мягок. — Просто запомни этот момент, потому что то, что произойдет дальше, зависит от тебя, Принцесса.

Я разворачиваюсь, проталкиваюсь сквозь толпу изумленных старшеклассников и иду по коридору.

Глава 47

Арабелла

Пятнистые черно-серые сумерки растягивают тени среди деревьев, делая кладбище немного жутковатым. Просматривая листья и грязь, я не вижу никаких следов своего браслета дружбы.

Где он?

Я не помню, когда в последний раз он был у меня на запястье. Я так привыкла к этому, что мне кажется, будто части меня не хватает.

Мой телефон жужжит, но я игнорирую это. После стычки с Илаем в моей комнате, Лейси и ее друзья безостановочно забрасывали меня вопросами. Меня отмечали в уведомлении за уведомлением, каждое из которых было отвратительнее другого.

Арабелла Грей — не только еб*тся с монстром, но и с братом.

Арабелла Грей, монстр академии Чёрчилля Брэдли.

Я нахожусь под пристальным вниманием каждого студента академии. Шепот начинается всякий раз, когда я вхожу в комнату. Незнакомцы смотрят на меня, оценивают меня. Я улавливаю слова Трэверс и сестра.

— Где он? Где он? — слова покидают меня снова и снова, тревога, которую я копила весь день, трепещет в моей груди. Подойдя к гробнице, я спускаюсь по ступенькам и пробую открыть дверь. Металлический замок дребезжит, когда я его встряхиваю.

Каждый вдох, который я делаю, кажется застревает в моем горле, как будто чья-то рука сжимает его. Мои ноги слабеют, и я падаю на землю. Я не могу двигаться. Мне трудно дышать. Соленый вкус моих слез ощущается на губах, когда они стекают по моему лицу. Не знаю, как долго я буду стоять на коленях в грязи, пока паническая атака не утихнет.

Уставшая и дрожащая, я ищу в сумке телефон, но когда достаю его, обнаруживаю, что держу не тот.

Он знает? Должно быть, он видел фотографию и теги, оставленные по всем социальным сетям.

Это несправедливо. Илай уже испортил впечатление обо мне у других ребят. Я не хочу, чтобы мой незнакомец поверил лжи.

Свежие слезы наполняют мои глаза. Вытирая их костяшками свободной руки, я печатаю сообщение.

Я: Это неправда, что говорят в школьных социальных сетях. Илай — мой сводный брат, не родной по крови. В поцелуе не было моей вины. Он обманул меня. Он ненавидит меня. Все, что он хочет сделать, это причинить мне боль и смутить меня, потому что он винит меня в том, что наши родители поженились. Я не та девушка, которой он меня представляет. Я не похожа на свою мать.

Я нажимаю «Отправить», слезы капают на экран. Проходят минуты, а ответа нет, поэтому я отправляю еще одно сообщение.

Я: Пожалуйста, поверь мне. Я не лгу.

Меня отвлекает звук звонка другого телефона. Я достаю его из сумки и проверяю идентификатор звонящего, прежде чем ответить.

— Где ты? — голос Майлза звучит встревоженно.

— Мне просто нужно было немного времени, — мои слова заканчиваются рыданиями.

— Ты плачешь?

— Н-нет.

— Ты пропускаешь ужин.

— Я не голодна.

Майлз тихо вздыхает.

— Белла…

Крепко сжимая телефон, я закрываю глаза, представляя себе лица, смеющиеся надо мной в столовой.

— Я не собираюсь сидеть там, пока все смотрят на меня, как на какого-то урода. Я уже видела сообщения и теги.

— Где ты? Тебе нельзя выходить после комендантского часа.

— Я напишу тебе позже, — я завершаю звонок.

Телефон снова начинает звонить, но я выключаю его. На другом сотовом телефоне меня не ждут никакие сообщения. Отчаянно пытаясь подавить нарастающую во мне панику, я снова пишу ему.

Я: Пожалуйста, поговори со мной. Почему ты перестал слать мне вызовы? Это было единственное, что заставляло меня чувствовать себя живой с тех пор, как я приехала сюда.

Неизвестный номер: Почему тебя волнует, что думают другие?

Облегчение проникает в меня.

Я: Ничего не могу с собой поделать, а потом начинаю слишком много думать. Мысли не перестают кружиться в моей голове, и я чувствую, что тону.

Неизвестный номер: Какие мысли?

Я: Что все осуждают меня из-за чего-то, что находится вне моего контроля. Я сюда не вписываюсь.

Неизвестный номер: Разве? Кажется, ты отлично вписываешься.

Грусть — это острая боль в груди.

Я: Да? Все прячутся за маской.

Неизвестный номер: Не все. Некоторые люди являются именно такими, какими ты их видишь.

Я: Что ты видишь, когда смотришь на меня? Почему ты выбрал меня для участия в этой игре?

Неизвестный номер: Мои причины не имеют значения. То, что я вижу, не имеет значения. Что ты видишь, когда смотришь на свое отражение? Это единственное, что имеет значение.

Я отвожу взгляд от экрана, смахивая слезы. Что я вижу? Он хочет, чтобы я была честна.

Я: Я вижу девушку, которая больше не знает, кто она. Я думала, что знаю. Потом все изменилось. Ты показал мне вещи, которые заставили меня усомниться в себе.

Неизвестный номер: Ты уверена, что именно это произошло? Потому что мне кажется, что ты лжешь себе о том, кто ты есть. Если для тебя так важно вписываться в общество, почему это не делает тебя счастливой?

Правда причиняет боль.

Я: Потому что Илай прав. Я не должна быть здесь.

Неизвестный номер: Ты веришь в это или просто соответствуешь чужому мнению?

Мое внимание переключается на мемориальную доску на каменной колонне. Слова «Зои Риверс» вырезаны на металле.

Я: Я верю в это.

Неизвестный номер: Это позор. Я думал, в тебе больше борьбы.

Я хмурюсь, услышав его слова, искра гнева вспыхивает под печалью, в которой я погрязаю.

Я: Это то, что я должна делать? Дать отпор миру? Драться с моим сводным братом?

Илай

Я переворачиваюсь на спину и снова читаю текст. Для меня ответ очевиден. Если бы я был на ее месте, я бы собирал оружие, готовое к предстоящей битве. Но она не я, и враг, с которым она хочет сражаться, — это… ну, я.

Ирония в этом не ускользнула от меня. Я растягиваюсь на кровати, пытаясь убедить девушку, которую я должен ненавидеть, дать отпор человеку, который делает ее несчастной. Это ирония или просто еб*ная глупость?

Я: Почему ты позволила мне раздеть тебя догола и прикоснуться к тебе губами?

Котенок: Я не знаю.

Я: Ты знаешь, что это не так. Подумай об этом.

Котенок: Потому что мне это понравилось, и мне стало хорошо.

Я: