Давно ли Роман пытается подкатывать к Еве? С тех пор, как умер его лучший друг? Или раньше?

Ева, похоже, совсем не заинтересована в нем. Она вся какая-то напряженная рядом с этим типом и держится отстраненно. Ей явно нужно больше пространство. Либо он не понимает этого, либо ему все равно.

Роман поставил тарелку с кексами на стол.

— Зачем было ехать так далеко? Не проще было бы обратиться к кому-то местному?

Я пожал плечами.

— Денис был одним из клиентов моего отца. Если его супруге понадобилась помощь, мы поможем.

Роман еще ближе подвинулся к Еве, обнял ее за плечо и нежно сжал. По лицу той пробежала дрожь, но она быстро ее отогнала и улыбнулась. В ее глазах мелькнула паника. Она выглядела как бедная овечка, но внешность бывает обманчива. Она что-то скрывала от меня.

Может, ей некомфортно с Романом, потому что он хочет ее трахнуть, а она не отвечает взаимностью.

Может, ей некомфортно, потому что они трахаются много лет, вместе убили ее мужа, а теперь я влез в эту историю. Она не ждала, что я вот так приеду. Может, она пожалела о звонке. Может, она просто хотела, чтобы я ушел и не мешал ей с Романом.

Роман, то ли не замечая, что Ева напряжена, то ли, не обращая на это внимания, снова сжал ее плечо.

— Я же тебе говорил, дорогая, — сказал он. — Если ты не забудешь включить сигнализацию, тебе нечего бояться. Эльдар подтвердит, что его компания поставила надежную систему. Тебе не нужно ничего дорабатывать, просто не забывай ею пользоваться. Я знаю, ты стала забывчивой после смерти Дениса. Ты сама не своя в последнее время.

Он посмотрел на Платона, который делал дырки в кексе и наблюдал, как тот рассыпается на тарелке. Потом снова перевел взгляд на Еву и добавил:

— У тебя много забот, и год был тяжелый. Никто не будет тебя осуждать, если ты не справишься со всем сама.

Ева напряглась и отошла от Романа, поставив кружку в раковину. Ее друг, похоже, полон решимости доказать нам, что Ева легкомысленная и безответственная особа.

Когда Ева оставила нам сообщение, она была в панике, но не показалась мне легкомысленной или безответственной.

Она очень напугана, а не глупа. Глядя, как Роман смотрит на нее, я чувствовал, что у Евы есть веская причина бояться. Мне просто нужно понять, что это за причина.

Глава 5

Ева

«Ну где же?» — пробормотала я. — «Должно же быть где-то здесь!»

Я, наверное, уже раз сто задавала себе этот вопрос за последний час. Или даже за последние несколько месяцев.

Я уже не в первый раз обыскиваю кабинет Дениса. Мой муж любил порядок, у него все было разложено по полочкам.

И тем не менее, каким-то образом он умудрился потерять кое-что очень важное!

Появление Эльдара Бондарева в нашей жизни стало для всех неожиданностью. Я пока не знаю, что будет дальше со мной и Платоном.

Но вчера, лежа в постели, я вдруг кое-что поняла.

Эльдар Бондарев здесь, чтобы нас защитить. Ну, это хорошо. Теперь я могу спокойно спать. Ура!

Но я не спала. Дело в том, что Эльдар может нас защитить, но не сможет освободить. Он может предложить нам охрану, которая опустошит наши карманы, а что потом?

Что мы будем делать дальше? Остаться здесь, в доме Дениса? Я не хочу здесь оставаться. Ни в этом доме, ни в этом поселке. Природа здесь красивая, и люди хорошие, но мне здесь неуютно. Это совсем не моя жизнь.

Это была жизнь, которую хотел Денис, жизнь, которую он пытался мне навязать. Теперь, когда его не стало, я должна сама решить, как жить дальше.

Но я оказалась в ловушке из-за того, что Денис скрывал от меня что-то важное, и из-за своего невежества. Где-то в этом доме был ключ к нашей свободе. Мне просто нужно его найти. А времени у меня было мало.

Я должна защитить его. Платона. Нет ничего важнее моего сына.

Всю свою жизнь я хотела быть мамой. Другие девочки мечтали стать врачами или учителями. А я — нет. К разочарованию моих родителей, у меня никогда не было карьерных амбиций.

Я всегда хотела быть мамой и женой. Я хотела семью.

Я выросла и начала стесняться своих мечтаний. Я была современной девчонкой, могла стать кем угодно. И больше всего на свете я хотела стать мамой.

Не понимаю, почему мои родители так разочаровались. Я считала, что воспитывать детей — это самое важное дело в жизни. Отец и мать только и делали, что ругали меня за то, что я не строю карьеру.

«У тебя такой потенциал», — говорили они, когда я отказалась от работы, которую отец мне устроил, чтобы я не сидела с детьми. «Не трать время на ерунду, займись чем-то серьезным».

Наверное, это было даже хорошо, что они меня выгнали, когда я вышла замуж за Дениса. Не пришлось слушать, как они говорят: «Мы же говорили тебе».

Денис разбил мне сердце, когда решил отказаться от ЭКО. Он не хотел идти к врачу, не хотел обследоваться. Говорил, что все само собой образуется, но что это значило — непонятно.

Мы стали отдаляться друг от друга. Он чаще уезжал и все меньше желал меня по ночам. Я начала думать, что зря все это затеяла, но потом все изменилось.

Я никогда не забуду ту ночь. Тогда выпал первый снег, и на дорогах был сильный гололед! Я переживала за Дениса, который ехал из аэропорта. Потом я услышала, как заскрипели гаражные ворота, и вздохнула с облегчением.

Я встретила его у двери, готовая помочь с сумками, и вижу: он стоит с каким-то свертком в одеяле. Он протянул мне сверток, я заглянула в него и увидела красное, сморщенное личико и светлые волосики. Один взгляд, и я влюбилась.

Платон все изменил. Я так хотела ребенка, что совсем не обращала внимания на поездки Дениса и запертую дверь его кабинета. Даже не заметила, как он стал спать в гостевой комнате. Я принимала его отговорки, когда задавалась вопросом, почему наш приемный сын так похож на моего мужа.

Платон был моей мечтой, и я так обрадовалась, что не стала докапываться до остального.

Я была дурой. Я не хотела ничего замечать, и теперь мы расплачиваемся за это.

Я стала мамой, и это все, о чем я