такие методы, как подрыв объектов, где могут оказаться случайные жертвы, никогда не должны повториться.

Нет, после того несчастного январского дня 1988 года ее жертвы должны были умирать в одиночестве и в полном осознании того, за что.

Она повернула лицо к пустой могиле рядом с местом упокоения Майи и маленького мальчика. Более тридцати лет она платила за этот участок, чтобы однажды, когда придет время, лечь рядом с ребенком, которого ее неосторожность лишила жизни. Сегодня Максу было бы за тридцать. Более двенадцати тысяч дней она украла у этой маленькой жизни. Двенадцать тысяч дней, в течение которых его мать была вынуждена жить с невыносимым горем и разбитыми мечтами.

Это терзало ее неописуемо.

Когда Майя покончила с собой, Дебора спросила Сисле, не мучает ли ее та боль, с которой вынуждены жить все остальные близкие ее жертв.

Этот вопрос стал первым признаком того, что Сисле, возможно, теряет контроль над Деборой, а вместе с ней, вероятно, и над Адамом. Именно такие вопросы просто никогда не должны были задаваться. Дебора прекрасно знала, что их жертвы были живыми мертвецами с того момента, как по собственной воле и открыто встали на аморальный путь, где замышлялись их злодеяния. Поэтому Дебора не имела права сомневаться и в том, что близкие жертв тоже несли большую ответственность за то, что не предотвратили гнусные и циничные дела своих партнеров. «Тот, кто добровольно живет с человеком, кормящимся на чужих изменах, истязающим животных или ввергающим бедняков в глубокую нищету, не заслуживает ни малейшего сочувствия», — снова и снова проповедовала она. Разве их жертвы и их родственники не пожинали плоды комфортной жизни на этом жестоком и подлом фоне? Так зачем испытывать к ним хоть каплю жалости, когда бал окончен? Детей она просто избавляла от взросления в больной среде. Она просто не понимала причины вопроса Деборы.

Наконец, в последнее время эти двое подталкивали ее отступить от своих принципов и убить их жертву раньше срока. Это шло вразрез со всем, на чем держалась их работа. И что могло стать следующим шагом?

Да, она могла легко потерять контроль над Адамом и Деборой, особенно сейчас, когда назойливый полицейский пытался вставить палки в колеса и остановить их.

Сисле опустилась на колени и положила скромный букет цветов наискосок на надгробие мальчика. На самом деле она хотела бы делать это много раз и до этого дня, но тогда Майя была жива и могла на это отреагировать. Это было слишком рискованно.

Она медленно поднялась и пошла, петляя по дорожкам между другими могилами, пока не нашла то, что искала.

«Ларс К. Педерсен» — гласила надпись на камне. Время и зеленые водоросли уже сделали невозможным прочтение даты его смерти, но Сисле знала её лучше всех. Это был день, когда Бог избрал и пощадил её. Её, единственную праведницу из семерых, в которых ударила молния. Её, единственную из всей компании, кто дорожил умением отличать добро от зла.

Первые годы она плевала на могилы Ларса К. Педерсена и пяти остальных, но однажды Дебора вывела её на то, что называла истинным и лучшим путем.

«Без этих самых людей ты бы не познала Бога, Сисле. Ты должна быть им благодарна за то, что получила свое Богом возложенное задание, в то время как они должны были заплатить своими жизнями».

— Спасибо, Ларс, — произнесла она и кивнула запущенной могиле.

Эхо разносилось под потолком  пустого вестибюля, когда она шла к лифту, стуча жесткими кожаными каблуками. Большинство её сотрудников уже несколько дней как распущены по домам , и только высокопоставленные и глубоко посвященные ждали на третьем этаже, где находился конференц-зал.

Этой встречи она ждала долго.

Она кивнула трем женщинам из отдела благосостояния, которые выглядели многообещающе. Всё было так, как и должно быть.

— Добрый день, и спасибо, что вы в распоряжении в такой странный день. Можете снять маски, при условии, что останетесь на своих местах.

Она кивнула каждой из них. Какое элитарное собрание, какое зрелище для богов.

— Когда моя миссия будет завершена на второй день Рождества, я исчезну, следовательно, вы меня больше не увидите, но ваши задачи изложены на бумаге, как и дальнейший план развития фирмы. Как вам уже известно, каждой из вас будет поручено устранение определенного человека согласно тщательно проработанным планам. Я знаю, что каждая из вас уже обдумывает, как в принципе совершить такое убийство без риска быть обнаруженной. И знайте: я полна уверенности, что вы добьетесь успеха. В дальнейшем я стану вашим координатором и в этом качестве буду утверждать предложение каждой из вас. Тот план, который покажется наиболее реализуемым, и положит начало первому убийству, так что вы, естественно, не можете знать точного времени, когда сможете нанести удар.

Она указала на ту, что подняла руку. Стопроцентная преданность и как минимум двухсотпроцентная квалификация — пока что лучшая в группе.

— У тебя вопрос, Нора?

— Да, спасибо! Когда мы узнаем целевую группу?

Сисле улыбнулась. Кто еще, кроме Норы, мог задать вопрос за секунду до того, как ответ и так бы прозвучал? Настоящий лидерский потенциал во всех отношениях.

— Собственно, для этого мы сегодня и собрались. Как раз сейчас я и намеревалась это раскрыть.

Три пары плеч расслабились. Наконец пришло избавление от неизвестности.

— Наша цель состоит в том, чтобы каждые четыре месяца, начиная с 2021 года и далее, назначался муниципальный или общенациональный политик, нарушивший моральные ориентиры, которые обязательны для любого лица, наделенного огромной ответственностью, возложенной на них демократией. Злоупотребление властью, алчность, мошенничество, должностные преступления, неверность, домогательства, ложь — да, работы хватит. Я вижу, вы уже киваете.

Нора снова подняла руку. Как и две другие, она улыбалась — вероятно, от чувства удовлетворения после долгого обучения: сначала в качестве аспирантов у Деборы, а затем стажеров на гораздо более высоком уровне в организации Сисле.

— А что будет, когда наши задания будут выполнены? — она снова опередила Сисле.

— Я вам скажу. Каждой из вас будет назначен персональный стажер, обучать которого будет вашей задачей, чтобы они могли сменить вас и совершать убийства в год, следующий за тем, как вы трое выполните свои задания. После этого вы исчезнете. Вы получите щедрое вознаграждение, чтобы иметь возможность поселиться в другой стране и, наконец, создать семью в той мере, в какой вы этого пожелаете. Как вы наверняка понимаете, невозможно избежать того, что Дания после определенного количества убийств этих лиц перейдет в