Софи нашла ногу Нилана под столом и крепко на нее наступила. Он улыбнулся, чуть сморщившись от боли.

– У меня нет парня. Так что тут проблем нет.

– Супер, тогда дай твой номер, – он похлопал себя по карманам. – А черт, сотовый забыл. Наберешь меня?

– У меня нет мобильного, – расстроилась Эрика.

– Ну тогда – где и во сколько?

Софи встала, больно двинув Нилана локтем.

– Ой, прости, кто-нибудь хочет воды?

Софи отошла к бутылке, которую кто-то предусмотрительно принес с собой.

Игра набирала обороты, они как всегда сели за самую длинную партию. Картежники распрощались и ушли, все мало-помалу разбредались. Наконец, остался только их стол, заканчивающий баталию.

– Я больше не могу, – застонала Фелис, ерзая на стуле. – Я пошла покурю, кто со мной?

– Я! – тут же встал Нилан. – А ты угощаешь?

– Да ты серьезно? Ни пива, ни сигарет? Чем еще попросишь угостить?

– А что есть?

Эрика обиженно перебирала карты. Рико только покачал головой.

Фелис, несмотря на все предупреждения про макидарцев, продолжала щеголять в обтягивающих легинсах и майке. Она накинула короткую курточку и вышла, Нилан следом.

– И ты не ревнуешь? – спросил Мэл.

Рико только махнул рукой.

– Она всегда так. Не может она без флирта жить, понимаешь ли.

– Ну конечно, – обиженно фыркнула Эрика.

– Да не парься ты, найдешь себе парня покраше, чем этот. Он вообще какой-то мутный. – Рико пожал плечами. Софи внимательно прислушивалась. – Вроде и нормальный, но ведь, черт его знает, что-то мне говорит, что про Сигайну он привирает. Одежда-то у него сиршалленская. Они там носят короткие плащи и жакеты. Да и цвета здешние. Сигайна все больше голубое да синее предпочитает. Не знаю даже. Где ты его встретила. Софи?

Она тяжело вздохнула.

– Да на прогулке. Случайно столкнулись.

– М-м… В общем, мне кажется, что про Сигайну он заливает. Я, конечно, слышал, что и землей кто-то добирался, но что-то тут не сходится. Они все, кажется, пару недель назад уже приехали – обживать покои для своих хозяев. Хотя я конечно не знаю, мало ли одиночек. – Он пожал плечами и внимательно поглядел в свои карты.

Еще пару минут все скучали, ведь без Нилана и Фелис игру продолжить было нельзя.

– Чего они там так долго? – Рико зевнул и поглядел в темный проход.

Они услышали, как распахнулась дверь на улицу и возмущенный голос Фелис.

– Эй! Да ты что себе позволяешь?! Отпусти меня!

Рико встревожено встал со стула и шагнул к выходу, когда в проеме появился Нилан. Он тащил Фелис, держа за предплечье. Он толкнул ее к Рико довольно грубо и сорвал с вешалки плащ Софи.

– Надевай! Живо! – он бросил его Фелис.

– Что?

– Ты что себе позволяешь?! – возмутился Рико.

– Сейчас сюда войдет Кайране Макидара, и если эта женщина не прикроется, я понятия не имею, что он с ней сделает!

– Да какого черта! – Фелис в ярости кинула плащ в Нилана.

– Софи, сюда! – приказал Нилан, и она послушно встала и обошла стол.

Все удивленно посмотрели на нее, не понимая, с чего она слушается какого-то незнакомого парня. Но Софи привыкла доверять Нилану и слушаться его, у нее ни на миг не возникло сомнений.

– Что происходит? – спросила она встревожено.

– Он идет сюда с двумя перстами. Лучше бы уйти, по крайней мере, ей, – он кивнул на Фелис.

Они все услышали, как открылась дверь на улицу.

– Поздно. Надень плащ, Фелис, – тихо сказал Нилан. – Сейчас же.

– Иди к черту, – так же вкрадчиво ответила она.

– Как знаешь.

Нилан обошел Софи и встал позади нее. Получалось, что незваных гостей встречает именно она. Софи сцепила дрожащие руки в замок.

Темный проем надвинулся на нее. Тихие шаги и голоса, смешок. Софи не понимала, отчего стало так жутко, но тревога Нилана передалась и ей. Она опустила глаза, увидела две звезды Линара на манжетах и крепче сжала руки.

В проем зашел эльф. Он был высок и черноволос. Волосы вокруг ушей были собраны в небольшие косы, явно небрежно, только для удобства, а не для красоты. Остальные волосы, не особо длинные – немного ниже плеч – остались распущенными. Большой острый нос и прищуренные очень темные глаза придавали ему сходство с хищной птицей. Лицо это было отталкивающим и притягательным одновременно. Пугало и заставляло снова искать его взглядом. В ухе его сверкали несколько маленьких серебряных сережек с разными подвесками. Софи подумала, что ни на одном эльфе-мужчине еще не видала сережек.

Она сглотнула, опустила глаза и поклонилась. Нилан тоже. Поклонились Мэл, Эрика. Рико кивнул, одна лишь Фелис вызывающе стояла, уперев руки в бока.

Все молчали. Нилан сказал «Кайране», а значит он должен начать разговор – припомнила Софи. Следом за первым зашли еще два эльфа, тоже темноволосые, в одинаковых приметных коротких плащах на одно плечо. На плащах была вышита звезда, похожая на неровные песочные часы. У каждого на поясе висел меч и кинжал. Софи отметила, что макидарцы оружие предпочитали носить на поясе, а не на спине, как эльфы Сиршаллена.

Один из эльфов присел на стол, что стоял прямо возле выхода, второй прислонился к косяку проема, загораживая проход. Сердце Софи тревожно стучало о ребра. Что тут происходит? Что?

Кайране Макидара, одетый в сложно зашнурованный кожаными ремешками черный жакет, по виду из замши, подошел вплотную к Фелис и медленно, вызывающе, оглядел ее с ног до головы. Взгляд задержался на груди в обтягивающем, чуть просвечивающем белом топе, отметил бедра в легинсах змеиной раскраски, не оставляющих особого простора для воображения.

– Беру, – сказал он на эльфийском.

Фелис подняла брови.

– Что? – она повернулась к Рико и Мэлу. Из всех них она эльфийский знала хуже всего. – Что ему нужно?

Все, окаменев, глядели на макидарца и не знали что сказать. Он отошел от Фелис, подошел к их столу, где все еще были разложены карточки и фишки, поднял одну, изображающую рыцаря и покрутил в пальцах.

– Чья звезда? – он небрежно, не глядя на Софи, кивнул в ее сторону.

Один из его перстов, наклонил голову и поглядел на ее манжеты.

– Последний из сынов.

Кайране Макидара заинтересованно посмотрела на Софи. Она столкнулась с ним взглядом и торопливо уставилась в пол.

– М-м… Мальчик стал мужчиной, – сказал он насмешливо. Персты усмехнулись. Софи почувствовала, как краснеет. – Оказывается у Линара и в женщинах довольно оригинальный вкус, – макидарец говорил негромко и медленно, словно смаковал каждое слово. От этого невольно приходилось прислушиваться. На тонких губах играла кривая недобрая улыбка.

Он небрежно смерил Софи оценивающим взглядом