секундой мое сердце бьется все быстрее, и я оглядываюсь назад, чтобы проверить монстров.

Они почти настигают нас, поэтому я отхожу в сторону, отмахиваясь от всех, кого могу. Один выбивает нож из моей руки, и я слышу, как Кален выкрикивает мое имя, а затем я вижу, чего он так боится.

В эту чертову палату из каждого уголка стекаются все новые и новые чудовища, а на меня все еще продолжают пикировать. Я оглядываюсь и смотрю на Тайлера, который лежит на земле и ждет меня.

У нас нет шансов. Они последуют за нами внутрь, и у Тайлера не будет возможности сбежать. Он ранен. Я оглядываюсь обратно и смотрю на них. Кален настроен решительно, а Фин и Риггс выкрикивают мое имя, недоумевая, что происходит. Они, по крайней мере, прошли, но я должна дать Тайлеру фору. И Калену тоже. Если я этого не сделаю, мы все погибнем. Они заблокируют этот туннель, и у нас не останется возможности ни бежать, ни сражаться.

Я не могу позволить им умереть здесь, не тогда, когда я только что вновь обрела их. Они вернули мне мое сердце, мою жизнь. Я разрушала их так долго, они заслуживают шанс. Шанс на лучшую жизнь.

Я встречаю взгляд Калена. Он знает. Его глаза расширяются, когда он протягивает руку, чтобы остановить меня, но я молча смотрю на него, заставляя его пообещать спасти их, защитить так, как я никогда не могла.

— Иди! — кричу я, а затем, не дожидаясь, пока они смогут меня остановить, я бегу к чудовищам, подхватывая кирку, которую, должно быть, кто-то из парней уронил.

Я слышу их крики, но верю, что Кален их вытащит. Он вернется за мной, но сначала выведет их.

Даже несмотря на то, что возвращаться будет не к чему.

ГЛАВА СОРОК ВОСЬМАЯ

ПЕЙТОН

Я сдерживаю их, сколько могу, а когда оборачиваюсь, меня начинают царапать и кусать, но я вижу, как Кален прокладывает себе путь через туннель. Я знаю, что он планирует вывести Тайлера, а потом вернуться за мной, но я также знаю, что уже не буду жива, когда он вернется. В пещеру проникает все больше и больше существ, влекомых запахом крови и криками.

Я должна защитить их.

Повернувшись, я бегу к туннелю, полагаясь на то, что они пролезли достаточно далеко, и со всей силы ударяю по камню, сдвигая его. Мои мышцы напрягаются, пока я сдерживаю крик. Зубы стиснуты, когда существа атакуют мою спину, царапают и пинают, пока мне удается поставить валун у входа, блокируя его. Как только дело сделано и они в безопасности, я падаю на землю и ползу, избегая монстров, как только могу, пытаясь найти выход. То, что я осталась позади, не означает, что я планирую умереть. Нет, если я в состоянии помочь. Я не из тех, кто сворачивается в клубок и сдается. Я буду сражаться до последнего вздоха, и если не останется другого выхода… то я заберу с собой столько, сколько смогу.

ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ

КАЛЕН

Я пинаю монстров позади себя. Мое сердце кричит, моя голова тоже, призывая меня вернуться, но я должен доверять ей, и я должен вывести своего брата. Мне удается убить тварей и подтолкнуть Тайлера вперед, побуждая его идти дальше. Чем быстрее он доберется до другой стороны, тем быстрее я смогу вернуться.

Мы выходим в пещеру на другой стороне туннеля. Риггс и Фин смотрят мимо меня, ищут ее, зовут ее по имени, и как только Тайлера поднимают, я ныряю обратно в туннель, ползу так быстро, как только могу. Я режу руки, лицо, ноги и бока о камень, но мне все равно. Каждая прошедшая секунда — это секунда, когда я могу потерять ее. Я едва могу дышать в панике. Я знаю, почему она так поступила, но это не имеет значения. Я не буду в порядке, пока не доберусь до нее. Возвращение назад означает, что я, скорее всего, умру вместе с ней, но мне плевать.

Я перелезаю через трупы существ с сердцем в горле. Когда я подбираюсь ближе, я слышу ее крик, и мое сердце разрывается на части. С ревом я прыгаю вперед… и врезаюсь в стену.

Моргнув от удивления, я начинаю колотить кулаками по камню, которого раньше здесь не было. Он расположен слишком идеально, чтобы он сдвинулся или упал, и он перекрывает туннель с ее стороны. Значит, это ее рук дело. Она поставила его здесь.

Чтобы помешать нам вернуться.

Чтобы помешать нам спасти ее, чтобы она могла спасти нас.

Я таращусь, широко раскрыв глаза, и мое сердце замирает в груди. Нет, нет, нет!

Только не она!

Кто угодно, только не она. Нет, я не могу потерять ее. Я снова и снова бью кулаками по валуну, рассекая кожу. Это не помогает. Я поворачиваюсь и использую ноги, вкладывая всю свою силу в каждый толчок.

— Пейтон! — реву я снова и снова.

Я не потеряю ее, я не могу!

Она — любовь всей моей жизни.

Она обещала мне вечность. Она не может оставить меня вот так.

— Не смей, мать твою! Ты слышишь меня? Ты уже бросила нас однажды! Никогда снова! Тащи свою задницу сюда, детка, и сдвинь этот камень. Не смей, блять, так с нами поступать, ты, эгоистичная сука! Блять, Пейтон! — я тяжело дышу, паникую, и на глаза наворачиваются слезы.

— Детка, — шепчу я. — Детка, пожалуйста, не делай этого.

Всхлип вырывается из моей груди, я продолжаю пинать камень, мое зрение мутнеет.

— Пожалуйста, не оставляй меня. Я не могу делать это без тебя. Я не могу жить без тебя. Ты — весь мой гребаный мир. Пожалуйста, детка, сдвинь камень, это все, что ты должна сделать, остальное сделаю я. Давай, детка, пожалуйста!

Я умоляю, слова льются непрерывным потоком.

— Я так люблю тебя, я не могу потерять тебя снова, пожалуйста! Я могу спасти тебя, позволь мне спасти тебя.

Я задыхаюсь, мольбы словно щепки вонзаются в мое и без того раздраженное горло.

Никогда в жизни я не испытывал такого ужаса.

Я думал, что смотреть, как она уходит, было плохо.

Я думал, что жить без нее тяжело.

Я думал, что если увижу ее снова, то это уничтожит меня.

Я думал, что