действовать как можно более гуманно, не желая лишних жертв. Тогда как аппозиция не оглядывается на нормы морали и безжалостно убивает моих людей. Льется кровь, Валери, – вкрадчиво сказал Грег, явно довольный произведенным эффектом. Даже чувство неприязни к нему перекрыло чувство вины. – Умирают люди. И единственное, что они требуют, это вернуть на трон законную наследницу. Я пришел сюда, в том числе и для того, чтобы побыстрее закончить эту никому ненужную войну.

– Но что ты хочешь от меня? – сбивчиво зашептала я, пряча глаза, из которых почти безостановочно лились слезы. Дар попытался сжать мою ладонь, но я грубо вырвала руку, зло посмотрев на него.

– Ты должна пойти со мной, Валери. Ты нужна народу. Они не примут на трон никого, кроме законного наследника.

– Валери… – вновь попытался вмешаться Дар, но я оборвала его грубым:

– Уйди, – прошипела я, разъяренной кошкой.

Дар, поджал губы, посмотрел на меня с сожалением и болью, от которой у меня сердце разрывалось, встал и вышел за дверь, оставляя меня наедине с Карлайлом. Несмотря на свою обиду, я еле сдержала себя, чтобы не окликнуть Дара, не остановить его, не прижаться и попросить не оставлять меня. Он обманул меня. Не знаю, с какой целью, но цена его обмана была слишком высокой. Мои счастливые две недели жизни, что подарил мне Дар, не стоили стольких жизней.

– Валери, я понимаю тебя, – добродушно улыбнулся Грег и попытался накрыть мою ладонь своей. Против воли, не отдавая себе отчета, я стремительно убрала руку, избегая его прикосновения. Поняла, что могла обидеть его и виновато улыбнулась. Он не заслуживал такого отношения от меня после всего, что сделал. Я это понимала, но отчаянно не хотела, чтобы он меня касался. Кажется, Дар настолько приучил меня к себе, что всех остальных мужчин я принимаю за врагов на интуитивном уровне. – Я всегда знал и видел, что тебя тяготит дворцовая жизнь и обязанности. Ты всегда всеми силами старалась не соответствовать статусу принцессы. Одна только ваша с Лайейм выходка на крыше чего стоила, – напомнил он мне о том, что произошло по моей вине. Я сжалась, словно от удара. – Я понимаю и признаю твое желание жить так, как тебе бы того хотелось. Я тоже хотел бы этого. Но получилось так, что с момента рождения на нас лежала ответственность. И с этим ничего уже не поделаешь. Так распорядилась судьба, – мягко улыбнулся он. – Нас растили с осознанием этого чувства долго, и для меня странно, что ты сейчас так относишься к ситуации. Я принимаю, хоть и с сожалением, что из нас не получится любящая пара. Но долг обязывает нас. Если не ради моих чувств, то ради благополучия нашего народа, Валери. Твоего народа, в первую очередь.

– Чего ты хочешь от меня? – выдавила я из себя.

– Мы должны пожениться, – улыбнулся он. – Прости, но это необходимо. Ты, как принцесса, должна понимать это. Но было бы несправедливо с моей стороны говорить, что это единственный выход.

Я вскинула голову и с надеждой посмотрела на него.

– Ты можешь последовать велению своего сердца и остаться со своим чудовищем. Обещаю, я тебя больше не побеспокою. И дворец я смогу удержать, как и подавить бунт, – я сглотнула. – Но для этого придется действовать самым радикальным методом. Я потерял уже много людей, пытаясь избежать лишних жертв со стороны обычного народа. Но чтобы укрепить свою власть, причем в короткие сроки, мне придется дать разрешение на уничтожение всех недовольных, пока народ не смириться с новой властью в моем лице.

Я сидела оглушенная его словами, не в состоянии вымолвить и слова.

– Я не тороплю тебя. Можешь не отвечать прямо сейчас. Я дам тебе полчаса на размышление. Я пока со своим отрядом, стану собираться обратно. Думай, принцесса, что для тебя дороже. Собственная свобода выбора, или жизни твоих подданный.

С этими словами он поднялся и вышел, спокойно прикрыв за собой дверь на кухню и оставив меня наедине со своими мыслями.

***

Дара я нашла в его лаборатории. Зашла, не постучавшись, и замерла в дверях. Он сидел в кресле с невозмутимым видом и пил вино, смотря в пустоту перед собой.

– Ты все слышал, – просто сказала я. Он кивнул не посчитав нужным ответить словами. И снова сделал глоток. Впервые вижу, чтобы он пил…

– Как ты мог так со мной поступить? – не сдержавшись, тихо спросила я.

Ведь если бы он сказал мне о том, что происходит в моем королевстве сразу, всего этого можно было бы избежать. Возможно, даже необходимости выйти замуж. Мы бы смогли придумать…

Теперь же я судорожно искала выход и не находила… Теперь уже поздно. Ситуация накалена до предела.

– А как я поступил, принцесса? – холодно спросил Дар, взглянув на меня нечитаемым взглядом. – Помнишь, я давал тебе выбор? Я предлагал тебе пока не поздно выбрать между мной и своим королевством. Если ты забыла – твоим выбором стал я. Поэтому я не считаю, что за мной есть какая-то вина.

Я всхлипнула, обхватив себя руками.

– Почему еще тогда не рассказал о том, что Грегори не поддерживают? Что погибают люди, вспыхивают бунты? – сквозь слезы, с обидой и непониманием смотрела я на него.

– Тогда этого не было. Я же говорил, что узнал только значимые новости, которые тебе и озвучил. Бунты начались уже позже, когда свой выбор ты уже сделала, – лениво растягивая слова, заметил он. – Не говорил потом, по нескольким причинам. Например, я знал, что тебя эта новость расстроит. Мне этого не хотелось. И второе – я не видел в происходящем ничего архиважного. Люди дохнут постоянно. Каждую минуту десятки людей. От старости, болезни, или насильственной смерти. Жизнь людей скоротечна, а желание убивать себе подобных у них в крови. За тысячелетие, что я имею дело с людьми, знаешь ли ты, сколько воин с вашим участием я повидал? Сколько смертей? Порой кажется, что желание умирать с поводом и без, у вас заложено на подсознательном уровне. Поэтому я не посчитал значимым, если умрет пара сотней таких же людей, как и все столетия до этого. Наплодятся еще. Это дела всего двух десятилетий. А потом устроили бы очередную войну, как причину умереть, и заново. Этот круговорот мне уже приелся, – с брезгливостью скривился Дар.