не слышу, нажимая отбой, сжимаюсь в комок и рыдаю от боли. Сообщения летят беспрерывно, одно за другим. Но сейчас мне всё равно. Не хочу, не могу, не буду! Весь оставшийся день просто приходила в себя. Только разговор с дочерью немного сбросил напряжение. К утру от Витьки пришло более пятисот сообщений: простые, голосовые, видео, но открывать их и читать, слушать, смотреть сил не было.

Оставшиеся три дня делала вид, что его не существует, ловя на себе задумчивые взгляды мужа. Понятно, Виктор уже успел на эту тему переговорить с ним. Надеюсь, что ему не хватило ума попросить Тагира нас примирить. Вот тогда точно посланы были бы оба!

Вечером перед отлётом муж заказал столик в Level 43 Sky Lounge. На мне было классическое маленькое черное платье от Chanel и комплект «Клевер» от Van Cleef Arpels, состоящий из колье, серёг, браслета и кольца. Всё это я обнаружила утром на кровати. Тагир, как всегда, ушел из дома засветло, оставив записку, что в девятнадцать часов за мной заедет его водитель. Весь день телефон не умолкал. Каждые пятнадцать-двадцать минут или сообщение, или звонок.

Приходится периодически проглядывать дозвоны, чтобы не пропустить маму, мужа или Светку.

Увидев пропущенный от Светика, тут же схватила айфон и перезвонила:

- Да, Светуль? Ну как там по моему…

- Оленька, родная, выслушай меня.

Я резко выдохнула и мысленно закричала: «Да твою-то мать, Татарский!», медленно просчитав до пяти, успокаивая дыхание.

- Да, Вить? - тихо спросила я, уже успокоившись.

- Малыха, прости меня. Я совсем не то имел в виду, родная. - В его голосе я слышу и боль, и страх, и раскаяние.

- Вить, просто не надо больше. Было очень больно. Я еле собрала себя, чтобы опять вот так…

- Родная, я был полным долбоёбом, мне нет прощения. Даже я себя сейчас понять не могу, почему тогда сделал это. Прошу тебя, поверь мне.

Я молчала, было тяжело, страшно, поверить снова вот так, до откровения, я была ещё не готова. А может, уже никогда не буду готова. Он ещё что-то говорил, но я уже не слушала слов, просто слушала его голос, который согревал меня. Завтра он будет рядом. Завтра я смогу к нему прикоснуться. Завтра я смогу им надышаться. А потом я заставлю их заплатить по моим счетам.

Глава 44

Ровно в семь часов я вышла из дома. Чёрный «Майбах» уже стоял на подъездной дорожке. Увидев меня, водитель выскочил и, обежав машину, открыл мне дверь. Сев на заднее сиденье, я закрыла глаза и задумалась. Времени обдумать все детали моего плана катастрофически мало. Витька своими словами выбил меня на три дня! Даже сейчас, стоило только подумать об этом, липкая волна боли, стыда и унижения накрыла меня, сжимая горло ледяными пальцами. Выдохнув сквозь зубы, огромным усилием я заставила себя переключиться.

Нужно думать о другом. За оставшийся месяц необходимо слишком много сделать для того, чтобы… Да, это будет удар для них, но именно они довели меня до этого, они разбудили во мне суку, которая умеет больно кусаться. Мысленно я разделила все задачи по пунктам в порядке их осуществления и отложила в сторону. Ни звонить, ни писать нельзя! Как только они всё поймут, первое, что сделает мой муж, так это возьмёт распечатки разговоров. Поэтому я следила даже за тем, сколько раз за неделю я написала Светке.

Когда мы подъехали к Four Points by Sheraton, меня уже ждали. Отдельный лифт и VIP-обслуживание. Войдя в помещение ресторана, меня сразу проводили в приват-зону, находящуюся на террасе. Тагир сидел за столиком и разговаривал по телефону. Сжатые губы и желваки не оставили сомнений, с кем именно он вёл разговор. Увидев меня, он резко попрощался со своим собеседником и, положив айфон на стол, встал. Я подошла к нему и подставила щеку для поцелуя.

- Родная, ты великолепна. - тихо сказал он, касаясь носом щеки, проводя кончиками пальцев по руке от кисти и вверх до самой ключицы, заставляя кожу покрыться мурашками.

Он отодвинул стул, приглашая меня сесть.. Выбор блюд я всецело доверила мужу, он прекрасно говорил на арабском, чем мгновенно расположил к себе персонал, с вытекающим из этого комплиментом от шеф-повара. Я же восхищенно смотрела на воды залива. Вид с террасы открывался просто невероятный. Отодвинув стул, встала и подошла к перилам. Закрыв глаза, просто стояла, облокотившись на них грудью, и дышала. Я даже не слышала,