Ай, и седой Таганай —

Это детство мое. Это юность и школа.

Это в горы и сосны оправленный край.

Город детства и стали,

                                  город стужи и зноя,

За оградой резною, за сосной вырезною —

Весь ты в зренье моем, весь ты в сердце моем,

Словно только вчера я покинул свой дом.

Мы идем сквозь огонь, позабыв о покое,

И в родительский дом я не скоро вернусь.

Как любовью своей, как отцовской рукою,

Ты прикрой меня сталью в бою, Златоуст!

Василий Щербаков

ТАГАНАЙ

Бой затих. И в бору сосновом

В котелке закипает чай.

Вдруг я слышу знакомое слово:

— Таганай, Таганай…

И на миг я представил картину любимого края —

Таганая вершину, в сосновом лесу полумрак.

Я решил — непременно найду и узнаю,

Может, парень и вправду уралец-земляк.

Оказалось, что он из алтайского края

И с природой Урала совсем незнаком.

А полярная лайка, что звал Таганаем,

У каюра в упряжке была вожаком.

Я ее от души приласкал и погладил,

Как заправский охотник — любитель собак.

И не ради той встречи, а имени ради

Хлеб ей отдал, солдату — кисет и табак.

Глубоки и бескрайни на севере ночи —

Грусть и радость приходят порой невзначай.

Убежал от меня этот белый комочек,

Но я долго шептал: «Таганай, Таганай…»

Людмила Татьяничева

ВДАЛИ ОТ СИНИХ ГОР УРАЛА…

Вдали от синих гор Урала,

В руках сжимая автомат,

Спокойно смотрит с пьедестала

От солнца бронзовый солдат.

Он дышит вольным ветром жизни,

Над ним не кружит воронье.

Не клялся он в любви к Отчизне.

Он просто умер за нее.

Марк Гроссман

БАЛЛАДА ОБ УРАЛЬСКОМ ТАНКЕ

Носились истребители за тучей.

Кипела Волга. Мертвый плыл паром.

Горбатый, ощетиненный, гремучий

Немецкий танк поднялся над бугром.

Он пол-Европы траками пометил,

Броней сметал он все перед собой.

И вот стоит у Волги на рассвете

От вмятин и пробоин весь рябой.

Еще мгновенье — и на этом танке

Опустят люк. Рванется танк, дрожа.

Начнут полосовать его болванки

Сосновое покрытье блиндажа.

Еще мгновенье…

Но в раскатах грома,

Стоявшая в укрытье до сих пор,

Рванулась из-за рухнувшего дома

Уральская машина на бугор.

Снаряд провыл. И край у башни выгрыз.

Но шел наш танк по прежнему пути.

И понял враг: не уклониться «тигру»,

От лобовой атаки не уйти.

Они сцепились, траками сверкая,

Сшибая бронированные лбы.

И разошлись. И, круг опять смыкая,

Сошлись. И оба встали на дыбы.

…Мы шли вперед знакомыми местами,

Оставив на высоком берегу

Машину с опаленными крестами,

С оборванными траками в снегу.

А рядом с нами, медленно и грозно,

Весь в ранах и рубцах, без тягача,

Шел танк уральский по земле морозной,

Магнитогорской сталью грохоча.

В пути спросил один солдат другого:

— Ты, кажется, с Урала, побратим?

И руку он потряс ему без слова.

И все без слов понятно было им.

Марк Гроссман

ЕЩЕ В БЫТУ ШТАБНЫЕ КАРТЫ…

Еще в быту штабные карты,

Еще полки сдаются в плен,

Еще трещит, дымя, Тиргартен,

Известка сыплется со стен.

Еще багровыми хвостами

Метут «Катюши» вдоль реки,

И зависают над мостами,

Бомбя в упор, штурмовики.

Еще врага мы сталью кроем,

Но видим в ясный этот час

Урал весеннею порою,

Тот край, где ждут, тоскуя, нас,

И трактор в поле, и могучий

Отсвет литейного двора,

И те заводы, где на случай

Куют оружье мастера.

Людмила Татьяничева

СИНЕГОРЬЕ

ЕСТЬ У НАС НА МОЛОДОМ УРАЛЕ

СИНЕГОРЬЕ.

МОЖЕТ БЫТЬ, БЫВАЛИ?

ЗВОНКИЙ БОР И ЛЕТОМ И ЗИМОЙ

ИЗУКРАШЕН ХВОЙНОЙ БАХРОМОЙ,

СИНЕЛЬГА СИНЕЕТ МЕЖДУ ГОР

ЧЕЙ УГОДНО ОЧАРУЕТ ВЗОР.

ТОЛЬКО Я ПРИЗНАЮСЬ, ЧТО НЕ ЭТО

СИНЕГОРЬЯ ГЛАВНАЯ ПРИМЕТА…

ЕСЛИ ТЫ ПРИДЕШЬ СЮДА ВПЕРВЫЕ,

ПОСПЕШИ НА ВЫШКИ БУРОВЫЕ,

ОТЫЩИ НЕТРОНУТЫЕ РУДЫ

И ЗЕМНЫЕ ЗВЕЗДЫ —

ИЗУМРУДЫ.

ИЛИ В ЦЕХЕ, ПРИНИМАЯ СМЕНУ,

В КРАСНЫЙ ГЛАЗ ЗАГЛЯДЫВАЙ МАРТЕНУ.

НА ЛЕСАХ, В ЦЕХАХ ИЛИ В ЗАБОЕ

МАСТЕРСТВОМ ПОДЕЛИТСЯ С ТОБОЮ

ЗДЕШНИЙ ЖИТЕЛЬ И УМЕЛЕЦ МЕСТНЫЙ

ЧЕЛОВЕК НА ВЕСЬ УРАЛ ИЗВЕСТНЫЙ:

МЕТАЛЛУРГ, ГЕОЛОГ И ОХОТНИК —

СИНИХ ГОР ХОЗЯИН И РАБОТНИК.

Владилен Машковцев

ЗВЕЗДОПАД

Небо в огненных росчерках —

Золотой звездопад.

На гранитном карьере

Перезвоны лопат.

Паровоз рассердился,

Горланит баском.

Звезды плавают

В желтом пруду заводском.

А рабочие парни

К мартенам спешат

И не видят в пруду

Золотых лягушат.

Пляшет рыжее пламя

На рыжей руде,

Отражаются

Трубы мартенов в воде.

Ночь над городом,

Сумрак сквозит синевой.

Сердце бросил

В разливочный ковш горновой.

Что же это такое?

Замирает душа…

Звезды огненным гейзером

Бьют из ковша.

Звезды блещут на скатах

И на кромках лопат.

Ах, какой удивительный

Золотой звездопад!

Лев Сорокин

БОГАТСТВО УРАЛА

Я по дружбе советую вам: