что я постоянно что-то планирую? — спросил я у девушек, когда повесил трубку.

— Потому что ты всегда так делаешь, — ответила Алёна, на что Сабина согласно закивала.

Я посмотрел на них обиженным взглядом, затем набрал номер Оливера Ханта. Глава аукционного дома ответил сразу, словно специально ждал.

— Хант на связи.

— Это Матчин, — уже в который раз за сегодня повторил я. — Хотел спросить, вы не передумали организовывать аукцион холодного оружия?

— Да, мистер Матчин, планы такие у нас есть, но со сроками пока не определились.

— Просто я хотел сделать пару мечей в ближайшие несколько дней и подумывал продать их. А ещё взять пару заказов на изготовление индивидуального оружия. Пока в январе есть свободное время, могу этим заняться.

— Это отличная новость, — голос Ханта заметно подобрел. — Отправлю к Вам своего человека, чтобы обговорить все детали. Если сильно торопиться, то где-то через неделю можно всё организовать. Очень многие мастера и покупатели хотели бы поучаствовать.

— Договорились, — сказал я. — Только у меня есть небольшая просьба. Не могли бы Вы в качестве рекламы говорить всем, что технику создания оружия я почерпнул из Испанской рапиры. Хочу, чтобы это проходило через заголовок или что-то в этом роде. Ведь это правда, только благодаря рапире у меня всё получилось. И я хотел бы поднять интерес общественности к подобным артефактам. Чтобы мастера ценили их и хранили, а не использовали как обычное оружие, которое может сломаться.

— Я всё понял, — сказал Хант. — Сделаем так, как Вы хотите.

— Тогда буду ждать звонка вашего человека. Спасибо.

— Вам спасибо, — сказал Хант и повесил трубку.

Улыбнувшись девушкам, я отложил телефон, чтобы взять чашку с чаем.

— Кузьма, ты знаешь, сколько сейчас времени в Лондоне? — спросила Сабина. — Около шести часов утра.

— Мне показалось, что он не спал, — виновато сказал я. — Ладно, давайте чай пить, пока есть время.

Василий задержался где-то на полчаса, но зато приехал в отличном настроении. Его друг Карпов выглядел, как всегда, смурным, а Никита сохранял нейтрально деловитое выражение лица. Но все трое почти синхронно посмотрели на меня, затем опустили взгляд на наши с Сабиной руки.

— Проходите в гостиную, — сказал я, показывая на один из коридоров. — Десять минут назад как раз привезли пирожные из пекарни недалеко. Дорогие, зараза, но очень вкусные.

Василий успел подхватить под локоть друга, чтобы тот не сбежал, а Никита лишь хмыкнул. Когда мы вошли в гостиную, сёстры Юй уже заканчивали расставлять чашки и тарелочки с пирожными.

— Василий, что у тебя с техникой, если в двух словах? — спросил я.

— В двух будет сложно описать, — он на секунду задумался. — Когда концентрирую силу перед ударом, она дрожит.

— Возникает чувство, что если потеряешь концентрацию или передержишь, то она взорвётся и оторвёт тебе руки?

— Точно, — он закивал. — Не понимаю, как её стабилизировать.

— Проблема решаема, но нужен полигон, чтобы показать и объяснить, что к чему. А в черте города такое показывать вообще опасно. После праздников найди меня в институте, где-то за час до обеда.

— То есть, ты с таким сталкивался? — удивился он.

— Кто, по-твоему, эту технику придумал? Только у меня такой проблемы не было из-за крепкого доспеха духа. После праздников. Кстати, не уходи пока, будет к вам большой вопрос. Но сначала вот…

Я достал нож, который сделал мастер Конте, и протянул Карпову.

— Что скажете? — спросил я.

Он бегло осмотрел клинок, пропустил немного силы, но что именно сделал, я не смог разобрать.

— Хорошее оружие, — кивнул Карпов. — Можно железо резать, как папиросную бумагу. С таким сейфы вскрывать удобно.

Достав из кармана большую монету, несколькими быстрыми движениями срезал с торца несколько ломтиков, похожих на спички.

— Первый мой эксперимент по созданию оружия, — сказал я. — Из заготовок только ножик был, а хотелось полноценный меч сделать.

— Читал об этом, — сказал Василий. — Громкая новость. Вроде бы Ханты планируют аукцион провести у нас, выставят много разного оружия.

— Об этом как раз речь и пойдёт, но чуть позже, — сказал я. — Сначала о важном. Если опять коронацию Николая Ивановича не передвинут, то он очень скоро станет императором. Я планирую сразу же попросить у него разрешение основать род Матчиных и, уверен, получу его. Деньги у нашей семьи есть, как и способы заработка, а вот доверенных людей мало. При основании рода нужно будет указать семьи, которые в него войдут, помимо Матчиных. Хочу предложить семьям Никитиных и Карповых стать частью моего рода. Договор пока не составлял, но обещаю, что он будет максимально лаконичным.

На минуту в помещении повисла тишина. Я взял чашку с чаем, отпил немного.

— Хорошее начинание, — сказал Василий и толкнул в плечо Никиту. — Соглашайся.

— Род Матчиных только появится, и первое время будет непросто, — сказал я. — Пока мы займём свою нишу, пока определимся, чем будем заниматься, может пройти год или даже больше. Поэтому каждой семье, в которой есть мастер, я открою счёт в банке на один миллион рублей. Исключительно на семейные нужды, улучшить жилищный вопрос, по кредитам расплатиться или просто чтобы с уверенностью смотреть в будущее. Тем мастерам, у кого своего бизнеса нет, буду платить по пятнадцать тысяч в месяц. Такие у меня мысли и планы на первое время. Что скажете?

— Я согласен, — поднял руку Никита. — И даже без учёта этого аттракциона неслыханной щедрости.

— Это просто вы пока не знаете, сколько мы заработаем на предстоящем аукционе, — сказал я. — Григорий Михайлович?

Мы все посмотрели на Карпова.

— Согласен, — кивнул он.

— Ну вот, — я улыбнулся, — самое главное на сегодня мы решили. Кстати, нож можете себе оставить. Мне всё равно некому его отдать, а я оружием не пользуюсь. Он, конечно, хорош, чтобы богатых людей перед аукционом впечатлить, но лучше пару полноценных мечей сделать. Отсюда вытекает главный вопрос, вы знаете кузнеца, который делает хорошее оружие? У нас неделя впереди, а привлекать иностранцев к этому я не хочу.

— У меня есть знакомый, — сказал Карпов. — Хороший специалист, но занят обычно ерундой. У него кузница в промзоне, рядом с Москвой. Такого качества нож сделает, только без проводника