не справится с таким объемом информации. Бедная! Миндалевидные глаза японки еще больше потемнели, а лицо слегка осунулось. Получается, молодая семья ярославского княжича его просто сдала. Но в чем причина? Зачем отдавать в руки потенциального соперника в борьбе за престол Руси самое сильное и неожиданное оружие?

Тем временем Великий князь грузно поднялся и легким движением руки оттолкнул кресло в сторону. Оно не покатилось на колесиках, а просто отлетело. Ударившись о стену, развалилось на несколько составных частей. Рюрикович был раздражен.

— Не стоило тебе этого говорить, барон, — государь сделал несколько шагов вдоль стола и вышел на середину комнаты. Теперь до него можно рукой подать. — За меньшее люди лишались положения, земель и даже жизни. Но я ценю откровенность, когда за ней стоит искренность, а не заблуждения. Или еще хуже: чьи-то чужие мысли. Меня огорчает лишь одна деталь, которую ты пытаешься скрыть от моего взора. И я не удивлен, почему именно она тщательно оберегается тобою.

— Не понимаю, государь, — Никита напрягся.

— Если бы не княжна Тэмико, любезно согласившаяся приоткрыть некоторые аспекты твоих способностей, — последовал легкий кивок Великого князя в сторону побледневшей японки, — я бы до сих пор оставался в неведении, какое оружие хранится у тебя за пазухой. Так что ты все понимаешь, Никита. Отдай демона мне. Что там нужно произнести?

— Я полагаю, Хранительница, претендующая на высший пост, уже нашла способ переподчинения, — Никита с иронией поглядел на Тэмико. — Не понимаю только причин, по которым она решила раскрыть мою тайну. У нас ведь была договоренность, что я не буду использовать своего слугу во вред сюзерену, его семье и его людям. Свои обязательства я выполняю…

Тэмико вспыхнула ярким румянцем, тонкие губы исказились в гневе, но буквально через мгновение полный штиль коснулся ее красивого лица. Ни единой морщинки, ни одной складки.

— Интересные подробности выясняются, — даже с какой-то веселостью произнес Великий князь и заложил руки за спину. А Никита почувствовал сильное давление на свою «кольчугу». Юрий Иванович с трудом сдерживал гнев, направленный на ярославских родственников. Магический пресс заполнил весь кабинет, где стало трудно дышать. Басманов и Зайцев поспешно накинули «сферу», прячась от дискомфорта.

Неожиданно магия схлынула, а государь оживился:

— Впрочем, сейчас неважно, чего вы там друг другу наобещали. Речь идет о твоей свободе, Никита Анатольевич. Согласен ли ты ее взять в обмен на своего слугу?

— Я подчинил демона, мне его и освобождать, — не дрогнул под тяжелым взглядом Великого князя Никита. — В нашем соглашении не было ни единого слова о переподчинении.

— Неужели? Договор с тварью — что-то новенькое, — государь посмотрел на княжну. — Тэмико?

В этот же момент Басманов и Зайцев встали и синхронно разошлись по сторонам. Тяжеловесы что-то задумали. Воздух в помещении снова раскалился от невидимых магических конструкций, которые хаотично заметались, сталкиваясь друг с другом, еще больше нагревая эфирное поле.

— Почти закончила, — сказала она, победно глядя на Никиту. — Только не понимаю одну вязь. Она словно специально создана искусственно.

— Вы на правильном пути, княжна, — с уважением, без тени ерничества ответил волхв. — Но без моего желания вы не сможете провести переподчинение. Я бы предпочел закончить переговоры с нужным для всех результатом. Государь дает мне свободу, и я тут же прошу благословения родителей Дарьи Александровны. Ваши требования, господа, я уже выполнил.

— Если вы, барон, стремитесь бежать, — Зайцев, как обычный обитатель слободки, хрустнул пальцами, демонстрируя на них магические кольца, — подумайте о своих родственниках. О прелестных девушках Анциферовых, о Дарье Александровне, о ее семье. Наконец, о тех людях, которые согласны взять в жены ваших сестер. Думаете, мы не знаем о сватовстве Годуновых и Давлетовых? Ход великолепный, но вы проигрываете по времени. Усадьба в Боровичах окружена, оттуда никто не выйдет. Если понадобится, осада продлится столько времени, сколько вы будете упорствовать в своем нежелании поделиться частью своей удивительной Силы. Я имею в виду демона.

— Вы играете с таким огнем, который не погасите, если полыхнет, — покачал головой Никита. — И не факт, что выполнив ваши требования, я не буду насильно задержан в этой Яви. Давайте разойдемся мирно!

— Есть! — воскликнула Тэмико и вскочила на ноги, отчего Данила укоризненно посмотрел на свою жену. Ему, как понял Никита, не нравилось происходящее. Но почему тогда он пошел на поводу княжны?

Девушка подошла к Великом князю и прошептала ему что-то на ухо. Юрий Иванович победно улыбнулся.

— Дуарх! Габхайл! Та мо ши нгуос! — отчетливо произнес он, не сводя взгляда с бесстрастного лица волхва.

Ничего не произошло. Не появилась ледяная воронка, не вылетела из нее с жутким воем огромная тварь, чтобы преклонить колено перед новым хозяином. Никита покачал головой.

— Вы все правильно делали, княжна, — пояснил он. — И правильно заметили, что одна из рун абсолютно синтетическая, искусственно созданная. Это моя страховка от таких неприятных ситуаций. После переподчинения я изменил Призыв, и попытка вырвать у меня поводок, приведет к освобождению демона. Он просто затеряется в Нави. Вы проиграли, и давить сейчас на меня просто не получится.

— Начинайте! — поднес к губам амулет связи Зайцев. — Сестер Анциферовых взять под стражу. Особняк Сабуровых блокировать, но никого не выпускать наружу! Аккуратнее там!

— Присаживайтесь, Никита Анатольевич, — радушно произнес Великий князь, показывая жестом на маленький диванчик возле двери. — Нам предстоит провести вместе час или два в приятном обществе. А пока подумайте, стоило ли так упираться?

— Полагаю, что да, — ответил Никита, соглашаясь с государем, что надо посидеть. Ноги, чай, не казенные. — Вы же до сих пор не ответили, как нам мирно разойтись. Вместо этого пытаетесь давить на меня излишне драматическими методами. Что ж, подождем. Позвольте тогда мне снять пальто. Здесь ужасно душно.

* * *

Четыре внедорожных автомобиля черного цвета с узнаваемой эмблемой Опричной Службы свернули с трассы, проходящей вдоль Мсты, на асфальтовую узкую дорогу, которая вела к нахохлившемуся двухэтажному особняку. Робкие золотисто-желтые лучи утреннего солнца осветили крыши домов и верхушки деревьев. Замерзшая за ночь земля словно встрепенулась, жирно зачернела в предвкушении тепла.

Непрошенные гости — а «осовцы» никогда не вызывали положительных эмоций как у мирян, так и у бояр, не связанных с ними служебными обязательствами — подъехали к воротам и остановились. Захлопали дверцы, наружу высыпали хорошо вооруженные люди. Большинство было с автоматическими карабинами, хищно поблескивавшими вороненым покрытием. Они разошлись в разные стороны, взяв под контроль ворота и выставив посты вдоль передней части забора. И замерли, словно чего-то ожидая.

Удивительно, но оставшийся за наместника управитель, кем бы он ни был, даже не сделал попытки выяснить, по какому