Его пальцы творили волшебство, проникая в меня, поглаживая, постепенно наращивая темп. Движение, и он уже нависает надо мной, разводя коленом мои ноги, продолжая вести меня наверх, разгоняя своими пальцами.

- Оля, открой глаза. Смотри на меня, моя девочка. - шепчет он, проводя костяшками пальцев по виску, убирая волосы с глаз.

Я открыла глаза в то самое мгновенье, когда волны оргазма накрыли меня. Я застонала, вцепилась в него изо всех сил. Чувствуя, как вместо пальцев горячая пульсирующая головка входит в меня. Он входит медленно, наслаждаясь каждой секундой своего проникновения. И когда заполняет меня всю, погрузившись полностью, Тагир замирает. Дыхание жесткое, хриплое, срывающееся. Стук его сердца под моей рукой отдаётся в кисть и волной идёт по телу.

- Оля. - хрипит он. - Ты моя. Ты пришла.

Его губы обрушиваются на меня, язык врывается в рот, повторяя те же движения, которые совершает его тело, а оно начинает ритмично двигаться, сначала медленно, но постепенно темп начирает нарастать. И вот он уже не сдерживается: рычит, стонет, крепко сжимая меня руками, кусая и тут же целуя места укусов. Я балансирую на грани боли и наслаждения, чувствуя, как тёмная волна начинает зарождаться где-то в животе, расползаясь по телу. Он вколачивается со всей силы, пронзая меня своей мощью, чувствуя мои сокращения, и вдруг останавливается.

- Посмотри на меня! - голос низкий, срывающийся. - Назови моё имя!

- Тагир. - шепчу я.

- Громче, Оля! Громче!

Я тону в волне экстаза и кричу его имя:

- Тагир!

Он стонет и изливается в меня раз за разом.

- Господи, - шепчет он, - я уже думал, что никогда.

Дыхание тяжелое, хриплое. Он приподнимается, опираясь на руки, но оставаясь внутри меня.

- Как ты? - тихо спрашивает он, вглядываясь в меня.

- Всё хорошо. - тихо отвечаю я, стараясь отвести взгляд.

- Не смей, - шипит он. - Не смей отгораживаться от меня, не смей уходить, слышишь?

- Я тут, Тагир. - поднимаю руку и провожу по его лицу. - Я никуда не ушла.

Его губы хватают мои пальцы, он прикусывает их, втягивает в рот, поглаживая языком, одновременно с этим я чувствую, что он опять наливается силой, становится каменным внутри меня, а моё тело начинает его ласкать. Глаза Тагира вспыхивают, в них удивление и непонимание того, что происходит.

- Подожди, солнышко, - хрипит он, перекатываясь на спину, увлекая меня за собой, садится и прижимает меня к себе, обхватывая за ягодицы, поднимая и опуская на себя. - Давай, Оленька, иди ко мне.

Движения становятся резче, сильнее. Он ласкает языком мою грудь, нежно покусывает сосок, перекатывая его между зубами, и стонет. Я тону, растворяюсь в своих ощущениях, рассыпаясь, растворяясь в волнах нового освобождения. И где-то там, в бесконечности, после всех криков и стонов шепчу тихо, так тихо, что только моё сердце это слышит: «Вик».

Он не отпускал меня всю ночь. Снова и снова заставляя кричать его имя, выжигая ЕГО из моей памяти, из моего тела. Уже под утро Тагир уснул, прижимая меня к себе. Лёжа рядом с ним, я тихо плакала, беззвучно, стараясь его не разбудить. Проклиная себя, своё тело, свою жизнь и продолжая любить его, того, кто меня предал.

* * *

Уснуть удалось уже утром, когда телефон отзвонил подъем в семь утра, уткнувшись в подушку и прижимаясь спиной к крепкой груди Тагира, который так и не отпускал меня всю ночь, обхватив руками, реагируя на малейшие попытки отодвинуться от него.

Уже засыпая, подумала о том, что хорошо, что завтра суббота и впереди ещё два дня до выхода на работу. А потом пришёл ОН.

- Малыха, Оленька, я скучал. - Он улыбнулся и прижал меня к себе, зарываясь лицом в мои волосы, шумно вдыхая мой запах.

От него пахло дубленой кожей и табаком. Его руки по-хозяйски проникли за пояс джинсов и двинулись вниз, обжигая меня, прокладывая огненную дорожку, проникая в меня, лаская, трогая так, как только он умел.

- Давай, малая, как я учил, как ты можешь, давай.

Я откидываю голову и погружаюсь в водоворот чувств и ощущений.

- Иди ко мне, родная. Смотри, как я тебя хочу.

Я развожу ноги, и он врывается в меня, жестко, до боли, до белых вспышек, пальцами сдавливая клитор, рыча от удовольствия, целуя, посасывая ареолы сосков.

- Господи, да! - кричу я. - Люблю тебя!

- Оля! Открой глаза!

Жесткий голос врывается в мой мозг, и я распахиваю глаза за секунду до того, как волна оргазма накрывает меня и тело выгибается дугой. Я вижу его глаза, горящие, прожигающие меня, но мыслями я ещё