Подойдя к шаттлу и обведя взглядом членов экипажа, отметила, что действительно несколько человек не хватает. Отправила трём девушкам сообщение, напоминая, что если в течение получаса они не пребудут на место, то мы улетим без них. Команда собралась из двадцати пяти человек, плюс у нас ещё было заявлено десять человек из обслуживающего персонала, которых мы должны были доставить в АСПГ.

– Тобиас, Максвелл, доложите о готовности шаттла, – попросила я, направляясь в шаттл.

– Полная готовность, капитан. Все системы работают исправно, – отрапортовал Тобиас.

Пока мы ожидали опаздывающих, я и Валентин, который в этом полёте был вторым пилотом, провели проверку систем. Как только опоздавшие поднялись на борт, связалась с командным центром с запросом на старт и, получив разрешение, озвучила по громкой связи всем на борту стандартное требование пристегнуться, после чего стартовала.

Момент старта и приземления позволял выкинуть из головы все ненужные мысли, заставляя полностью сконцентрироваться на управлении шаттлом. И сейчас, разрезая облака и преодолевая стратосферу, врываясь в мезосферу, старалась обойти небольшие метеориты, которые, попадая в атмосферу, попросту сгорали, не долетая до Земли, но могли привнести проблемы для шаттла при попадании в турбины. Бывало и такое. А ещё нас немного потряхивало, но и это нормально. Как только мы вышли на орбиту Земли, я разрешила передвигаться по шаттлу, включив искусственную гравитацию.

– Не думал, что нам удастся с вами поработать, капитан, – улыбнулся Валентин, включая автопилот.

– Я тоже не ожидала, но рада, что вы вернулись в строй, – не смогла сдержать ответной улыбки.

Валентин Осокин, как и я, был капитаном и получил своё звание также за участие в боевых действиях при битве у Академии. Однако ему повезло чуть меньше, чем мне. Он был из числа тех, кого я забрала из-под обстрела румдалцев. Теперь его одну из рук заменял бионический протез, но это лучше, чем гибель. Более того, он спустя полгода вернулся в строй пилотов, а значит, смог пройти суровую комиссию. Таких, как он, на службе во флоте крайне мало. Так как даже с учётом передовых технологий пока не все операции проходят удачно, а если и всё хорошо, то не все горят желанием возвращаться на службу.

– Спасибо вам!

– Не за что.

– Не каждый полез бы на поле боя под лазеры. Часть моей команды, как и я, живы благодаря вам. Ребята просили передать вам подарки, – ответил Валентин. – Как только пройдём первый пояс астероидов за Марсом, я вам их передам.

– Не обязательно… – мне даже стало немного неловко, хоть и приятно. Но тёплые янтарно-зелёные глаза капитана Осокина заставили замолчать.

– Вот и славно. Знаете, в жизни вы ещё красивее, чем на фото.

– Спасибо, – я ощутила, как щёки слегка загорелись.

Давно не слышала комплиментов от мужчин. Тем более таких привлекательных, как он. На высокий умный лоб падали золотисто-каштановые кудри асимметричной чёлки, делая его лицо чуть мягче. Одну из бровей пересекал старый шрам, уходящий к виску, как и нос с небольшой горбинкой, которую можно получить в результате перелома, ничуть не портили его лицо. Глаза с лисьим разрезом в обрамлении пушистых тёмных ресниц, притягивали взгляд. А ещё на подбородке у него была очаровательная ямочка. Мужчин с такой гармоничной внешностью и подтянутым телом чаще всего зовут в модельный бизнес... И иногда так и заканчивается военная карьера. Мне вот тоже предлагали стать моделью после того, как я помогла маме с фотосессией её платьев, но полёты – моя страсть. Поэтому я отказалась.

Я с удовольствием смотрела в иллюминатор, наслаждаясь мерцанием звёзд и прохождением Марса. Оставалось не так много времени до вхождения в опасную зону пояса астероидов, после которого мы сможем сделать прыжок в гиперпространстве, а дальше наш маршрут будет пролегать по спокойному космическому пространству.

Валентин не мешал наслаждаться покоем, который мне был необходим. На этом шаттле главной назначили меня, но кроме меня и моего напарника на шаттле присутствовало ещё трое капитанов, которые станут впоследствии главами своих групп и потом будут отчитываться перед начальством как с Риндала, так и с Земли.

Было ли мне страшно? Нет. Но волнительно очень. Я не до конца смогла понять часть традиций риндалцев. И это не очень хорошо.

– Входим в зону пояса астероидов, просьба пристегнуться и соблюдать спокойствие, – сообщила по громкой связи я, притормаживая шаттл и ожидая, когда на панели зажгутся все сигналы, оповещающие о выполнении моей просьбы командой и пассажирами.

– Ну что? Готова? – спросил Валентин.

– Да, – сосредоточившись на предстоящем маневрировании, ответила я. – Вперёд.

Самое сложное в первом вылете с новым пилотом в паре – работа в команде. Но мы с Валентином работали слажено. При необходимости разбивали небольшой мусор, который невозможно было обойти без проблем. Такие участки служили естественной стеной, разделяющей внутренние каменистые планеты Солнечной системы от планет-гигантов, которые человечеству пока не удалось заселить, в отличие от того же Марса или части их спутников: Гаминед у Юпитера, Титана у Сатурна и Миранды у Урана.

Продвижение внутри пояса было сложным, но как только выходили из него, у нас было двое суток на отдых перед предстоящим гиперпрыжком у Плутона. И на этом участке я с огромным удовольствием рассматривала