— Давно уже не было, княже. Ну, если только в глухих деревнях где-нибудь…

— А в Сосновке меня самого чуть не принесли в жертву.

— Свят-свят, — мужик перекрестился, уставившись на меня в испуге.

— Вот с тех пор и не люблю я этого… — подвёл я итог внезапному разговору про местные обряды. И тоже перекрестился. На всякий случай.

…

К вопросу обороны городка я подошёл со всем уже накопленным опытом и максимальным вниманием к мелочам. Сторожевые камни на всех подступах были настроены как на одиночных пешеходов, так и на всадников и сани. Причём разная степень тревоги поднималась в зависимости от количества одновременно фиксируемых объектов и от частоты их появления в радиусе действия сторожа.

Переговорные амулеты у Сигурда и десятников были постоянно активными. В случае тревоги сигнальные маяки выдавали точное направление движения вероятного противника и их количество. Попытки настроить сигналки на наличие у объектов оружия пока у меня не увенчались успехом. В качестве оружия тут были настолько разные инструменты, что классифицировать их в единую систему идентификации у меня пока не получилось. Тут и вилы с топорами оружием были, и косы с серпами, и дубины. Ну, не всё сразу.

Зато получилось расставить сторожей и на крепостной стене, и в самом детинце. Причём эти ставил уже на охрану я лично и добавил в них дополнительно парочку убойных модулей из арсенала климат-контроля и звукового манка. Лишними точно не будут.

…

Через пару дней после того, как мы окончательно привели систему обороны городка к понятному мне виду защиты, из Сосновки приехал обоз с камнями и Матрёной. Искать тут булыжники под снегом на месте я не хотел, а в Сосновке уже и целый карьер образовался, где волхвы, под моим чутким руководством, устроили каменоломню. Камешки из-под рунного режущего инструмента выходили все ровненькими, практически одинаковыми, что придавало готовым изделиям вполне узнаваемый вид серийного производства.

— Сколько?

— Пятнадцать.

— И все молодые девки? Я так и знала!

— А ну-ка цыц! — я слегка прикрикнул на разошедшуюся ключницу. — Забыла, с кем говоришь?

— Извини, княже, — она надула губы и уставилась в пол.

— То-то же! — я приобнял её за плечи и усадил к себе на колени. — Значит так. Хозяйство тут большое, не в пример нашему Сосновскому. Людей у тебя в подчинении будет много, но и дел в разы больше. Так что, у тебя задача не только всех по местам расставить, но и контролировать все хозяйственные вопросы. И чтобы я не слышал больше этой дури про ревность! Тут не до игрищ нам всем пока. Того и гляди, гости к нам могут пожаловать незваные. Поэтому ревность убрать и приступать к работе. Ибо доверять могу тут только тебе, и на тебя вся надёжа. Как поняла?

— Поняла, — она шмыгнула носом и уткнулась мне в шею. — Я соскучилась!

— Я тоже, но это всё ночью, — я чмокнул её в нос. — А теперь давай звать Тимофея и дела у него принимать.

…

Под утро в голове раздался тонкий писк. Сквозь сон я дёрнул за мочку уха, активируя переговорный контур, и услышал тихий голос Никиты:

— Князь?

— Говори, — так же шёпотом произнёс я, чтобы не разбудить сопящую рядом Матрёну.

— Они взяли Велимира.

Сон как-то резко у меня пропал. Я приподнялся на кровати и откинул одеяло в сторону.

— Что произошло?

— Мы вернулись в Киев вместе с епископом Леонидом две недели назад. Переговоры с Святополком у них зашли в тупик, и Леонид вернулся на доклад к Митрополиту ни с чем. А тут Велимир как раз приехал в Киев. Он не успел встретиться с Митрополитом, как его взяли сегодня ночью люди Ярослава.

— Почему Велимир не сообщил?

— Его взяли во сне. Два старших брата из личной охраны Митрополита. Нас с Добрыней не привлекали, мы сами узнали только после всего.

— Подробности есть?

— Они применили какой-то артефакт из личного арсенала Митрополита. У Велимира просто выкачали всю энергию разом. У него не было шансов.

Вот тебе и сюрприз от церковников. Подключение к питающим контурам или их полное замыкание. Просто и эффективно. Если только знать, где эти питающие контуры в алгоритмах располагаются. А я ведь этот модуль в своих поделках не менял. Как были они изначально в базовых алгоритмах прописаны, так и использовал. Будет мне, дураку, наука! Теперь срочно надо лепить патч и шифровать структуру питания алгоритмов так, чтобы даже те, кто видит код, в этом ни хрена не разобрались.

— Что с ним сделают?

— Сперва на дыбу. Потом, скорее всего, на костёр. Ярославу донесли, что Велимир — лазутчик от Святополка. То, что он ушёл от Святополка, тут никто в расчёт принимать не будет. Он ему служил долго — значит, язычник и враг. Про тебя и слушать не будут.

Блин. Это я уже налажал. Нафига мне надо было именно Велимира в Киев посылать? И он тоже хорош: все риски ведь знал, а меня не остановил. Хотя я ведь приказ отдал? Кто бы возразил? Идиот я такой.

— Амулеты у него тоже не работают, — продолжал Никита. — И внутренний резерв, наверняка, также погасили. Он теперь ничего не может.

Мозги начали лихорадочно прикидывать варианты, а Ника мне подсовывала расчёты по времени и маршрутам.

От Сосновки до Вручия мы шли на санях лесными тропами и по замёрзшим болотам почти полторы недели. Но отсюда до Киева, если по зимнику идти, можно за пять дней уложиться. Но впереди заставы Ярослава, с которым сейчас вступать в прямой конфликт мне как-то не хотелось. Значит, обходить по-тихому. Это ещё дня два. Итого неделя. Велимира за это время уже семь раз на костре сжечь успеют. Суки!

Я сжал кулаки и почувствовал, как ногти впиваются в кожу ладоней. На голом месте потерять своего человека! Суки!

— Мы можем его вытащить, — услышал я спокойный голос Никиты. — Но тогда придётся уходить всем вместе и, скорее всего, с боем. И наш предыдущий план уже не сработает.

Многоходовка с привлечением «ведьмаков» в переговоры с Ярославом и Митрополитом была одним из важных этапов в моём плане выхода на киевскую верхушку власти.

А и хрен с ней. Придумаю ещё что-нибудь. За свои идиотские решения надо платить.

— Вытаскивайте его. Главное — выбирайтесь все из Киева и выйдите на зимник Ужа. Я пошлю вам на встречу Сигурда с новыми амулетами.

— Всё сделаем, княже.

И «ведьмак» выключил связь.

Давать им инструкции, как именно вытаскивать Велимира из темницы Ярослава, я, естественно, не мог. Они там, на месте, лучше меня во