Молчит. Партизанка. Кажется, что победа так быстро мне не достанется. Внизу уже всё полыхает от желания. Терпеть уже самому нет сил. Эта пытка доведёт нас обоих до безумия.

– Ладно. Хочешь продолжения «пытки»? Будет тебе, – рычу я.

Ускоряюсь. Выпускаю её волосы, которые россыпью летят на постель. И неистово движусь. Рукой помогаю ей достичь быстрее финала. Заканчиваем одновременно. Наши стоны смешиваются в один протяжный выдох блаженства.

Заваливаюсь на неё, прижимая своим телом к кровати. Тенина судорожно дышит, пытаясь прийти в себя. И я такой же. Ненормальный. Каждый наш новый секс лучше предыдущего. Разве так бывает?

– Ну что, Тенёчек, готова к новой «пытке»?

– Я уже умерла. Отстань от меня, – хрипит в ответ.

– Тогда небольшая пауза.

Я отрываюсь от неё. Откидываю волосы в сторону и целую в загривок. Она издаёт какой-то мурлыкающий звук, который вибрацией прокатывается по моему телу. Супер. Надо запомнить. Хорошая кнопочка на её теле. Такая… уютно-домашняя.

Если будет бурчать, знаю теперь, где выключатель.

Поднимаюсь с кровати. Нашариваю в шкафу полотенце. Обматываю вокруг бёдер и выхожу. Только успеваю заметить удивлённый взгляд Тенёчка на мне. Она хлопает ресницами, но ничего не спрашивает и с места не двигается.

В зале беру гитару. Прохожусь по струнам разок. И тащу обратно в спальню. Кажется, я только что обрёл свою музу. И она чертовски вредная.

Глава 44. Второй заход

Тормасов реально оказался каким-то садистом. Это была невероятная пытка. То, что он делал со мной... Медленно, мучительно медленно. Я балансировала на грани «обожаю тебя» и «я тебя сейчас прибью».

В итоге я всё-таки получила свою порцию наслаждения. Когда, видимо, вывела его уже из себя своими отказами…

Но я, честно говоря, боюсь подумать, что ещё ему в голову придёт. Неужели действительно будет меня всю ночь водить между этими двумя пограничными состояниями? Между диким желанием ему отдаваться и жаждой надавать ему по голове.

Я лежу в кровати, пытаюсь прийти в себя после случившегося. Нужно бы разложить его слова в голове по полочкам. Потому что у меня там сейчас настоящая каша варится. До сих пор не верится, что он мне всё это сказал…

Яр сказал, что хочет стать моим парнем, чтобы у нас всё было с ним по-серьёзному. Но, чёрт возьми, я не могу так просто согласиться на его предложение.

Мы с ним прошли через какой-то ад. Он заставлял меня думать всё это время, что не испытывает ко мне ничего, кроме похоти. Так как я могу довериться ему? Как могу быть уверена, что всё так легко вдруг перевернулось? Неужели на него так подействовала драка с моим братом? Или что?

Ему там в больнице вкололи что-то такое, что мозги поставило на место? Он сделал переоценку ценностей? Я вдруг стала для него важна? Для этого должна быть причина! Нельзя ведь так быстро мнение своё менять!

Надо бы обсудить случившееся с ним. Конечно, именно это ведь я и собиралась делать, когда согласилась на встречу с ним сегодня вечером. А он, как всегда, смешал все мои планы. Набросился на меня, ошарашил своими словами. А потом ещё и отвлёк своими жаркими наступательными действиями.

Надо снова начать разговор, когда он вернётся. Но я не знаю, как с этой темой к нему подступиться теперь. Да и после его слов… Допытываться, почему у него поменялось отношение ко мне? И хоть я безумно желаю того же, что и он... Хочу уже этого правильного статуса, хочу нормальных отношений… он так просто не дождётся моего «да».

Пусть это будет моя маленькая месть за то, что он твердил мне о том, что между нами ничего быть не может, кроме секса. Потому что мне было больно. Мучительно больно слышать всё это. Я итак страдала от того, что делаю нечто неправильное. А он ещё и сверху добавлял мне переживаний.

Если ему действительно важно, чтобы я стала его девушкой, тогда пусть покажет это своим поведением. Поступками, а не словами. Пусть… добивается моего расположения. Думаю, это будет вполне справедливо.

На этой мысли я и зависаю. Немного даже успокаиваюсь. А то с этими качелями совсем нервы ни к чёрту…

Яр возвращается спустя несколько мгновений. Я даже прикрыться не успеваю. Да и вообще. Так и лежу в той же позе, в какой он меня оставил. И, увидев его, открываю от удивления рот.

– Это что?

– Это, моя милая, гитара, – усмехается Яр, будто я об этом спрашиваю.

Он встаёт у кровати. Закидывает одну