палец вверх Бенджамин. — Мы с тобой обязательно найдем себе идеальных девушек.

— Что ж, буду надеяться и ждать, — с хитрой улыбкой отвечает Терренс. — И если у тебя окажется на примете красивые девчонки, то обязательно дай мне знать. В ближайшее время я собираюсь оторваться по полной и удовлетворить все свои потребности. Которые не смогла удовлетворить моя почти что бывшая возлюбленная.

— Я обязательно подумаю над этим и… — Бенджамин резко замолкает и вопросительно смотрит на Терренса. — Так, стоп! Сейчас даже и думать об этом забудь!

— Почему это? — округляет глаза Терренс.

— Ты не можешь изменять девушке до тех пор, пока не расстался с ней окончательно.

— Вообще-то, мы уже расстались.

— Вы прямо об этом заявили друг другу?

— Давно уже.

— Окей, тогда хотя бы подожди немного. Не надо сию минуту бросаться в объятия другой девчонки.

— Я тебя умоляю, Бенджамин! — восклицает Терренс. — Да если бы не моя преданность, я бы начал изменять Кэмерон еще очень давно. Когда она только начала отвергать меня.

Терренс скрещивает руки на груди.

— И не думаю, что мне было бы стыдно за это, — предполагает Терренс. — Ибо я довольно быстро начал охладевать к ней. А Ракель бы вряд ли огорчилась, узнав о моих похождениях. Ну может, повопила бы немного, а потом успокоилась бы.

— Ну если она и правда не любила тебя, то все может быть, — задумчиво говорит Бенджамин. — Однако не думаю, что это понравилось бы твоей матери.

— Она поймет. Мама и так знает, что у нас с Ракель не все гладко. И мне придется сказать ей, что разорвал отношения с этой девчонкой.

— Она определенно расстроится. Ведь ей нравилась эта девушка.

— Но обрадуется, когда я расскажу ей всю правду об этой эгоистке. Моя мать вряд ли бы желала мне такого счастья.

— Тем не менее, я боюсь даже представить себе ее реакцию, когда она узнает, что ты поднял на Ракель руку.

— Я тоже боюсь, что она разозлится на меня. Но мне придется рассказать ей обо всем… За рукоприкладство мама, конечно же, осудит меня. Но думаю, она сможет понять причину моего разрыва с Ракель.

— Прости, Терренс, но все осудят тебя за то, что ты поднял руку на девушку. Как бы то ни было, ты сделал то, что непростительно.

— Знаю…

— К тому же, Ракель может быть настолько обижена на тебя, что запросто расскажет всему миру не просто о твоей пощечине, но еще и запросто обвинит в домашнем насилии. Народ тут же атакует тебя с гневными комментариями. И тогда твоей карьере уж точно придет конец.

— Если Кэмерон это сделает, я не буду молчать. И расскажу всему миру много чего интересного. Про нее и ее психозы, с которыми мне пришлось столкнуться во время наших отношений. — Терренс гордо приподнимает голову. — И я уж точно не буду молчать о том, что она психически нездорова и нуждается в лечении.

Глава 8.6

— Что? — ужасается Бенджамин. — Ты что собираешься наговаривать на Ракель и позорить ее перед всем миром? Прямо как Саймон Рингер когда-то!

— На этот раз все будет намного хуже, я обещаю. Если Рингеру перестали верить, то мне будут верить до самого конца. Все до единого.

— Прости за мою грубость, приятель, но я сомневаюсь, что люди поверят тебе.

— С чего это вдруг?

— Если Ракель заявит о том, что ее подвергали насилию, а ты ответишь тем, что расскажешь про ее якобы психические проблемы, то сделаешь себе только хуже. Народ решит, что ты таким образом мстишь ей и пытаешься оклеветать ее.

— Я имею б о льшее влияние в шоу-бизнесе!

— Если Ракель обвинит тебя в насилии, то все твои влиятельные друзья отвернутся от тебя. После такого тобой не то, что восхищаться перестанут, так еще твоя карьера будет разрушена к чертовой матери. Люди начнут сторониться тебя и говорить гадости. А вот Ракель начнет получить всеобщую любовь и защиту. В этом случае девушке поверят больше.

— Это мы еще посмотрим, — сухо бросает Терренс. — Но эта сучка точно пожалеет, если посмеет оклеветать меня. Я так испорчу ей жизнь, что она приползет ко мне на коленях и будет молить о прощении. На глазах у всего мира.

— Почему ты хочешь повести себя, как бессовестный козел и отомстить девушке за то, что она бросила тебя? Какая бы плохая она ни была, нельзя опускаться такого! Веди себя достойно! Не надо вести себя как девчонка и устраивать скандалы! Расстался с ней и забудь про нее!

— Я вовсе не собираюсь унижать ее, — разведя руками, оправдывается Терренс. — Просто хочу сообщить всем, что в том, что рассказал Саймон, была доля правды. И Ракель уже доказала мне и своим подругам, что она точно не совсем здоровая, когда устраивала нам истерики, которые нормальные человек не выдержит.

— Господи, Терренс, да оставь ты ее в покое… Все, вы расстались! Она уже перестала быть твоей и начнет жить своей жизнью. Неужели тебе реально станет лучше, если ее опять будут незаслуженно поливать грязью и считать психованной идиоткой?

— Если бы ты побольше пообщался с ней и пожил с этой эгоисткой несколько месяцев, то понял бы, что она реально больная.

— Извини, МакКлайф, но сейчас ты ведешь себя очень некрасиво, — уверенно говорит Бенджамин. — Я понимаю, что ты сильно обижен и унижен, но даже в такой ситуации надо уметь держать лицо. Поссорились, разошлись и оставили друг друга в покое.

— Это твое мнение… — без эмоций бросает Терренс. — Я не стану с ним спорить.

— Тебя больше будут больше уважать, если ты будешь вести себя достойно.

— С этой девушкой невозможно вести себя достойно. Она делает все, чтобы спровоцировать меня.

— А ты, идиот, поддаешься !

— В любом случае, я уже сказал, что если она посмеет оклеветать меня, то ее ждет серьезная расплата. Все взаимно! Раз ей хочется унизить