благо еще на Нуме Тео и Зу подменили мою биометрию в общественных базах, но и разговор с очередным чиновником, который делал упор на том, что, поскольку брак заключается без резонанса, я должна быть готова к тому, что мои мужья могут энергетически откликнуться на любую другую эйру. При этом, что интересно, законы Эйнара не предполагали, что я тут же обязана отпустить супруга к его новоявленной паре, а могу сделать это исключительно по собственной инициативе.

Да-да, именно в этом моменте власть законной супруги над жизнью и свободой своего мужа проявлялась во всей красе...

И если Райан, который всю дорогу в принципе вел себя довольно пассивно, никак не отреагировал на эту новость, потому что, похоже, даже не допускал мысли о какой-то иной женщине в своей жизни, кроме погибшей пары или меня, временной жены по рекуперации, то Илар сразу же уверенно сообщил, что, если у него когда-либо и случится резонанс, то произойдет он исключительно со мной или не произойдет вовсе.

От этой его отчаянной уверенности мне в тот момент в очередной раз стало больно и тошно от себя самой. С другой стороны, я не эйра, но при этом мы прекрасно сосуществуем друг с другом и без резонанса. И то, что энергетически это мужа никак не беспокоит, дает мне надежду, что... что он останется в моей жизни и так.

Потому что...

Да, потому что именно тогда я впервые остро ощутила, насколько он стал мне дорог и близок. Нам обеим: и мне, и Артемиссии.

После Комитета мы заглянули в тот же видовой ресторан на берегу реки, где были с Иларом и Мисси во время прогулки по столице, а затем забрали свои заранее собранные вещи из гостиницы и отправились в наземный порт для посадки на “Поток”.

Пассажирский комплекс магнитно-подвесных глайдеров “Эйнар-Центр”, гармонично встроенный в архитектуру города, оказался под стать всему, что я уже успела увидеть на этой планете: огромным, сияющим, безупречно организованным и неправдоподобно чистым. Его высокие своды из прозрачного материала уходили вверх так далеко, что терялись в мягком белом свете, а по полу скользили тонкие линии навигационной подсветки, указывая путь к платформам, отделенным от путей стеклянными перегородками.

Здесь, как и на главной космостанции Эйнара, не наблюдалось привычной для транспортных терминалов других планет суеты, толчеи, криков и запахов гари и металла, а наш путь к зоне посадки сопровождали только ровный гул обслуживающих здание систем, сервисные андроиды и чистящие роботы, бесшумно снующие между немногочисленными пассажирами и редкие объявления искусственного голоса, звучавшие попеременно на двух языках, певучем эйнарском и лаконичном общем.

Сам “Поток”, ожидавший у платформы, не столько стоял, сколько висел над направляющими, удерживаемый невидимым полем, и вблизи производил странное впечатление скорее не наземного транспорта, а очередного космического корабля.

Мисси, разумеется, моментально пришла в восторг от всего сразу. Мяук в переноске, к моему удивлению, всю дорогу не издал ни звука, Илар с присущей ему спокойной обстоятельностью контролировал маршрут, проверку документов и багаж, а Райан просто замыкал нашу процессию, не задавая вопросов и не делая ничего, что могло бы выдать его отношение к происходящему.

Салон “Потока” порадовал комфортом и продуманностью. Светлые кресла там располагались не рядами, а небольшими полузакрытыми секторами, чтобы пассажиры могли чувствовать себя почти изолированно друг от друга. Панормные окна мерно мерцали, а воздух был прохладным и пах чем-то свежим и сладковатым.

Я в который раз отметила, что эйнарцы очень изобретательно вентилируют и ароматизируют помещения таким образом, чтобы переход с улицы в транспорт или здание вообще не ощущался.

Бродяга, которого Райан, немного сомневаясь, в итоге все же выпустил из переноски после того, как мы заняли наш сектор, а "Поток" стал постепенно набирать ход, медленно обошел пространство по кругу, обнюхал обувь Илара, смерил Райана и меня недовольным взглядом, а затем без малейших колебаний остановился у кресла Мисси.

Визуально эйнарский мяук и правда оказался поразительно похож на земных котов в том виде, в каком они существовали на Земле до практически полного исчезновения в результате ряда биологических катастроф и специфических вирусов, уменьшивших их популяцию до критического минимума. Теперь обладание подобным животным у землян приравнивалось к владению антикварной редкостью из докосмической эпохи или Золотых веков, что случились еще до образования единой многорасовой земной цивилизации.

Зверь Райана оказался крупным, очень пушистым и целиком черным животным, поэтому его огромные ярко-фиолетовые глаза выделялись на хищной, но при этом удивительно умной морде особенно сильно.

Еще одной особенностью мяука было потрепанное ухо, делавшее его образ одновременно диковатым, дерзким и плутоватым. Я же в первую очередь отметила длинные, хищные когти на пальцах эйнарского представителя кошачьих, которые он будто специально продемонстрировал, впиваясь в мягкое покрытие пола.

Спустя некоторое время Бродяга повел широкой мордой, дернул здоровым ухом, покрутил объемным задом, ударил по воздуху своим кривоватым пушистым хвостом и...

Ведомая заложенными в подсознание рефлексами, я дернулась в сторону мяука, однако первый супруг схватил меня за руку и остановил, прошептав: "Не торопись".

— Я ему понравилась, — с торжеством объявила нам дочь.

— Или он решил, что ты самая безобидная из нас, — заметила я, с тревогой следя за потенциально опасным существом, которое сейчас примерялось к коленям девочки.

— Он решил, что я его новый друг, — важно заключила Артемиссия, с сияющими глазами наблюдая, как зверь грациозно запрыгивает ей на колени и осторожно запускает когти в ткань ее одежды, тут же, впрочем, втягивая их обратно в специальные подушечки на лапах и устраиваясь удобнее.

— Не поцарапает? — спросила я у Райана.

— Похоже, маленькую госпожу можно назвать заклинательницей мяуков, — отозвался брюнет задумчиво. Видимо, он и сам не ожидал, что его компаньон так быстро и безоговорочно сменит вектор своего внимания на ребенка. — Он хорошо чувствует тех, кто не опасен.

— А тех, кто опасен? — прищурилась я.

— А таких, как мы, эйра Лидия, он просто терпит, — дернул уголком губы мужчина.

Это было сказано почти без интонации, но с хорошо уловимой иронией. И судя по тому, что к "опасным" существам, Райан причислил еще и меня, мой маневр с рывком к мяуку не остался незамеченным.

Да уж...

Бывший, пусть и давно отошедший от службы воин, в отличие от наблюдательного, но состоявшегося в сугубо мирной профессии Илара, смог легко и быстро вычислить такого же разумного.

Чем ты думала, Майя? Чем, космос раздери, ты думала, когда сама же подпустила к себе того, кто