на месте, завалился на бок, и упал на землю. Что-то щелкнуло, хлопнуло, во все стороны брызнули синие искры. Аккумулятор взорвался, не выдержал электромагнитного импульса.

Но свое дело он сделал: с базы вылетело два камикадзе. Всего несколько секунд до того, как они начнут пикировать на цель. Остается надеяться, что дронобойщики сработают.

Да, вот один взорвался в воздухе, потом второй. Эти пушки не просто соединение с оператором рвут, они запекают электронную начинку в собственном соку. И дрон попросту самоликвидируется.

На секунду я подумал: если бы тогда у нас была подобная штука в Севастополе, то все обошлось бы гораздо проще. И Вирус был бы жив, и мне не прилетело бы по башке. Я не провалялся бы в госпитале три недели и, возможно, смог бы эвакуироваться.

Но как они были бы без меня? Ребята, что в доме выживали — осмелились ли бы попытаться уйти пешком? Для них все кончилось плохо, хотя кто-то и нашел приют у «росгвардейцев».

А Саша и остальной медицинский персонал, пациенты? Они так и остались бы заперты в городской больнице. И сидели бы там, пока не ослабели бы. Что дальше? Каннибализм, стать подобными зомби? Или все-таки попытаться прорваться на остатках сил и сдохнуть?

Наверное я сделал хоть немного добра. А значит, это не зря, что я остался тут.

С базы вылетело еще два дрона, снова двинулись в сторону боевых машин, но парни уже успели заменить аккумуляторы в дронобойках. Несколько секунд, и эти тоже взрываются в воздухе. Подлететь они успели ближе, и наших внизу осыпало осколками.

Кажется, кто-то ранен.

Система сейчас торопливо просчитывает варианты: что делать дальше. Дроны не сработали. Другого оружия у нас нет.

И я подумал: что будет, если вместо того чтобы идти воевать, эти уебки просто отработают артой? Успеют наши усесться в БТР и сбежать под прикрытие леса? Или нет?

Хотя, кто им эту арту наведет-то? Могут, конечно, херачить по кругу, да только толку с этого будет чуть. Любой дрон парни посадят, а чтобы сделать это самим, надо выбираться с базы.

Наступила тишина, прошло еще несколько минут.

А потом там, откуда были только что слышны взрывы, что-то захлопало, громко так. Я снова глянул на экран ноутбука, и заметил вспышки. И понял, что кто-то из наших открыл огонь из АГСа.

Да, на том БТР, что мы забрали со второй базы, помимо ПКТМ стоял еще и автоматический станковый гранатомет. И кто-то, похоже, решил навести шороху на базе.

Одновременно с этим послышались взрывы, уже со стороны базы. Дальность у него два километра, так что хватало. Да, сейчас им там совсем не весело. Остается надеяться только на то, что парни не накроют нас, когда пойдем внутрь.

И это, похоже, стало последней каплей, потому что из ворот базы выехал БТР, а следом за ним побежали люди. Много, человек тридцать примерно, я успел их сосчитать. Плюс-минус столько же, сколько и наших. Только у нас две боевые машины вместо одной, есть реактивные гранатометы и новые ВОГи с кумулятивными снарядами. Так что шансов по идее больше.

Все. Теперь наше время включаться в дело. Надо только немного подождать, а потом вперед.

Когда бойцы и боевая машина оказались достаточно далеко, я скинул с себя серебрянку, накрыл ей ноутбук — потом, при свете дня найти можно будет, да и следы имеются. Парни Минуты тоже выбрались из укрытия, и мы побежали в сторону входа в базу.

Решающий момент. Если не получится войти, нужно успеть передать сигнал к отступлению. Рациями мы пользоваться не собирались, но у меня был сигнальный пистолет. И два заряда — один красный, второй зеленый. На случай провала и успеха.

Я бежал, что было сил, надеясь попасть на базу раньше, чем нас заметят. Да и мало ли, вдруг еще побегут. А стрелять тут нам нельзя. Только внутри, да и то осторожно. Хотя если я в приоритете системы, то есть шансы, что мои действия будут восприняты, скажем, за подавление бунта.

Наконец-то «грибок» идентификационного устройства. Я вдавил кнопку, и из динамика послышалось:

— База приведена в состояние полной боевой готовности. Не прошедшие идентификацию будут уничтожены на месте.

— Майор Сергей Краев! — заорал я. Сигнала подать в случае чего мы успеем, потому что нас расхуярит дроном. У нас-то ЭМИ-ружей нет. — Личный номер Р-048119

— Необходимо сканирование сетчатки, — все тем же металлическим голосом проговорил робот.

Я наклонился и подставил глаз под линзу. Ну давай же, ебаная машина, быстрее. Торчим тут как три тополя на Плющихе

— Майор Сергей Краев, — проговорил наконец-то голос.- Доступ разрешен. Уровень доступа — полный.

В груди что-то ухнулось. Сработало, сука, сработало. Теперь мы можем войти на базу. Первый пункт плана подействовал, и нам остается только добраться до командного пункта и перехватить управление системой. Или вообще отключить ее. А потом — зачистка, чтобы никого не осталось.

Да, сказать это очень легко. Только вот сделать будет гораздо сложнее. Потому что они тоже снаряжены по первому разряду, у них есть бронебойные патроны, и даже плиты шестого класса защитят от них не с очень большой вероятностью.

— Пошли, пацаны, — одними губами произнес я и побежал в сторону открытых ворот так быстро, как мог.

Хорошо хоть тренировался в последнее время, так что спринтерский рывок дался мне достаточно легко. Ну а еще лучше то, что хлопки взрывов ВОГов прекратились. Похоже, они увидели с дронов, что мы идем на базу.

Уже через четверть минуты я был у входа в базу, вскинул оружие и тут же наткнулся на гребаного робота.

Сука, и они тут! Ну а чего удивляться-то, если уж машины на мобильных базах были, то и тут должны.

Мне почему-то ярко представилось, как по мне сейчас отработают спаренные пулеметы и буквально нашпигуют меня свинцом. Я вскинул автомат, прицелился в него…

И ничего не произошло. Робот, как стоял, так и остался, не проявляя никаких признаков агрессии.

— Доложить статус! — заорал я.

— Повышенная боевая готовность, — ответил все тот же металлический голос. Он тут один на всех. Да и выглядят они одинаково.

Хотя был у нас такой прикол на базах — раскрашивать их разными красками, наносить фирменные знаки, чтобы хоть как-то отличать одного и другого. Делали мы это просто по приколу, потому что никакого практического смысла в этом не было. Их собственный искусственный интеллект очень сильно кастрирован, примерно на уровне насекомого.