class="p1">Не может быть! Козлик говорит голосом её родного брата? Маша решила, что просто перегрелась на солнце и теперь у неё галлюцинации или что-то вроде того.

– Так. Спокойно, – пробормотала она себе под нос. – Этому наверняка найдётся какое-то разумное объяснение!

– Ма-а-аш! – снова заблеял козлёнок. – Они говорили – ребята эти – правду. Про лес. И про этот родник.

Маша покачала головой. Наверное, она сошла с ума.

– Человек же не может превратиться в козла! Это просто технически невозможно! – сказала девочка сама себе.

Козлёнок нетерпеливо топнул копытцем и выставил вперёд рожки.

– Ты мне не веришь? Тогда позвони своему Валере и спроси! Он у тебя всё знает!

Девочка несколько раз моргнула, подошла к козлёнку и внимательно его осмотрела.

– Ваня?!

– Ну наконец-то! – выдохнул малыш.

– Ну класс! – ахнула Маша. – И что нам теперь делать? Родители меня реально убьют!

– А ничего не делать! – раздался за её спиной женский голос. – Судьбе покориться придётся!

Маша даже подпрыгнула от неожиданности и обернулась. На краю колодца сидела большая и очень красивая птица с золотистыми перьями в длинном хвосте.

– Простите, – вежливо переспросила девочка, – это вы сейчас сказали?

– Ну а кто же ещё-то? – вздохнула птица. – Кроме нас тут и нет никого. Кикимора, что его в козлёночка обратила, только к ночи явится.

Маша ахнула:

– Какая ещё Кикимора?

– Обычная Кикимора, – ответила птица довольно равнодушно. – Злодейка наша лесная. Заколдовала колодец, чтобы все, кто из него водицы попьют, в разных существ обращались.

– А зачем ей, собственно говоря, такое развлечение? – поинтересовалась Маша.

– Как зачем? – удивилась птица. – Ест она их; вот и всё!

Девочка в ужасе посмотрела на брата. Ваня испуганно заблеял и спрятался за ноги сестры.

Птица распахнула крылья и грациозно перелетела на ветку огромного дуба, росшего на краю поляны.

Маша немного помедлила, а потом всё-таки спросила:

– А можно как-то пересмотреть существующий алгоритм превращения детей в козлов?

– А зачем? – не поняла птица. – Кикимору всё устраивает!

Маша недовольно приподняла брови и заметила:

– Но вы же понимаете, что это негуманно? Поедание детей, пусть даже плохих, противоречит международному праву!

– Всё, – отрезала птица. – Утомила ты меня, деточка.

Она взмыла в воздух и полетела вглубь леса. Маша схватила козлёнка на руки и бросилась следом.

– Подождите! – крикнула она на бегу. – А можно меня как-то сконнектить с этой вашей Кикиморой?

– Не можно! – ответила птица не оборачиваясь.

– Я бы хотела задать ей пару вопросов... – попыталась продолжить диалог Маша.

– Никаких вопросов! – категорично заявила птица.

– Поговорить, как две самодостаточные женщины... – не унималась девочка.

– Не-а! – собеседница была непреклонна.

Ещё пару раз взмахнув крыльями, птица уселась на пушистую еловую ветку. Маша остановилась рядом, перевела дыхание и от всей души попросила:

– Ну пожалуйста!

Несколько мгновений птица молча рассматривала детей, будто оценивая, достойны ли они её помощи.

– Ладно, – сжалилась она наконец. – Помогу я вам. Расскажу, как до Кикиморы добраться. В общем, слушайте.

Маша навострила уши, стараясь запомнить каждое слово волшебного создания.

– Дорога до Кикиморы непростая, – сразу предупредила птица. – Как дойдёте до старого пня, ступайте от него на левую дорожку, которая проведёт вас между двух поваленных деревьев, потом оттуда – направо до большого камня. От камня – наискосок, прямиком к лесной чаще. Прямо за чащей – болото, за болотом – буерак, а уж в буераке и стоит дом Кикиморы.

Закончив говорить, птица пристально посмотрела на девочку.

– Я всё запомнила, – кивнула Маша. – Идём!

И она решительно повела заколдованного брата в чащу леса.

Долго плутали Маша с Ваней среди деревьев. Тропинок нигде не было – только непроходимые заросли, через которые иногда приходилось буквально прорываться. Тут и там встречались большие пни и поваленные деревья. Но какие конкретно имела в виду волшебная птица: понять было совершенно невозможно – все они выглядели абсолютно одинаково.

– Маша: стой! – заупрямился вдруг козлёнок. – Я уже устал идти. Возьми меня на ручки.

Маша со вздохом подняла козлёнка. Хорошо: что он был совсем маленький и лёгкий.

Не зная, что делать, Маша устало присела на краешек большого поросшего мхом пня.

– Видишь этот пень? – кивнул на него Ваня. – Мы уже третий раз к нему подходим! Тут что-то нечисто!

– Не выдумывай, – отмахнулась Маша. – В лесу все пни похожи.

– Нет, не все! Не все! – сердито заблеял козлёнок. – Ну почему почему ты никогда меня не слушаешь?

– Не знаю, – пожала плечами Маша. – Может, потому что ты – козлёнок? Ладно, мы просто куда-то не туда свернули. Давай вспоминать. Что там птица говорила? – Девочка немного подумала, а потом начала себе под нос повторять указания: – На левую дорожку, между двух поваленных деревьев... до старого пня...

– Какая разница, что она там говорила?! – перебил её Ваня. – Мы заблудились! Ты что, не видишь, что ли?

Маша невесело поглядела на брата:

– Несмотря на видовую разницу, вынуждена признать твою правоту.

– Ты чего, намекаешь на то, что я козёл? – возмутился Ваня. – Не козёл я! А человек! Понятно?

– Тихо! – вдруг осадила его Маша. – Смотри, дом чей-то...

Она указала вперёд, где среди деревьев виднелась заваленная хворостом и еловым лапником крыша небольшого бревенчатого домика.

– Странно. Очень странно! – пробормотала Маша.

Немного посомневавшись, девочка решила всё же проверить, кто живёт в таких дебрях.

* * *

Скоро брат с сестрой стояли на пороге лесного домика. Маша постучала – никто не ответил. Тогда она решительно толкнула дверь, зашла внутрь и огляделась.

У входа располагалась небольшая столовая со столом и тремя стульями. На столе стояла корзинка с ягодами, на стене висела связка грибов – их подвесили повыше, чтобы просушить.

– Маша! Пойдём отсюда! – испуганно заблеял козлёнок. – Пожалуйста!

– Тс-с-с! – шикнула на него Маша. – Тихо! Надо проанализировать ситуацию!

Девочка внимательно изучила обстановку: постучала кулаком по столу, попробовала забраться на стулья, зачерпнула горсть ягод и высыпала их обратно.

– Итак, – заговорила она тоном опытного детектива, – судя по тому, что стулья крепкие – в количестве трёх штук, тут явно живёт троица нехилых