Вот тебе здрасьте. И отблагодарить толком не смог. Жалко. Хоть, может, и хорошо. Она ж меня дважды спасла. И от твари той, и от чернокнижника, что, наверное, сейчас уже домой вернулся. Даже одежку притащила, хоть и мокрую до нитки. Но теперь надо будет запомнить, что через запруду проплыть можно понизу. Мокрый весь. Как пес. Сначала-то обогреться на солнышке, а вот потом… Возвращаться домой все равно надо.

Проверка удачи. База: 1. Бонус: 0. Бросок: 2. Требование: 4. Провал.

Ор бати слышно было за полпоселка. Видевшие меня знакомые либо сочувственно вздыхали, либо довольно зубоскалили. Последних было раза в два больше. Ну так еще бы! Любимый сынок кузнеца наконец попал под раздачу. Да, не вышло вернуться незаметно. Мягко скажем.

— Ах ты, бисово семя! — взревел старик Джон, стоило мне появиться на пороге. — Я его кормлю, пою, одеваю. Собирался кузню ему оставить! Мастером оружейником сделать! А ты меня так позоришь⁈

— Да что случилось-то? — попытался я уйти от разговора. — Ну, отлучился ненадолго…

— Ах, что случилось? А ну иди сюда, гаденыш!

— Да как-то не хочется, — пробормотал я, увидев, что отец в ярости. Даже его серая кожа налилась кровью.

— Ах, не хочется⁈ — Отец в гневе подскочил ко мне и отвесил затрещину такой силы что я не сумел удержаться на ногах.

Проверка ловкости. База: 0. Бонус: −6 (-3 элитный воин, — 2 ловкость, — 1 привычное оружие). Бросок: 3 Требование: 1 Полный провал!

Проверка выносливости. База: 0. Бонус: −2 (сила). Бросок: 2. Требование: 1. Провал.

Пытаясь удержать равновесие я споткнулся о стоящий посреди кузни механизм. Упал, хавтаясь руками за воздух и приложился головой о наковальню. Перед глазами вспыхнул сноп искр и свет начал быстро темнеть.

— Ты что, устал с послушницей чернокнижника развлекаться? Эй? Майкл? Эй! Твою ж мать. — Голос отца все отдалялся. — Сынку, ты чего? ЖЕНА-А!..

Серый туман перед глазами окончательно застелил зрение, когда мама буквально влетела в кузню. Она отшвырнула наклонившегося отца одной рукой так, что крепкий здоровяк пролетел до противоположной стены. Резким движением короткого клинка срезала копну моих волос и зажала ладонью голову. Зубами разорвала рукав рубашки.

— Режь! — скомандовала она в пустоту, подняв запястье, а уже в следующую секунду прислонила собственную свежую рану к моей. Жгучая боль сковала все тело, и я наконец провалился в спасительное забытье.

«Внимание! Герой при смерти. Регенерация невозможна. Отсылка экстренного сообщения».

Вместо темноты меня снова окутало неимоверным светом. Ангелы сновали по сверкающей поверхности белого облака, вытворяя что-то со своими дивными приборами.

— Себастьян, какого дьявола ты делаешь! Почему он трясется весь?

— У него критические повреждения. Был бы обычным, давно бы скопытился к чертям.

— Ну, это не из-за меня он застрял там при прошлом перерождении! Так что давай спасай!

— Можно подумать, я не пытаюсь…

— Господа, что за бардак у вас происходит? — В помещении внезапно появился третий.

— Прошу прощения, мистер Найджел, произошла накладка. Он умирает.

— Вы знаете условия. Если он погибнет, не достигнув ядра, то вы последуете за ним. Делайте что хотите. Но так, чтобы остальные этого не заметили. — Он исчез так же, как появился, с легким хлопком и вспышкой света.

— Ладно, давай смотреть, что с ним…

«Перестройка данных. Восстановление. Продолжение через 3… 2… 1… Пробуждение».

— Ох! — Воздух обжег легкие, что за чертовщина? Это ведь уже второй раз за день! Никогда ничего подобного не было, и вот опять. Да еще и холодно. Будто не в своей комнате лежу, а в подвале, на леднике. Ослабшими руками я натянул до подбородка шерстяное одеяло. Стоило пошевелиться и грубая матерчатая ткань подушек задела сдвинула повязку на голове. — Ауч…

— Проснулся? — Встрепенулась мама. Видеть я ее не мог, голова не поворачивалась из-за плотной обмотки, но, судя по всему, она сидела в плетенке возле кровати. — Рада, что ты жив. Но не думай, что все произошедшее сойдет тебе с рук. Ты покусился на собственность старосты. И не просто покусился, а еще и попортил. Теперь она, судя по всему, не пригодна для каких-то его планов. Думал обмануть магическую систему?

— Прости… — Через силу прохрипел я.

— Одним «прости» тут не отделаешься. Теперь ты должен ему стоимость рабыни и содержания ее за шесть лет. Он ее в десять купил. И обучения.

— Почему? Она же с ним осталась, зачем за нее платить?

— По закону. — В голосе матери прозвучали стальные нотки, которые я слышал крайне редко. У бати да, это было привычно. Ну так он из клана Грейстилов, ему положено. А вот как она его отшвырнула через полкузни! Никогда бы не ожидал от стройной женщины такой силы. — Сейчас совет решает, что с ней делать. Если повезет, просто вернут в статус рабыни, и нам придется ее выкупить. Если же Улсаст решит, что она опасна — просто скормит ее своим питомцам. И все равно придется заплатить за порчу.

— А сколько? — прошептал я, говорить было тяжело.

— Сколько бы ни было, платить все равно нам с отцом. Хотя сейчас скорее даже только ему, я последние годы только с зачарованием помогаю.

— Еще зелья. — От попытки улыбнуться боль прошла по всему телу. Как я так приложился? Хоть и плотно задел, но все равно не могло же настолько плохо все быть⁈

— Постарайся не шевелиться, — вздохнула мама и, встав, подошла к постели так, что я наконец увидел ее уставшее, осунувшееся лицо. Что за магию крови она бы не использовала для моего лечения — сил это отняло порядком. Поймав ее за руку, я потянул на себя, не хотел, чтобы она уходила. Мама все поняла сразу, села на край деревянной кровати. — Глупыш. Как можно так подставляться? За пятьсот лет, что я живу на этом свете, твоя смерть могла быть самой глупой. Это же надо, чтобы так не повезло. Да еще и нас подставил. По всему селу слухи ходят, что отец тебя прибил, а я его. Он от чувства вины в кузне заперся, что-то уже третий день колотит почти безостановочно.

— Прости мам. Я не знаю как. Но это само собой получилось. Пошли купаться — и вот. — Не утаивая ничего, я рассказал по порядку, как все было, но радости на