Лори, причем почти так же шумно и суматошно, как и Тедди Второй, и воскликнул, размахивая вечерней газетой:

– Новости видела, Джо? Что скажешь? Мне прямо сейчас ехать за нашим храбрецом?

– Было бы замечательно. Но может оказаться, что все совсем не так – слухи часто бывают лживыми. Может, через несколько часов мы услышим совсем другую версию этой истории.

– Я телефонировал Деми: пусть выяснит все, что сможет; если это правда – немедленно отправляюсь в путь. Отличная выйдет поездка. Если он в состоянии путешествовать, я привезу его сюда, если нет – останусь за ним ухаживать. Он выкарабкается. Уж кого-кого, а Дана падение на голову не убьет. У него девять жизней, и он пока даже половины их не потратил.

– Дядя, если вы поедете, можно я с вами? Ужасно хочется куда-нибудь съездить, и так будет здорово посмотреть на шахты и на Дана, услышать все подробности, помочь ему. Я умею ухаживать за больными. Правда, Роб? – воскликнул Тедди просительным тоном.

– Истинная правда. Но если ты маме нужен тут, могу я съездить и помочь дяде, – ответил Роб со свойственным ему хладнокровием: он явно годился для такой поездки куда больше, чем взбалмошный Тедди.

– Вы мне нужны оба. Мои мальчики постоянно попадают в беду, если не держать их у себя под боком. Других я удерживать не имею права, а вас точно не отпущу, потому что с вами обязательно что-то случится. В жизни еще не было такого года, как нынешний: сплошные кораблекрушения, свадьбы, потопы и помолвки – катастрофа за катастрофой! – воскликнула миссис Джо.

– Да и не бывает иначе, мадам, если на руках у вас куча мальчиков и девочек. Полагаю, худшее позади, но начнется снова, когда эти юноши выйдут в большой мир. Вот тогда я готов оказывать поддержку, ибо вам понадобятся и помощь, и утешение – особенно если Тед сбежит рано, – рассмеялся мистер Лори, позабавленный ее жалобами.

– Меня, похоже, уже ничем не удивишь, но я переживаю за Дана, и мне кажется, что кто-то должен к нему поехать. Там известно какая глушь, а ему может понадобиться особый уход. Бедолага, вечно ему достается! Впрочем, возможно, он в итоге «пооботрется», как когда-то говорила Ханна.

– От Деми наверняка скоро будут вести, а потом я двинусь.

С этими бодрыми словами мистер Лори удалился, а Тед, поняв, что маму не переубедишь, отправился следом – уговаривать дядю, чтобы тот взял его с собой.

Новые сведения подтвердили старые и даже добавили им интереса. Мистер Лори двинулся в путь незамедлительно, и Тед поехал с ним в город, продолжая бесплодно упрашивать, чтобы ему дали съездить к его Дану. Он пропал на весь день; впрочем, мама его спокойно заметила:

– Да ничего, просто подуется немного, потому что не по его вышло. Посидит с Томом или Деми, а вечером явится домой, голодный и присмиревший. Уж я-то его знаю.

Но скоро оказалось, что удивить можно и ее: настал вечер, а Теда все не было, более того – его никто не видел. Мистер Баэр как раз отбывал на поиски пропавшего сына, когда принесли телеграмму, отправленную с одной из станций на пути следования мистера Лори:

Обнаружил Теда в вагоне. Едет со мной. Подробности завтра.

Т. Лоренс.

– Тед сбежал раньше, чем ты, мамочка, полагала. Ну и ладно – дядя за ним присмотрит, а Дан будет страшно рад его видеть, – заметил Роб, когда миссис Джо опустилась в кресло, пытаясь свыкнуться с мыслью, что ее младшенький действительно в пути на Дикий Запад.

– Непослушный мальчишка! Ух я его и накажу, если поймаю. Лори-то небось только подмигнул в ответ на эту выходку. Чего еще от него ждать? Они, бандиты, небось прекрасно проведут там время! Мне бы с ними поехать! Только ведь мой ненормальный сыночек небось ни халата с собой не взял, ни пальто. Так что, когда они вернутся, придется нам нянчить сразу двух пациентов – если они вообще вернутся. Эти скоростные поезда вечно падают в пропасти, горят или сходят с рельсов. Ах, Тед мой! Ненаглядный мой мальчик, как я могла отпустить его в такую даль?

Миссис Джо, как и всякая мама, забыла за нежными причитаниями над счастливым негодником все свои суровые слова – а негодник на всех парах мчался через континент, страшно довольный успехом своего первого бунта. Мистера Лори страшно позабавило заявление, что на столь решительные действия Теда вдохновили его слова: «Если Тед сбежит» – а соответственно, весь груз ответственности лежит на его плечах. Мистер Лори безропотно принял на себя эту ответственность в тот самый миг, когда обнаружил спящего беглеца в одном из вагонов – багажа при нем не было, имелась только бутылка вина для Дана и щетка для ваксы для самого Теда; предчувствия миссис Джо оправдались – «два бандита» отлично провели время. Домой в должный срок доставили покаянные письма, и родители быстро перестали сердиться на Теда – всё перебили тревоги за Дана, который был очень плох и несколько дней не узнавал даже друзей. Потом он пошел на поправку, и все дружно простили негодника, когда он с гордостью доложил, что первые осознанные слова Дана звучали так: «Привет, Тед!» – причем Дан радостно улыбнулся, увидев склонившееся над ним знакомое лицо.

– Я очень рада, что он поехал, и больше не буду его бранить. Ну так что мы положим Дану в посылку?

Пытаясь справиться с нетерпеливым желанием поскорее заполучить больного в свои руки, миссис Джо посылала ему всякие полезные вещи – хватило бы на целую больницу.

Скоро стали приходить обнадеживающие вести, и вот наконец врачи разрешили Дану ехать домой; он, впрочем, похоже, не спешил, хотя без устали слушал рассказы своих нянек.

«Дан странным образом переменился, – писал Лори Джо, – и изменила его не только болезнь, но и что-то, что случилось раньше. Что именно – не знаю и расспросы оставляю тебе, однако из того, что он бормотал в бреду, я, боюсь, вынес, что в прошлом году он попал в какую-то очень неприятную историю. На вид он прибавил лет десять, но стал лучше, выдержаннее и бесконечно нам признателен. Мучительно видеть, каким алчным взглядом он смотрит на Теда – будто не может насмотреться. Сказал, что в Канзасе у него ничего не вышло, но в подробности не вдается, я же выжидаю. Здесь к нему относятся прекрасно, а для него такие вещи стали важны: раньше, как ты помнишь, он только фыркал в ответ на любые проявления чувств, а теперь стремится к тому, чтобы все хорошо о нем думали, и очень старается завоевать приязнь и уважение. Может, я и не прав. Скоро