толпы, и она, если честно, неоднократно задавалась вопросом, каково это – оказаться другой стороной в этом зрелищном умерщвлении. И ее вовсе не радовало, что сейчас она узнает.

На дальнем конце арены Софи, Чоголиза, Тайри и Киф уже расправились со змеями, но теперь сражались с отрядом воинов гибельных. Когда перед глазами все поплыло, и облако, готовое поглотить сознание, расцвело в голове, Палома поняла, что больше не видит мальчика Оттара.

Гуннхильд Кристолюбка улыбнулась.

– Отлично придумано, Ситси Пустельга!

– Теперь можете снять эти коробки, – произнес Финнбоги, с некоторой завистью поглядывая на целых и невредимых Гуннхильд и Сассу Губожуйку, поскольку его личные пауки противно шебуршали по коже.

– Лучше оставить их на месте, – возразила Ситси, – мы ведь не хотим, чтобы они узнали, что мы… погодите. Мне кажется, пауки Фрейдис теперь спят. И у Бодил.

– А у меня? – спросил Финнбоги, хотя и сам знал, что они бодрствуют.

– Твои пляшут, словно осенние белки.

Вот здорово, подумал он.

Человек Бобр, кажется, удивился больше всех остальных, когда из его шеи вышло острие меча.

Его хватка ослабела. Палома шлепнулась на арену рядом с Волком, оба едва не выворачивались наизнанку, стараясь глотнуть воздуха.

Эрик Сердитый кое-как поднялся на ноги и заковылял к ним.

Человек Бобр слабо взмахнул руками, потянувшись к кончику меча. Ему удалось развернуться, и Палома увидела, что рукоять меча сжимает Бьярни Дурень. Умирающий вонзил свой клинок на уровне поясницы Человека Бобра, после чего меч прошел через торс и вышел из шеи. «Какой поразительный клинок, – подумала она, – и какая поразительная сила, чтобы проткнуть насквозь этого вроде бы непробиваемого человека».

Бьярни толкнул Человека Бобра, и вождь гибельных упал, взмахнув руками, задыхаясь и странно, как-то по-собачьи, кашляя.

У него за спиной поднялась императрица Айянна, прижимая к груди спящего младенца. Некоторые дети способны спать в любых обстоятельствах.

– Мои поздравления, – произнесла Палома, кивнув на дитя.

– Спасибо, – отозвалась ее повелительница.

Бьярни отвлек внимание обеих, тяжело рухнув на колени перед Волком.

Все мужчины вокруг выглядели не лучшим образом, но Бьярни выглядел откровенно дерьмово. От отрезанной конечности несло гнилостной вонью. Половина его лица пылала красным и блестела от сочащегося гноя. Один глаз провалился и вытек из глазницы. Зато оставшийся смотрел ясно и искренне.

– Волк, я всегда любил тебя, – произнес Бьярни. – Мне всегда хотелось быть твоим братом.

На земле рядом с ними Человек Бобр перестал наконец взмахивать руками и просто смотрел.

Волк опустил руку на плечо Бьярни.

– Я знаю. Я знаю, – повторил Волк. – Знаю. И я тебя любил.

Бьярни улыбнулся. Огромная слеза собралась в углу здорового глаза и покатилась по щеке. А потом он упал.

Волк упал на него, обнимая, после чего поднялся на колени. Он положил пальцы на шею друга.

Лицо его окаменело.

– Прощай, друг мой.

Он встал и забрал молот у извивавшегося на земле Человека Бобра.

Палома обернулась на остальных, когда Софи сразила последнего из гибельных. Зрители, видя, что те, кто должен был умереть для их развлечения, победили тех, кто развлекался за их счет, потихоньку смывались. Чапы Вангвы нигде не было видно.

Софи перерубила гортань последнему из атаковавших их гибельных и развернулась в прыжке, чтобы помочь Паломе и остальным спастись от Человека Бобра, но все трое уже подходили к ней сами. Она поглядела туда, где сидел Раппа Хога и остальные кошачьи всадники, однако никого уже не было. Почему бы это? – мимоходом подумала она.

Она сосредоточила все свое внимание на укушенном пауками мальчике.

Оттар Нытик лежал на спине с закрытыми глазами. Тайри Древоног стояла рядом с ним на коленях, горестно раскачиваясь.

– С ним все в порядке, – сказала Софи.

– Что? – Тайри подняла на нее зареванное лицо.

– Я сказала, он в порядке.

– Да как ты можешь? Я понимаю, что скрелинги воспринимают смерть иначе, но он же всего-навсего маленький мальчик, у него вся жизнь была…

– Тише, – перебила Софи. – Он жив и здоров, лучше не бывает. Оттар, хватит уже притворяться. Мы уходим.

Оттар открыл глаза и вскочил на ноги.

Софи с самого начала знала, что он в порядке, по его сердцебиению и дыханию. Она уже довольно давно поняла, что пауки Оттара другого вида, не такие, как у остальных, только не знала, что они вовсе не ядовитые. По-видимому, Человек Бобр сознавал исключительность мальчика, и не хотел, чтобы тот погиб. Хотя это никак не объясняло, зачем он рисковал его жизнью на арене. Может, кто-то другой подменил пауков?

– Что за… – начала Тайри. – Откуда ты…

– Об этом не беспокойся. Давай уже вернемся к остальным.

Глава двенадцатая

За краем

Ожидание было невыносимым. Сассе Губожуйке было скверно вдвойне: к обычной уже утренней тошноте присоединился удушливый страх, что может случиться с Волком и остальными.

Черные тучи сгущались над головой, и пронизывающий ледяной ветер завивался между горными пиками. Пока что потоп откладывался, но наверняка ненадолго. Смогут ли они остановить побоище на арене, если польет дождь? Или они только отложат на время, продлевая ее мучения?

Она избавилась от груза своих пауков, но вот Ситси Пустельга, Йоки Чоппа и Финнбоги Хлюпик все еще не были защищены от смертоносных коробок. Ситси видела, что пауки Финнбоги и Йоки Чоппы по-прежнему бодрствуют. Она пыталась уговорить Йоки Чоппу применить магию и сказать, не заснули ли ее пауки, но чародей все время отказывался, что едва не доводило Ситси до слез отчаяния.

– Я просто не понимаю! – Ситси от негодования подскакивала на месте. – Ну почему? Тебе что, нужны какие-то травы, которых нет? Может, кто-нибудь сможет…

Ее перебила Палома Антилопа, вернувшаяся в лагерь на такой скорости, что земля летела из-под ног.

– Бьярни умер, – сообщила Палома, затормозив, причем запыхалась она не больше, чем если бы часок просидела на стуле. Сасса не расстроилась. Это было облегчение. Но что с Волком? – Больше никто не погиб. Все вута ранены, но не сильно. Они отлично держались. Мы почти победили Человека Бобра и его животных – его оуслы, слава Инноваку, там не оказалось, – а еще мы спасли Айянну и ее ребенка. И да, Оттара укусили пауки, но с ним все хорошо.

– Кто такая Айянна? – спросила Бодил.

– Сейчас не время, – вмешалась Ситси. – Я обнаружила, что нам не нужно подсовывать под пауков деревяшки всем сразу! Погоди-ка, а где твои пауки? Тебя снова укусили? У тебя шея как будто…

– Все, кто ходил на арену, сняли свои коробки. Сейчас нет времени объяснять. Так что же ты обнаружила?

Ситси покачала головой.

– Неважно. Здесь все, кроме