Он не торопился, наш танец был похож на игру, изысканную, томную, манящую, разжигающую неспешную тягучую негу. Мои бедра описывали восьмерки, плотно совпадая с императором. Прогнулась, чуть подаваясь назад, насаживаясь на пальцы Фабрициуса. Он довольно рыкнул, поощряя мою смелость. Мой змей игриво прикусил мою нижнюю губу и обвел ее языком. Мое тело, послушное их воле, расслабилось.

– Теперь ты готова, сладкая, – в предвкушении протянул Геноа.

Его пальцы покинули мою попку, к расслабленной звездочке входа прижалась мокрая головка и надавила.

– Дыши, милая, – напряженно прошептал Фаб, мучительно медленно проникая в мое тело.

– Иди ко мне, искорка, – произнес Дар и мягко потянул меня на себя, прижимая к широкой груди.

Его губы взяли в плен мои, приглашая, заставляя забывать обо всем. Он ласкал меня языком, дразня, завоевывая и сдаваясь в плен.

С тихим вздохом Фабрициус прижался бедрами к моим ягодицам, проникая до самого конца. Мужчины осторожно толкнулись в унисон, я громко вскрикнула. Невероятное чувство наполненности, единения, щемящей близости разрывало меня изнутри. Эмоции грозили разорвать меня изнутри. Мои любимые двигались во мне, не щадя, присваивая меня, клеймя собой. Я плавилась и сгорала в их руках, принимая поцелуи, ласки, хриплый шепот. Я переставала быть собой и в то же время возвращалась к себе настоящей, цельной, открытой и страстной, не уступая мужчинам в жажде, глубинной потребности. Звонкие шлепки влажных тел, стоны, низкие рыки, сплетенные руки, движения, сводящие с ума.

Фаб крепко прижал меня к себе, его рука скользнула к клитору и сжала напряженный комочек. Длинные чуткие пальцы потирали средоточие моего удовольствия, вознося меня все выше. Я закрыла глаза, внизу живота скрутился тугой огненный вихрь. Он девятым валом пожара накрыл меня с головой, пронзил все тело насквозь, заставляя взлетать к звездам. Там в этой чернильной темноте, подсвеченной сияющими бриллиантами звезд, мои мужчины нежно обнимали меня, переживая вместе со мной этот невероятный взрыв.

Расслабленные мы лежали на влажных простынях, медленно приходя в себя. Я ласкала пальцами красивые счастливые лица мужчин, а они прихватывали подушечки губами. Их руки скользили по моему телу, словно не могли оторваться, ощупывая и оглаживая каждый уголок, изучая, успокаивая.

Внезапно за окном потемнело. Порывистый ветер с грохотом распахнул окно. Эхо донесло громоподобный рев зверя. Я вздрогнула, вжимаясь в тело Фабрициуса, лежащего за моей спиной. Его рука на моем животе напряглась и еще ближе притянула меня к себе. Дарион поднялся и подошел к окну. Его безупречное мощное тело на фоне черноты, в которую внезапно превратился яркий солнечный день, словно утес, атакуемый со всех сторон жестокими ветрами.

– Тьма вернулась… – мрачно констатировал он.

Леоринэль Трелорин, Тайная служба Его Величества в это же время

– Итак, лорд Рашмир, – заложив руки за спину, начал я и отошел к окну, невидяще глядя на дворцовый парк, – вы утверждаете, что не имеете никакого отношения к похищению госпожи Шианы Нарвус.

Лицемерный аристократ величественно кивнул головой.

– А вы, многоуважаемые лорды, с какой целью оказались на Площади Выбора? – спросил остальных советников, напряженно следящих за допросом своего главаря. Точнее, пока только милой беседой.

– Лорд-советник пригласил нас, чтобы обсудить один из законопроектов. У него появились идеи, касательно некоторых пунктов, – ответил лорд Нореуш за всех присутствующих.

– Вы проводили свое собрание на площади? – ехидно хмыкнул я.

– Разумеется, нет, – раздраженно ответил Рашмир. – Я пригласил многоуважаемых лордов в свой особняк.

– В тот самый, где сегодня прогремел взрыв? – уточнил, впившись взглядом в советника.

– Мои маги уже разбираются с этим вопросом…

– Вы хотели сказать, подчищают следы? – прервал я его. – Можете не трудиться. Лучшие специалисты Тайной службы уже обследуют ваш особняк на предмет остаточных следов магии госпожи Нарвус. И когда мы их найдем…

– По какому праву? – вызверился советник. В его глазах читалась жажда моей крови.

– Вы забыли, с кем беседуете? Или взрыв повредил вашу голову? Возможно, нужен целитель? – обманчиво спокойно ответил я.

Мужчина тяжело оперся руками о подлокотники массивного кресла, обтянутого темно-серой мягкой тканью. Резные ножки скрипнули, царапая наборный паркет. Советник с достоинством выпрямился и произнес:

– О произволе главы Тайной службы я немедленно доложу Его Величеству!

– Вам будет отказано в аудиенции. Император сейчас слишком занят, – зло оскалился в ответ.

– Для второго советника у него всегда найдется время! – пафосно заявил Рашмир, уже собираясь на выход.

Интересно, как далеко Дарион послал бы этого напыщенного идиота, если бы вообще мог сейчас хоть кого-то куда-то послать…

– Сидеть! – рявкнул я, а лорд замер, так и не донеся руку до двери. – Итак, господа, у меня для вас плохие новости: это лишь вопрос времени, когда мои маги найдут доказательства. Но и они совершенно не важны, так как у меня есть показания потерпевшей стороны. Вы совершили самое тяжкое из всех возможных преступлений, посмели покуситься на самое ценное сокровище империи – предначертанную Его Величества, единственную обладательницу изначальной магии.

Глава 44

Советники побледнели, и лишь один из них все еще самонадеянно рассчитывал на благополучный исход.

– При всем моем уважении, лорд Трелорин, – не сдавался Рашмир, – но я употреблю все свое влияние, чтобы доказать Его Величеству, что вся ее магия и предначертанность – лишь происки Тьмы. Безопаснее для всех – уничтожить самозванку, пока не стало слишком поздно.

– Ваше упрямство граничит с глупостью, но, думаю, пара дней за решеткой из антимагического металла сделает вас более покладистым, – почти лениво бросил я, с удовольствием наблюдая за сменой эмоций на высокомерном лице.

– Члены совета неприкосновенны без особого распоряжения императора, – попробовал возмутиться он, с усилием сохраняя видимость спокойствия, но от него несло страхом, а мне еще предстояло выяснить, кто и когда отравил меня темной магией. Кто заставил сознание помутиться? Кому было выгодно, чтобы я сам оттолкнул свое сокровище и стал сомневаться? Уж не лорд ли Рашмир стоит за всем этим вместе со своей обожаемой дочуркой? Слишком вовремя все произошло…

Внезапно в кабинете потемнело. Резкий порыв ветра с грохотом распахнул окно. Магически защищенные стекла жалобно звякнули и осыпались хрусткими осколками.

– Что это? – раздался сдавленный голос одного из советников.

– Зверь сбросил оковы печати, – мрачно констатировал я, становясь напротив открытого проема и вглядываясь в