самым впечатляющим. Моя попытка вмешаться будет считаться нечестной игрой, так что ни я, ни она на это не пойдем.

«Что это за чушь?» — моргнул император и уже собирался спорить, как заметил одобрительно кивающих остальных драконов. Судя по всему, прямо сейчас Максимилиан не получил бы помощи.

— Ах, я никогда не забуду, с каким наслаждением победил свою сестру на втором Тинге, — с ностальгией заявил прикрывший глаза Горц. — С унижением в хвастовстве родственников может сравниться лишь унижение заклятых врагов и соперников.

«Проклятые драконы», — угрюмо подумал сдавшийся Боргур: «Где же там мои легионы. Надёжные и верные, не задающие вопросов и не ушибленные на голову, слишком много о себе возомнившие ящерицы!»

Император одного из самых крупных государств вселенной в десять тысяч сорок шестой раз проклял своего деда, решившего, что война с драконами — это именно то, что нужно для его государства.

Почему принимал сомнительные решения он, а отдуваться теперь приходится ему, Максимилиану⁈

* * *

В этот же самый момент в Стальбурге проходил совсем другой разговор. Ничем не примечательный мужчина склонился над небольшой светящейся пентаграммой. Для любого хоть сколько-то разбирающегося в магии было очевидно, что ритуал был создан с помощью артефактов.

Сам мужчина находился внутри одного из районов среднего достатка. Предоставленная ему квартира имела впечатляющий размер в сотню квадратных метров, что лучше прочего показывало его высокую роль в корпорации.

Наконец ритуал подошел к своему концу, и из пентаграммы послышался глубокий, рычащий голос.

— Если ты осмелился со мной связаться, Джек, то ты чего-то добился?

— Так и есть, повелитель, — прижал голову к доскам пола мужчина. — Благодаря вашим усилиям у нас вышло получить доступ к военному штабу Аргалориума. Теперь мы можем выяснить, куда именно Аргалор отправится.

В ответ из пентаграммы послышался лишь холодный, промораживающий до костей смех.

За тысячи километров разлёгшийся в своей пещере чёрный дракон хищно ухмыльнулся. Наконец-то месть Цербаса скоро должна была исполниться.

Воспоминания о перенесенных унижениях вновь наполнили разум чёрного дракона, вызвав скрежет клыков.

Возможно, Архониа и Тифондрис удовлетворились ролью послушных собачек этой сучки Хагарис. Древняя синяя драконица, спасшаяся из плена Бароса, прекрасно умела запудривать мозги.

Белая и зелёная драконицы теперь чуть ли не ели с её рук, увлечённые предложением силы. Однако Цербас никогда не забывал, ради чего всё это.

Его месть Аргалору всегда стояла на первом месте. И своей победой над ним Цербас в очередной раз подтвердит величие чёрных драконов.

Ведь не важно, как именно была достигнута победа, если твой противник мёртв, а ты жив.

Глава 5

Что такое мировая война? Инстинктивное понимание ответа есть у любого разумного, которому зададут столь простой вопрос.

Мировая война — это военный конфликт столь масштабный и жестокий, что он охватывает не просто одну или несколько стран, а сразу континенты или вообще весь мир.

Подобный масштаб связан с жертвами, исчисляющимися миллионами, и невозможностью толком спрятаться от бушующей повсюду войны.

Хуже того, когда начинается мировая война, то даже те страны, что не являются «главными действующими лицами», тоже ввязываются в противостояние со своими ближайшими противниками и соседями.

За десятилетия жизни даже ближайшие друзья накапливают ворох конфликтов. Что уж говорить о странах? Эти мальки надеются решить свои трудности, пока крупные игроки заняты своими проблемами.

Мировая война, словно удерживаемый неумелой рукой гигантский скальпель, вскрывает этот гнойник нерешенных проблем, оставляя на его месте неаккуратную и сочащуюся кровью рану, где каждая красная капля — это тысячи и тысячи загубленных жизней и судеб.

Но что в таком случае Мировая корпоративная война? Несмотря на весь свой опыт прошлой жизни, Лев не знал ответа.

Да, Первая и Вторая мировая войны были в памяти Думова, но он также подсознательно понимал, что Корпоративная война отличалась.

И лишь когда конфликт вспыхнул в полной мере, Лев наконец-то нашел ответ на этот вопрос.

Какой бы адскими, неприятными и ужасными ни были Мировые войны Земли, в их основе имелись различные идеологии. Вступая в войну, каждая из ключевых стран несла в себе глубокую причину.

Да, возможно, для кого-то эти причины показались бы гнилыми или и вовсе иллюзорными, однако они хотя бы были.

Однако Корпоративная война Тароса была начисто лишена всякой высшей цели.

Деньги — вот что хотели корпорации. Власть, деньги, ресурсы и богатство. Всё это корпорации готовы были запихивать в свою трещавшую пасть, и им было плевать на последствия.

Никто не хотел строить светлое будущее или возвеличивать чью-то расу. Даже Гномпром и тот, хоть и состоял почти исключительно из гномов, ставил целью захват Империи ради денег, а не торжества подземной расы.

И самое страшное в этом было то, что слишком мало людей видело в происходящем что-то плохое.

Тарос был средневековым миром с элементами Ренессанса. Появление Аргалора насильно толкнуло этот мир в уродливую и ограниченную форму Нового времени. Однако была ещё и Сиарис, которая созданием Марша свободы начала зарождать в душах людей концепцию морали и равноправия.

Дай Сиарис ещё несколько десятков лет, и мир мог бы пережить кровавейшую череду революций, итогом которых мог стать куда более прекрасный мир.

Вот только Корпоративная война началась раньше, чем это случилось, и люди со средневековым мышлением получили в руки оружие и цели совсем другой войны.

Тем не менее Тарос видел и более жестокие войны, так что в происходящем не было чего-то слишком удивительного.

Более того, кого-то со стороны могло заинтересовать, почему при наличии в этом мире такого числа могущественных сущностей они позволяли корпорациям так смело делить мир на части?

Ответ был прост и заключался в двух фактах.

Во-первых, вся деятельность Аргалора занимала всего каких-то семьдесят шесть лет. Для существ, чей сон мог длиться столетиями, это был смехотворно короткий промежуток времени.

В некотором роде это было подобно тому, что ты лёг поспать у себя на даче, чтобы проснувшись на следующий день осознать, что вокруг твоей любимой дачи был построен крупный мегаполис.

Во-вторых же, для титанических драконов и особо старых штормовых великанов возня очередных «захватчиков мира», императоров и «великих магов» была чрезвычайно скучным и опостылевшим зрелищем.

Видя, как поднимаются и рушатся целые империи, эти существа смотрели на течение времени и происходящее совсем иначе.

Впрочем, кроме титанических повелителей неба и древних великанов были и обычные штормовые гиганты с древними драконами. Эти чудовища всё ещё не были настолько отдаленны от обычной жизни.

Многие из них имели подчинённые себе города