году Николая Александровича, тогда ещё наследника престола, зачастую принимали за Георга – происходила забавная путаница. В то время в Лондоне у своей родной бабушки, королевы Виктории, гостила невеста цесаревича принцесса Алиса Гессенская, в будущем – императрица Александра Фёдоровна. Кстати, королева Виктория, будучи уже в преклонных годах, принимала самое живое участие в ритуале этого сватовства.

Свадьба графини Нады де Торби и принца Джорджа Маунтбеттена (принц Георг Баттенбергский). 1916 г. Фотография

Спустя полвека, 20 ноября 1947 года, в Лондоне состоялась свадьба, привлекшая внимание всего мира. В тот день принцесса Елизавета венчалась с герцогом Филиппом Эдинбургским, позднее получившим титул принца Объединённого Королевства.

Почётную роль шафера на королевской свадьбе исполнял офицер английского флота Дэвид Майкл Маунтбеттен, двоюродный брат герцога. И сын леди Нады, правнучки Пушкина. Придворный фотограф запечатлел это историческое событие: на балконе Букингемского дворца рядом со счастливыми новобрачными – статный красавец-маркиз. Потомок русского гения!

Супруг леди Нады, Джордж Маунтбеттен, скончался рано, в возрасте сорока пяти лет. Королева Елизавета II отзывалась о нём, как одном «из самых умных и блестящих людей своего времени». Овдовев, маркиза Нада Милфорд-Хейвен предпочитала вести уединённый образ жизни и долгие месяцы проводила на своей родовой вилле «Казбек».

Кузены: император Николай II(слева) и английский король Георг V. 1913 г. Фотография

Судьба причудливо разложила жизненный пасьянс правнучки поэта: курортный городок на Лазурном Берегу, где она появилась на свет, стал и местом её кончины. Окна прекрасной виллы вновь, во второй раз за свою историю, задернулись чёрным крепом…

В английском «Таймсе» за январь 1963 года появился некролог, где среди прочих заслуг почившей в Каннах маркизы отмечалось, что та «была необыкновенно обворожительна и занимала… выдающееся место в английском обществе эпохи короля Эдуарда VIII».

На балконе Букингемского дворца: принцесса Елизавета и принц Филипп Эдинбургский (слева – праправнук поэта Дэвид Майкл Маунтбеттен). 1947 г. Фотография

Какая роковая закономерность! Цепочка горестных лет, протянувшаяся из девятнадцатого столетия в век двадцатый: 1863-й – 1913-й – 1963-й. Годы смерти Наталии Николаевны, её дочери и правнучки, словно кем-то свыше разделены меж собою полувековым рубежом.

Царский орел – на гербе гольф-клуба

Но вернемся к годам юности Надежды Михайловны. Тогда курортные журналы взахлёб писали о талантах юной графини, и особенно – её успехах в игре в гольф. И в том не было ничего удивительного.

Именно её отец, великий князь Михаил Михайлович, увидев гольф на его исторической прародине, в туманном Альбионе, и увлекшись им, первым «перенёс» эту игру с берегов Северного моря на Лазурный Берег. Имя великого князя и его очаровательной супруги до сих пор вспоминают в Каннах с чувством высочайшей признательности.

Не столь давно в Каннах торжественно отметили столетний юбилей гольф-клуба, основанного Михаилом Романовым. В честь события был издан альбом, где перечислялись заслуги великого князя – ведь благодаря ему один из многих городков Французской Ривьеры приобрёл вдруг мировую известность и превратился в процветающий курорт. Зелёное поле для гольфа в Каннах стало сильнейшим магнитом для аристократов, политиков, бизнесменов из Франции, Англии, России, Германии. Наплыв любителей гольфа сюда был столь высок, что появилась даже необходимость в железной дороге. И Михаил Романов принял самое деятельное участие в её строительстве.

Юбилейный альбом, почти сразу же попавший в разряд раритетов, показала мне Евгения Флавицкая, правнучка русского художника, жившая в Каннах, неподалеку от виллы «Казбек».

Великий князь Михаил Романов с супругой. Канны. 1880-е гг. Фотография

Гольф-клуб, основанный Михаилом Романовым. Канны. 2002 г. Фотография автора

Листаю альбомные страницы: вот групповая фотография первых членов гольф-клуба, вот – великий князь в полной спортивной экипировке. Ещё одна редкая фотография – Михаил Романов вместе с супругой – графиня Софи де Торби в полосатой, «под зебру», блузке держит в руке раскрытый зонтик в точно такую же полоску. На другой странице нахожу ещё один любопытный снимок: графиня с клюшкой для гольфа, приготовившись для удара, явно позирует перед объективом.

Гольф-клуб, основанный великим князем, расположен в западном предместье города. При входе в его владения висит щит, украшенный красочным гербом, – распростершим крылья царственным двуглавым орлом.

Михаил Романов, изгнанный из России, основал на Лазурном побережье не просто спортивный клуб, а своеобразное маленькое княжество со всеми атрибутами государственной власти. Есть здесь свой герб, свой дворец – уютный двухэтажный особняк (на его фасаде – барельеф великого князя и памятная доска), своя территория – ровное поле, покрытое сочной изумрудной зеленью и окруженное средиземноморскими пиниями, похожими на раскрытые солнечные зонтики. Есть и свои «подданные» – любители гольфа, что изо дня в день везут за собой на специальных тележках свою драгоценную поклажу – клюшки и мячи, и выполняют кажущуюся непосвящённым такую монотонную и скучную работу, пытаясь прогнать мяч по дорожке-трассе и загнать его в очередную лунку.

Почти нереально представить, что когда-то на этих зелёных полях играла и внучка Пушкина Софи. И правнучка поэта, юная красавица Нада, восхищала местную публику своими меткими ударами…

Под крылом Архангела Михаила

Начало своё Канны берут от небольшой рыбачьей деревушки, известной ещё с одиннадцатого века. Но первая известность к курортному городку пришла благодаря счастливой случайности – английский лорд-казначей Генри Броухем, в 1834 году держа путь в Ниццу, был так очарован красотой местной бухты, что остался в Каннах и обосновал здесь свою зимнюю резиденцию.

По странному капризу судьбы в Каннах, ровно пятьдесят лет до того, как здесь, став женой великого князя, поселилась внучка поэта, летом 1841 года лечил свою руку, задетую на дуэли пулей Пушкина, его убийца Жорж Дантес…

В Каннах начала двадцатого столетия пересеклись судьбы сразу трёх поколений поэта – здесь жили его дочь, внуки и правнуки. Сюда осенью 1909-го вместе с отцом генералом Сергеем Петровичем Мезенцовым приехали его дети: семилетняя Марина, пятилетняя Наташа и полуторагодовалый Саша, полный тёзка своего великого прадеда – Александр Сергеевич. Их мать Вера Александровна, родная внучка поэта, скоропостижно скончалась в феврале того же года.

Генерал Сергей Мезенцов состоял в свите великого князя Михаила Николаевича, принужденного по причине слабого здоровья безвыездно жить в Каннах.

Вместе с семьёй генерала приехала на южный берег и Надежда Александровна Пушкина, сестра его покойной жены. Сестры-погодки были очень дружны меж собой, и когда произошло несчастье, Надежда постаралась заменить мать своим осиротевшим племянникам. В Каннах глубоко верующая Надежда Пушкина посещала все службы в русском православном храме. По праздникам брала с собой и старших девочек – Марину и Наташу.