонок. Включив громкую связь, кладу его рядом с собой.

– Какого черта ты так долго не отвечаешь? – раздается мужской голос.

Только сейчас замечаю рану. Кровь повсюду. Она пропитала футболку, и мои руки…они…они по локоть в крови. В крови Адриано.

– Алло. – слышится раздраженный голос.

– Кровь. – выдавливаю я, дрожа всем телом. – Она повсюду. Он…он умирает.

– Кто умирает? Доминика?

Слезы застилают глаза. Нет. Он не может умереть. Только не он. Не из-за меня. Нет.

Закрываю рану на животе обеими руками. Теплая кровь просачивается сквозь пальцы, не останавливаясь. Руки дрожат. Почему не могу унять дрожь?

– Ответь мне. – кричит голос. – Доминика? Это ты?

Киваю.

– Да.

– Что с Адриано?

– Он…его ранили.

– У тебя есть аптечка?

– Не знаю.

– Так узнай, блядь! – гневно кричит Дарио, возвращая меня в реальность. – Мой брат не умрет сегодня. Слышишь? И ты ему в этом поможешь. Иначе богом клянусь, ты пожалеешь о том, что родилась на свет, Доминика Эспасито.

Бросаю взгляд на дверь рядом с кухней и встаю, тут же устремившись туда. Распахнув нижние шкафчики, нахожу небольшой чемоданчик и быстро возвращаюсь обратно.

– Я нашла аптечку. – отвечаю и снова опускаюсь на колени.

Вдох.

Он не умрет сегодня. Адриано Мартинелли не умрет сегодня.

Выдох.

– Включи видеосвязь.

Вытерев руки о свою одежду, делаю так, как он просит, и навожу камеру на рану Адриано.

– Пулевое?

– Да.

– Только живот?

– Не знаю.

– Тебе нужно разрезать футболку.

Возвращаю телефон на пол и открываю аптечку, достаю ножницы. Аккуратно разрезаю футболку вдоль, игнорируя черные точки перед глазами.

Не смей отключаться.

Вдох.

Внизу живота пулевая рана. Только одна.

– Сделала.

Выдох.

– Теперь нужно проверить сквозная ли рана. Но тебе нельзя его переворачивать.

Киваю в воздух и засовываю руку ему под спину.

Вдох.

– Раны на спине нет.

Выдох.

– Значит, тебе придется вытащить пулю. Но сначала промой рану.

Дарио продолжает инструктировать меня, а я выполняю каждое действие, думая только об Адриано. О его синих глазах. О громком смехе. Об улыбке. О том, каким смешным было его лицо, когда он пробовал китайскую еду. О том, что он не целовал никого, кроме меня. О том, что рядом с ним я впервые за долгое время, если не за всю жизнь, почувствовала себя по-настоящему свободной. Этот мужчина убивал ради меня, был готов умереть ради меня. А я даже не позволила ему одеть кольцо себе на палец.

Вдох.

Трясу головой, отгоняя слезы.

Промыв рану, достаю пинцет и проталкиваю его в рану, ища пулю.

Выдох.

Думай только о нем. Только о нем.

Ты прекрасна.

Не могу найти ее. Не могу найти пулю.

Ты сводишь меня с ума.

Нашла.

– Она не должна была задеть жизненно важные органы. Теперь зашивай.

Ты станешь моей королевой.

Вдеваю нить в иглу. Стянув два конца раны, вонзаю острие в плоть.

Я всегда смотрю на тебя.

Стежок за стежком. Один. Второй. Третий.

Я люблю тебя.

Зашив рану, снова промываю ее. Дарио просит проверить пульс. Приложив два пальца к месту на шее, я задерживаю дыхание.

– Пульс есть, но слабый.

– Это нормально, он потерял много крови. Проверь его на наличие других повреждений и наложи повязку.

Других ранений нет. Поэтому я делаю так, как сказал Дарио. Перед глазами плывет. Я снова трясу головой.

Я люблю тебя, Доминика Эспасито. Только тебя.

– А что если он…

– Он не умрет. Мой брат сильный. Скажи, где вы, я вышлю за вами машину.

– Мы в Гонконге.

Повисает пауза.

– Тогда я высылаю за вами самолет. Позвоню через пару часов. Не своди с него глаз. Иначе…

– Я не оставлю его.

Что-то в тоне моего голоса заставляет его замолчать, и он сбрасывает вызов.

Тишина окутывает меня со всех сторон. Холод проникает в кости. Дрожащей рукой касаюсь руки Адриано. Такой холодный. Его тепло…

Мне