был совсем не против подольше побыть в приятном обществе, с другой, процесс выбора и покупок мог затянуться, а опаздывать старосте категорически не рекомендовалось.

– Торопишься? – удивился Лис, для проверки мазнув взглядом по часикам на цепочке, которую Янка выпустила поверх форменного жилета, чтобы каждый раз за пазуху не лазить. При ее формах процесс был не очень удобен и мог вызвать слишком большой интерес противоположного пола.

– Я сегодня помогаю мастеру Тэйву собирать дары Игиды, – скромно признался Стефаль.

– Ух ты, интересно, должно быть, – по-доброму восхитился тролль. – Это тебя как старосту или как эльфа к почетной работе приставили?

– Думаю, и то и другое понемногу, – смущенно улыбнулся Стефаль. – Я когда на экскурсии в первый раз в Саду Игиды был, Хранитель предложил, когда на третий курс перейду, приходить. Мне там нравится. – Голос эльфа стал задумчивым, а длинные, как у девушки, ресницы мечтательно прикрыли глаза. – После пребывания в золотом свете детей Игидрейгсиль словно сил прибавляется и думается лучше.

– Тогда счастливо, вечером увидимся, – решила не тратить время на дальнейшие расспросы Янка, помахала старосте рукой и быстрым шагом направилась к лавке. Напарники составили компанию.

Пухленькая, вся какая-то по-домашнему уютная феера уже поджидала покупателей за прилавком с самой солнечной улыбкой на губах, ямочками на щечках и смешинками в глазах.

– Доброе утро. Мне бы коврик в комнату, вот такой или немного побольше. – Янка поздоровалась и изобразила руками примерный размер потребного аксессуара для прихожей.

– Какой цвет хочешь? – улыбнулась волшебная продавщица.

– Наверное, такой, чтобы грязи не видно было, а остальное не важно, – пожала плечами студентка и, спохватившись, продолжила: – А еще мне туфли для девушки-первокурсницы надо подобрать, чтобы она в них на физкультуру ходить могла. Только я ее размера не знаю. Сможете?

– Смогу, – кивнула феера, протянула ладонь, ласково погладила Янку по голове и упорхнула со словами: – Подожди, девочка.

– Чего это? – удивился поведению фееры Машьелис.

Хаг открыл было рот, чтобы высказать свои предположения, да не успел, хозяйка лавки ответила сама, чуть повернув голову:

– Бескорыстию радуюсь.

Не успела толстушка исчезнуть средь полок, как Янка хлопнула себя по лбу и пробормотала:

– Вот блин, опять забыла блеск или гигиеническую помаду для губ попросить. Не все же соседку обирать!

Лис раскрыл рот, чтобы добавить какой-нибудь комментарий, но тут вернулась с товаром феера и спросила:

– Погляди, берешь?

Коврик был широким, круглым и ярким, как яичный желток, очень симпатичным, Янка сразу поняла, что хочет такой в комнату. И пусть даже на нем грязь видна будет, все равно хочет.

– Грязь он соберет, а сам чистым останется, – словно отвечая на мысли покупательницы, ответила феера.

И Янка решительно выпалила:

– Беру! Сколько?

«Ну и пусть золотого, выданного Гардемом, не хватит, свои деньги добавлю. Зато Иоле порадуется!» – рассудила девушка.

– Три серебряных, – назвала цену продавщица и выставила перед Яной обувь. Это было что-то среднее между туфлями и мокасинами, даже на вид очень удобное, практичное и вместе с тем красивое, с ненавязчивой вышивкой.

– Какая красота! А сколько туфли стоят?

– За туфли ползолотого, – ответила феера. – Твоя подруга их до выпускного носить будет, если не надоест!

– Это вам не Портаччи, – тихо прокомментировал Лис, одобряя покупку. Хаг только хмыкнул. Вообще с советами под руку к напарнице парни не лезли, предоставив ей возможность торговаться и выбирать самой.

– Спасибо вам огромное! – от всей души поблагодарила продавщицу девушка и спохватилась, аж покраснев от стыда, – это ж надо, едва не забыла: – Ой, совсем забыла, а гребешок у вас можно купить – такой, чтобы волосы разбирать помогал? А то мне Стеф подарил, а сам-то без расчески остался!

– Есть такие, по золотому отдаю, – кивнула феера.

– Тогда можно два? – разохотилась Янка, услышав четкую, пусть и немалую цену. – Я еще подруге в подарок возьму!

– Можно, – согласилась продавщица, и в руке ее появились два гребешка: один явно девичий, с тонким узором серебряной проволоки и яркими, как глаза Иоле, голубыми камешками-цветами, а второй из какого-то дерева цвета старого янтаря, теплый не только на вид, но и на ощупь. – Золотой с тебя, щедрая душа.

Продавщица еще разок улыбнулась и кинула поверх гребешков тубус с почти бесцветной помадой, флакончик с перламутровым лаком и явно косметический карандашик.

– Ой, как хорошо, спасибо громадное за все! А почему не два золотых? И еще за мои мазилки… – растерялась девушка столь странному счету. – Вы не ошиблись?

– Нет, – покачала головой удивительная владелица лавки, упаковывая покупки так проворно, что сразу становилось ясно: и тут не обошлось без волшебства. Чтобы такая куча всего, да в маленькую холщовую сумку поместилась!

– Спасибо большое еще раз, – от всей души поблагодарила Яна замечательную фееру, расплатилась и забрала тканую сумку с товаром.

Теперь следовало поторопиться на урок. Вряд ли для мастера Тайсы веской причиной, оправдывающей опоздание на занятия, стал бы ответ: «Задержались в лавке, выбирая товар!»

Глава 23

Медитация и секреты знаков

Довольные каждый на свой лад, трое ребят ввалились в зал медитации одними из первых. Первокурсники подтягивались лениво, зевая и потирая сонные глаза. Кажется, даже завтрак большинство пропустило из-за желания подольше поваляться в постели. Янка таких не осуждала. Сама бы полежала, если бы не Иоле, поднимающая своим примером понадежнее любого будильника. Эти-то агрегаты на Донскую никогда не действовали. Пребывая в полусне, девушка умудрялась отключить зловредный механизм и завалиться спать дальше. Потом, конечно, удивлялась: и когда только успела? Из-за этого, чтобы не проспать в институт, Яна ставила громкость прибора на максимум и прятала его в соседней комнате на шкафу. При таком раскладе выключить будильник, не просыпаясь, становилось невозможным даже для сони.

Пока не явилась сильфида-тиран, по недоразумению именуемая мастер-преподаватель медитации, Лис вытащил из сумки справочник и зашелестел страницами. Надеялся быстро отыскать тот самый знак, который красовался на листе Игиды, нахально отметившем лбы троицы абитуриентов без предварительного согласия.

Поскольку значок помнил четко только дракон и ему же было дано поручение от декана, Машьелису напарники и отдали карты в руки. Только педантичный Хаг подсказал методу поиска:

– Ты сортировку по признакам начертания посмотри. Там круговые знаки в отдельный раздел выведены.

– Умггам, – выдал то ли согласие, то ли рекомендацию засунуть свой совет в известное всем место Лис и продолжил шелестеть страничками. Шелестел, шуршал, пока зал наполнялся болтающими студентами. Те рассаживались по своим коврикам и обменивались впечатлениями о дне минувшем. Любительница сплетен и слухов Тита начала расспрашивать Янку и Юнину про вчерашнее происшествие. Хорошо еще остальные студенты, исключая Еремила, особого интереса к теме не проявили. А парня гораздо больше тревожило самочувствие симпатичной, пусть и вздорной вампирши, нежели идиотские слухи