поболтаем. Может, наведут на кого. Завалим, например, вепря. А?

Честно говоря, перспектива шарашиться по сибирским снегам меня вдохновляла гораздо меньше, чем перспектива делать ничего. Тем более, что по опыту моего обитания в этом мире, такого рода передышки случались не часто. Земляна прочитала ответ по моему лицу и развела руками.

— Ну, как хочешь. Тогда только Пекло предложить могу.

— В Пекло — можно, — кивнул я. — Хоть сейчас. Я там уже бывал, кстати. Правда, на самой окраине…

— Бывал? — подалась вперёд Земляна и уставилась на меня загоревшимися глазами. — Как там? Расскажи!

Я описал битву с летучими змеями. Земляна слушала жадно, впитывала каждое слово.

— Эх, повезло, — вздохнула она, когда история, не богатая поворотами сюжета, завершилась.

— Что живым ушёл? — хмыкнул я. — Ну да, повезло. А чего тебя-то так в это Пекло тянет?

— Тварей бить! — Земляна даже не задумалась. — Только я не дура. Понимаю, что раньше Сотницы туда соваться смысла нет. Мне бы для начала из Пятидесятников выйти. Всё случая жду полусотней покомандовать.

— Надо не ждать случая, а создавать возможности.

— Ну уж! Это только тебе на каждом углу то колдун, то вий, то ещё чего похлеще встречается. А мне всё только мелочь какая-то попадается, даже смотреть смешно, тьфу!

— Значит, не готова ты сейчас к чему-то крупнее.

— Чего это⁈

— Ну… Есть у меня такая теория, что жизнь никогда не даст тебе больше, чем ты можешь вывезти. Если сталкиваешься с большими проблемами — гордись, жизнь о тебе высокого мнения. Изволь соответствовать. Ну и если вывез — то, что нас не убивает, делает нас сильнее. Но в то же время жизнь не даёт и сильно меньше твоего предела. Постоянно держит в тонусе.

— Мудрёно, — покачала головой Земляна.

— Короче. Не надо тебе пока в Пекло, вот я о чём.

— Тебе, значит, надо, а мне — нет?

— Я, заметь, в Пекло по собственному желанию и не лезу. Был там всего раз, по делу. Дело сделал — вернулся. А ты, кстати, в мой Орден вступить не хочешь? Он сейчас один из самых модных, на подъёме.

Земляна призадумалась.

— С одной стороны, тут привыкла уже, — сказала она, глядя в пространство перед собой. — С другой, под тобой — лучше, чем под Авросом.

— Это в каком смысле?

— В пря… Владимир! — Щёки покраснели. — Да как ты подумать такое мог⁈

— А чего я-то? Я — ничего. Вот вечно, придумают какую-то пошлость, а Владимира — виноватым, — пригорюнился я и набулькал себе наливки.

— Не знаю я, — вздохнула Земляна. — Тех, кто из ордена в орден бегают, никто не любит. Я и сама же первая их ненавижу. И становиться такой не хочу.

— Ну нет так нет, я ж не настаиваю. Нам это вообще никак не помешает.

— Я не сказала «нет»…

— О, женщины! Ладно. Посидели — хватит. Пошли приключений искать.

— Это куда ещё?

— Известно, куда. В трактир. Первейшее место для поиска приключений. Вы со мной, коллега?

— Сам калека. Пошли.

И мы перенеслись в мою комнату в трактире Фёдора.

Внизу было шумно и весело, но без перегибов. Хорошая такая кабацкая атмосфера. Пьяный потрёпанный интеллигент, пошатываясь, ходил меж столов и наяривал на скрипке что-то пронзительное и душевное. Иногда ему пихали деньги — больше чтоб отошёл и не мешал разговору, чем из уважения к искусству.

— Владимир Всеволодович! — материализовался рядом со мной сам Фёдор. — Вы как чувствуете.

— Что чувствую?

— Всё решительно чувствуете! Барышня та, Юлия, которая у вас в комнате обитала, нынче приходила, вас спрашивала. Просила передать, что вы ей для чего-то срочно нужны.

— Ну вот тебе и приключения, — сказал я Земляне и обратился к Фёдору: — А где она обитает? Что случилось, не сказала?

— У господ Абрамовых. В подробности не вдавалась, только настоятельно просила упомянуть, что нуждается в помощи.

— Понял, принял, сей же момент отправляюсь. Спасибо, Фёдор. Так служить!

Фёдор вытянулся по стойке смирно и отдал честь. Мы с Земляной вышли из трактира на прохладную улицу.

— Что за Юлия? — поинтересовалась Земляна.

— Да, там…

— Ясно.

— Ничего тебе не ясно, между прочим. Я её в Полоцке встретил. Она от бывшего мужа убегала, он её как раз при мне настиг. Бывший колдун, стал упырём. Ещё и с друзьями. Пришлось всех убить. Там с Глебом познакомились.

— И с Юлией.

— И с Юлией.

— И ты в Поречье её приволок.

— Ну, такой уж я человек. Стараюсь всех к месту пристроить. А поскольку пока знаю не так много мест, пристраиваю, куда могу.

— Значит, пристроил Юлии. Так и говори.

— Тьфу, Земляна! Да что у тебя одна похабщина на уме-то?

— С кем поведёшься — от того и…

— Я не такой, вот вообще ни разу!

Земляна только засмеялась. Да хрен там — засмеялась. Заржала самым наглым образом.

— Тут повернуть надо, — буркнул я. — Позволь, Светляков зажгу.

— Ты в них не путаешься ещё?

— В ком?

— Ну, Марусю Юлей не называешь?

— Осторожно, лужа! Чего под ноги не смотришь? Ноги намочишь — простудишься, вон, погода какая стоит.

— Ох, спасибо, ты такой заботливый, Владимир.

— Я тоже тебя люблю, Настя.

— Че… Да я тебя сейчас!

Вскоре мы добрались до дома градоправителя. Ночь. Все приличные люди спят, даже неприличные об этом подумывают.

— Как бы её наружу выманить, — задумался я.

— А хреном перед окном помаши — мигом выскочит, — внесла рацпредложение Земляна.

Я только головой покачал. Если уж в эту голову что-то запало — можно только переждать. Сопротивление бесполезно.

Расположение комнат в доме я помнил превосходно. Помнил комнаты дочерей, спальни Абрамова и его супруги. Комнату горничной. Гостевую, в которой ночевал. Других гостевых как будто не было. А если и были, то «дежурная», та, что чаще всего используется, наверняка эта. То есть, по логике Юлия должна быть там. Рискнём.

Найдя нужное окошко, я подобрал маленький камешек и бросил в стекло. Стекло звякнуло. Почти сразу за ним показался силуэт. Я подогнал Светляка к своему лицу и помахал рукой.

Глава 15

Силуэт за окном исчез.