с полицией не забрали по окончанию рейса. К счастью, стюардесса была моей поклонницей, и мы обошлись парой десятков фото и видео, со всевозможными приветами и поцелуйчиками. А вот с другими пассажирами, которые снимали все это безобразие, все было гораздо хуже. Пришлось отдать им немаленькие суммы, что бы они удалили результаты своих съемок. Не думала я, что медовый месяц начнется именно так.

Раньше я никогда не видела Тимура таким, и мне не верилось что он так изменился за одну ночь, тем более так совпало, что свадебную. И он точно таким не был раньше, все таки пять лет вместе, я бы заметила. Муж все чаще отправлял меня отдыхать одну, а сам оставался в номере, все время звонил и писал своему помощнику. Я слышала что он требовал кого то найти. При чем в разговорах ни разу не указывался имя, даже больше, пол. Поэтому мне не верилось что речь идёт о любовнице. Да и откуда бы ей так срочно взяться.

Первый месяц мы провели на море. Солнце, вода, жара. Вроде бы самое то, что бы расслабиться. И по началу даже так и было. Спустя неделю после приезда Тимур устроил мне романтический вечер на яхте, извинился за свое поведение. Но уже через несколько дней ситуация снова начала накаляться. Дальше нас ждал горнолыжный курорт. Я думала там будет легче, ведь Тимурчик обожал активный отдых, там он выплескивал весь негатив. Но опять мимо. Я видела что он рвался обратно, в столицу.

— Тимур. Надо поговорить. — подошла я к нему однажды утром, когда он сидел перед монитором своего ноутбука и работал. Обняла его со спины и поцеловала.

— Я слушаю. — пробасил он, игнорируя ласку. Я обиженно отстранилась и села перед ним.

— Я вижу что с тобой что-то происходит… — начала говорить, но он резко встал и хотел уже меня перебить, но я остановила. — Дай мне договорить. — прервала его резко. Он посмотрел мне в глаза, кивнул и сел обратно. — Давай вернёмся. Тебя напрягает мое общество и ты постоянно срываешься. Давай вернёмся. Может близость работы тебя успокоит, ну или что тебя там так тянет.

— Спасибо. — тихо проговорил он и обнял меня. — Для меня много значит твое предложение. Я люблю тебя и ты моя жена. Я постараюсь побыстрее решить свою проблему.

— Я могу помочь? Расскажи, что тебя беспокоит. — начала я мягко, но тут же пожалела о своих словах. Он резко отстранился и с яростью в глазах посмотрел на меня.

— Я не маленький беспомощный мальчик. Я сам решу свои проблемы. — он в один глоток допил свой двойной ристретто без сахара и вышел из кухни.

— Вот и поговорили. — прошептала я, и со слезами на глазах пошла заказывать билета домой. Мне было обидно, странно, страшно и непонятно. Никому другому я бы не позволила так с собой общаться, но Тимур… Я слишком его любила, что бы уйти или должным образом ответить. Поэтому мне ни чего не оставалось как терпеть, делать вид что я мудрее, и спешно придумывать что делать и как успокоить своего любимого мужчину.

На родину мы прилетели уже на следующий день, и Тимур, не заезжая домой, поехал на работу. После того разговора на кухне, мы нормально не общались, только рваными фразами и односложными ответами. Кажется, он даже не заметил что я обижена на него, ну или ему плевать. Раньше никогда он не был равнодушным ко мне, всегда замечал даже малейшие изменения в настроении, но сейчас все стало по-другому и это меня беспокоило.

В отпуске он, как и прежде, говорил о любви. Но если раньше он делал это нежно, с теплотой в глазах. То сейчас вроде слова те же, но как будто их говорит бесчувственный робот, без эмоций как запись. Это дежурное' люблю' уже не вызывало ответных чувств, а лишь раздражало своей холодностью.

— Артур, ты на месте? — звонил Тимур своему помощнику ещё из машины, когда я была рядом. Ответа я не слышала, но видимо он был на работе, ведь мой муж удовлетворённо кивнул сам себе. — Есть успехи? — он нахмурился ответу. — Я сейчас приеду, дождись. И подготовь отчёты по работе и по поискам. — Тимур говорил что-то ещё, давал указания, но я их уже не слышала, мужчина покинул машину.

* * *

— Добрый день, Тимур. Не думал что ты так быстро вернёшься. Вы же вроде уезжали на три месяца, прошло только два.

— Привет. Да. Так получилось. Пошли к тебе, обсудим.

— Что-то с Евой?

— Нет, хотя она обижена.

— Если ты с ней общался так же как со всеми остальными, то я её понимаю.

— Я тоже понимаю. Но нужно же было так вляпаться. Кто бы мог подумать что пару я найду в день свадьбы.

— Ещё не нашел.

— Но найду. Зверю не объяснишь, что я не в курсе что делать. Он учуял пару и теперь рвется к ней, а у меня крышу рвет он этого всего. Зверь рвется непонятно к кому, а сам я Еву люблю. Хрен знает что делать.

— Да уж, сложная ситуация. Но если что, ты знаешь, я с тобой и помогу в любой ситуации.

— Спасибо, брат. Мне даже тут мерещится этот запах. Совсем уже крыша едет. Хотя стой. Запах усиливается. Что это, блядь, такое?

— В смысле что? Тимур, это ручка.

— Я вижу, не поясничай. Чья она?

— Дай посмотрю. Знакомый логотип… Точно, это фирма с которой мы в день твоей свадьбы подписали договор. Предполагаю что ручка той самой мышки, которая приезжала с бумагами. Кстати, она точно была У того самого отеля, где вы отмечали. Да и время вроде сходится.

— Найди мне ее. Срочно! И полное досье на нее через час!

8 Вася

— Вась. — позвал меня Лев Владимирович. У нас было совещание по столичному заказу, я обязана была на нем присутствовать, но собраться я не могла. В голову лезли всякие дурные мысли. После разговора с незнакомцем чувство тревоги не покидало меня ни на минуту, кошмары снова стали мучить, да и в целом чувствовала я себя не очень хорошо. Вот какой талант у меня есть, так это накрутить себя на пустом месте почти до истерики.

— Что? — испуганно встрепенулись я. Иногда я ухожу так глубоко внутрь себя, что не замечаю ни чего вокруг. Вот и сейчас я забыла где нахожусь. Хорошо что совещание у нас проходило малым кругом, кроме меня и начальника всего два человека.

— Какие сроки