— эта та, что сейчас, и в ней творится полный пиздец. Но ладно, не суть, у нас она своя. Хотя, говорят, война никогда не меняется, и все такое.

— Понимаю, — кивнул я. — Только вот и в бою необученные обычно просто стреляют куда-то в сторону врага. И надеются, что не попадут. Но мы объясним, как с автоматами управляться.

— Да побросают они стволы и побегут, — заявил Бехр. — Что мы, не знаем их что ли?

— Посмотрим, — пожал я плечами. — Учить все равно надо. Мы тут не вечность сидеть будем, а чтобы деревню под защиту взять, людей у нас нет.

— Я займусь, — вызвался Руся. Он вообще, насколько я знал, был фанатом тактической подготовки. — Хули там объяснять, «калаш» — и есть «калаш».

— Переполох вы устроили, конечно, — покачал головой Богдан. — Я даже не знаю, радоваться тому, что вы пришли, или нет.

— Радоваться, конечно, — я улыбнулся. — Дальше только хуже было бы. У нас в Дачном бандиты перепились, и стали к местным приставать. У меня на глазах пытались подругу изнасиловать. Кое-кого даже убили. Не та это власть, при которой можно нормально жить, понимаешь?

— Да я-то понимаю, — кивнул он и указал на жителей, которые волокли куда-то трупы. Причем Леху несли бережно, схватив за руки и за ноги, а бандитов просто по земле. — Ты это им объясни.

— Да хули тут объяснять, — махнул рукой Бехр. — Лучше умереть, чем покориться, как по мне. Потому что вот это вот — это не жизнь. Это страх постоянный.

— А теперь страх еще сильнее станет, — заметил Богдан.

— Ладно, сейчас не об этом, — сказал я. — Теперь дальше. Чтобы засаду правильную устроить, нам нужно несколько огневых позиций. Пойдут они, скорее всего, с дороги, так что мы там и устроимся. Так что их нужно будет освободить. И пусть лучше вы об этом с жителями договоритесь, вы все-таки местные.

— Договоримся, — кивнул Палыч.

— Подвалы в домах есть? — задал я следующий вопрос. — Детей надо бы куда-нибудь спрятать. Эти стены автоматная пуля навылет прошьет, так что об их безопасности тоже позаботиться нужно.

— Кое-где есть.

— Вот и хорошо, — сказал я. — А теперь Гром, ставь на посты людей, а мы с тобой пойдем наследство осваивать. Надо же посмотреть, что от них там осталось.

— Погоди, Край, — вдруг сказал Палыч. — Ты говорил, что в Дачном жил, и они там бузить стали. Чем все закончилось в итоге? Ты-то живой, и воюешь вроде бы.

— Умерли все бандиты, — сказал я. — Очень уж нам их поведение не понравилось. Люди ушли в безопасное место, а деревня сгорела. Вот так вот получилось.

— Так может и наших есть возможность в безопасное место спровадить?

— Не получится, — я покачал головой. — В том безопасном месте уже места нет. Не примут они больше никого. И это надо через весь остров ехать, к Севастополю. Понимаешь же, что это значит?

— Сейчас проще до Луны долететь, чем до Севастополя доехать, — согласился он. — Луну хотя бы видно.

Ну это вряд ли, но в основном он был прав. Хотя причина была не только в этом, так, отговорка. Не примет Сафин больше людей, своих-то девать некуда.

— Пошли, Гром, — сказал я. — Посмотрим, что там есть.

Глава 14

— Край! — меня потрясли за плечо.

Как же я заебался просыпаться вот так вот, когда ни с того ни с сего, меня начинают трясти за плечо и ждать. Может быть еще разок в кому впасть недельки на три? Вот уж высплюсь, честное слово.

Шутка, конечно. Я один раз уже повалялся так, что в другом мире очнулся. Так что хватит на самом деле, пусть лучше уж будят.

Открыл глаза, и увидел перед собой Руслана. Лицо у бурята было озабоченным, в целом он выглядел помятым.

— Ты же в карауле должен быть, — пробормотал я.

— Мы уже час как сменились, ответил он. — День на дворе.

Ну да, мы ведь легли под утро уже. И памятуя об этом я плотно занавесил все шторы в комнате так, чтобы ни капли солнечного света через них не проникли. Потому что решил, что раз уж нам надо ждать здесь нападения, то почему бы не совместить приятное с полезным, и не отдохнуть. Точнее полезное с полезным получается, но не суть.

— Случилось что-то?

Судя по тому, что он не орал, и не поставил всех в ружье, то ничего страшного. Но мало ли.

— Местные собрались, — сказал он. — Тебя требуют.

Местные. А им-то чего понадобилось? Вроде бы все, что им надо, я еще ночью сказал.

— Не знаю, — он покачал головой. — Но там только бабы. Просят тебя выйти.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь с кровати. Взял бутылку воды, что стояла у кровати — благо у бандитов оказалось немало ящиков с минералкой, наверное, чтобы после похмелья отпиваться. Сделал несколько глотков, потом прополоскал рот, тоже проглотил.

Натянул на себя брюки, футболку, носки, ботинки. Бронежилет брать не стал, угрозы вроде как не предполагается. А вот кобуру с пистолетом на бедре закрепил. Вообще без оружия сейчас ходить нельзя, я без него себя, словно голым чувствую.

Прошел через дом, двор, вышел на улицу, и действительно увидел группу местных. Четыре бабы разного возраста: младшей четырнадцать на вид, хотя может быть и до двадцати, некоторые не меняются, старшей уже под пятьдесят, лицо все в морщинах старческих, от уголков глаз гусиные лапки отходят.

— Что случилось? — спросил я.

— Солдатик, у вас врач есть? — спросила самая старшая.

— Не солдатик, а Край, — решил все-таки представиться я. — Так что случилось-то?

— Людмила рожает, — сказала она.

Твою мать! Ну вот надо же было что-то такое предположить. Допустим, в Крыму осталось тридцать тысяч человек, все-таки в глухие деревни эпидемия прийти не должна было. Из них половина или чуть больше, из-за того, что мужиков в принципе в мире меньше — бабы. И кто-то да должен быть с пузом.

Но почему именно сейчас? Нам надо врага ждать, пусть по рации пока ничего и не передавали, а не с