— Отправим на корабль после сдачи выпускных экзаменов — пусть получают образование — сказал я. — На это три месяца уйдет. А там видно будет. Возможно, там и оставим — будем радоваться визитам на корабль, когда по делу туда придется лететь. Дело — прежде всего.

Мы с Погодиным продолжали обсуждать наши задачи по набору команды.

— Надо продолжить набор команды, но надо прежде всего брать мужиков. С девчонками пора завязывать — уже по три любовницы на брата, спалиться можно легко — сказал Валера.

— Можно от половины любовниц отказаться — сказал я шутя.

— Вот именно, от половины. А человека пополам не поделить! Мне они все нравятся, каждая по-своему хороша — сказал Погодин с улыбкой. — И не надоедают — то с одной, то с другой. А то с третьей утешаешься!

— Ну да, ты прав… Пора завязывать с гаремом. Пополам они не делятся, и не знаю даже, от кого отказаться. С Ленкой у нас чистый секс, без сантиментов. Но она такая темпераментная! С ней здорово! С остальными тоже неплохо — каждая имеет свои прелести. А Лиза вообще умница, с ней просто общаться приятно.

— Ладно, я не говорю, что обязательно бросать кого-то из них надо. Просто нам не надо больше заводить любовниц, этих хватит с избытком. Давай вернемся к набору парней, какие будут идеи? — спросил Погодин, спросил он со вздохом.

— Из школьников — только белобилетников можем брать, иначе их станет разыскивать военкомат как уклонистов — сказал я.

— У нас в классе белые билеты у Гены Аборина по зрению и у Паши Пузикова — плоскостопие — сказал Погодин. — Надо попробовать узнать, как у них дела — в какие вузы они собираются поступать.

— Пошли друг мой Погодин, прогуляемся по городу, может чего и узнаем — сказал я.

— Да в школе все узнаем после каникул, где ты сейчас кого найдешь? — возразил Погодин и я согласился с ним.

— В десятом классе у троих ребят есть белые билеты — сказал Погодин. — Я в теме — сам белобилетник, вместе с ними комиссию проходил в военкомате.

— Кто это? — спросил я. — Вроде там все ребята крепкие.

— Бывает, что внешность обманчива. Никитин Илья, порок сердца, требуется операция, у нас их делают только в Москве, очередь на пять лет, доживет или нет — неизвестно. Суриков Саша — плоскостопие. Столбов Кирилл — зрение как у крота, прогрессирующая близорукость. Суриков в вуз спокойно может поступить и работать по специальности после него, а остальным нет смысла. Так что два кандидата у нас точно есть — у них нет других вариантов.

— Понял, сам с ними поговоришь? — спросил я.

— Да, а впрочем, давай вместе. Я тут отработал сальто-мортале с места, вот продемонстрирую им силу твоего лекарства — ответил он.

— Лады, после каникул встретимся с ними и поговорим — согласился я.

Вьетнамские будни

В начале марта Черняев подготовил план следующих операций против авианосцев США, который бы позволил бы радикально решить вопрос с авианосцами в Тонкинском заливе.

— Вот смотрите, еще во вторую мировую войну итальянцы и немцы разработали так называемые катера-торпеды. Управлялись они дистанционно, ну скажем с другого катера по радио. Две разноцветные лампы на корме и носу катера давали понимание для оператора текущего направления движения такого катера. Мы можем заменить эти лампы примитивной системой наведения по магнитной массе, чтобы катер самостоятельно, и главное очень медленно, чтобы его не обнаружили акустики, двигался к авианосцу — предложил он. — Но мы катера заменим полупогруженными кораблями, ну или подводными торпедами, у них сверху будет воздухозаборник для ДВС.

— Ну как вы катер с ДВС заставите двигаться бесшумно? Или торпеду — они засекаются акустиками и по ним сразу открывается огонь из противоминной артиллерии — усмехнулся я. Мне Айк тут же подкинул информацию по этой теме.

— Мы его можем вывести на цель очень близко к кораблю и использовать для движения электромоторы и аккумуляторы, на них такой катер на малом ходу километров десять может пройти со скоростью три узла в час — ответил Черняев. — Электродвигатели и винты можно сделать низкооборотными для минимизации шума. Катер будет полностью погружен в воду, сверху будет торчать только антенна наведения. Да и ее можно будет убрать под воду при начале атаки. Такой катер может вести на буксире спарку мин Мк-25 и взорвать их непосредственно у борта корабля, лучше у кормы, чтобы повредить винты.

— А «Асдик» не засечет эту торпеду? — спросил я.

— Ну может конечно, но если разбросать источники помех, то не сможет. Источники помех — это газовые генераторы, обычно химические, где активное вещество взаимодействует с морской водой и выделяет газ, который своими пузырьками создает маскирующий шум. Это что-то типа дымовой шашки — ответил Черняев.

— У американцев во Вьетнаме есть такие генераторы помех? — спросил я.

— Есть конечно, там уже у них стоит флот.

— Вы знаете Виктор Николаевич, это все слишком мудрено для партизанской войны. Эти катера должны быть где-то быть изготовленными в Китае или во Вьетнаме. Но нет там таких возможностей, только в СССР их могут изготовить. И пловцов-подводников ни Вьетнам, ни Китай не имеют. А подставлять СССР в моих планах нет. Так что ищем другие варианты, делаем упор на диверсии, которые доступны подпольщикам и партизанам — отдал я распоряжение.

— Хорошо Константин Иванович, займусь этим вопросом — понурил голову Черняев.

— К авианосцам ежедневно уходят десятки танкеров и судов снабжения. А что если такой корабль превратить в брандер? — спросил я. — Это уже будет классическая диверсия. А если танкер заминировать, то он просто сожжет авианосец своим топливом!

— Что-то я сразу этого не сообразил! — обрадовался Черняев.

— Я тоже, Айк подсказал — признался я. — Он быстрее нас соображает, главное ему надо правильно поставить задачу.

— Я заминирую с помощью этих же мин Мк-52 танкер, а подорву их с помощью морской мины «Лимпет» с часовым механизмом — сказал Черняев с горящими глазами.

— Трудно будет рассчитать точное время подрыва — сказал я.

— Но мы можем подорвать мину с помощью дрона в нужный момент, а второй танкер подорвать на подходе — продемонстрировав неточность выставления времени подрыва — тут же нашелся Черняев.

— Годится такой вариант — согласился я. — Но два авианосца нам таким образом не подорвать. После такого случая все суда будут досматриваться в порту и перед швартовкой к авианосцу.

— Есть еще масса