— Стоило предположить, что сбитый гормональный фон тела, которое только что пережило выкидыш, еще даст о себе знать. Но кто ж знал, что именно так?»

Сейчас, как никогда, нужно было сохранять спокойствие и трезвость ума, но я чувствовала, как паника медленно, но верно подступает к горлу.

Воздух в кухне стал вязким от напряжения. Казалось, его можно потрогать руками. Запах пыли и сырости стал еще более ощутимым, давящим. В полумраке каждый предмет казался зловещим и угрожающим.

Из угла послышался вновь нарастающий рык. Я ощутила такую дикую усталость от всего происходящего, такую обреченность, что неосознанно скрестила руки на груди, пытаясь хоть как-то защититься от нависшей угрозы, и шикнула:

— А ну не рычи…те там! — возмутилась я, стараясь придать голосу твердость, хотя внутри все дрожало от переполняющих меня эмоций.

Я с прищуром глядела в сторону красных огоньков, стараясь разглядеть хоть что-то в этой кромешной тьме.

— Ты напросилась на должность управляющей, смелая, — раздался хриплый бас, словно из самой преисподней, а красные огоньки, казалось, замерцали, на мгновение поменяв цвет на зловещий зеленый. — Вот и управляй!

— Управлять и готовить — это разные вещи, господин Как-вас-там⁉ — фыркнула я в ответ, стараясь скрыть дрожь в голосе. Я сжала кулаки, пытаясь взять себя в руки.

"Саня, соберись!' — твердила я себе мысленно.

Неожиданно на столе, который занимал большую часть кухни, появился свиток, свернутый пергамент, перевязанный черной лентой. От него исходило слабое, зловещее свечение. Басистый голос прохрипел:

— Ознакомься на досуге. А сейчас приготовь обед, — отдал новый приказ таинственный хозяин поместья Блэкторн и растворился в воздухе. Кухня наполнилась светом из окна, а после у меня над самым ухом пробасило угрожающее: — Пока я не сожрал тебя!

Я вздрогнула от этих фокусов, мое сердце бешено заколотилось в груди. Я резко обернулась, но рядом никого не было. Только тишина и ощущение чьего-то пристального взгляда пронизывало меня насквозь.

— Колдун чертов! — прошипела я, чувствуя, как гнев постепенно вытесняет страх. — Что я должна ему приготовить? А главное, из чего? Что тут вообще можно найти съестного, кроме паутины?

Я вышла обратно на улицу через заднюю дверь кухни, в надежде, что вокруг растет что-нибудь более съестное, чем сорняки. Немного побродила по округе и так ничего не найдя уже хотела было вернуться, чтобы собрать свои вещи и покинуть это странное место, как меня окликнул незнакомый мужской голос:

— Хозяйка, принимай продукты!

— Это вы мне? — не поняла, обернувшись и увидев невысокого коренастого мужичка, рядом с которым стояла повозка и на ней в корзинах лежало продовольствие.

— Вам-вам, — кивнул он, махая рукой в приглашающем жесте. — А кому же еще то?

— А откуда вам обо мне известно? — задала я встречный вопрос, подозрительно глядя на мужика.

— Местный граф в этом плане дотошный, — откровенно стал рассказывать поставщик продуктов. — Обо всех изменениях сообщает мгновенно.

Он достал из кармана жилетки слегка потрепанный листок и протянул мне. На нем, уже знакомым мне витиеватым почерком было написано, что количество привозимых продуктов надо увеличить вдвое и всем в поместье теперь заправляет управляющая.

«И зачем тогда он отправил меня за продуктами? — возмущенно вскинув брови, подумала я. — Проверял? Или просто поиздеваться хотел?»

— Вот, так что я не обманываю, хозяйка! — поспешил заверить меня в своей честности мужичок. — Принимай продукты, да я поехал.

— А до меня кто продукты получал? — задала я логичный вопрос.

— Так никто не получал, — развел руками поставщик и понизив голос до полушепота, добавил: — Граф крайне специфический. Никто у него особо не хотел работать. Да, и боятся его. Его если разозлить, то поговаривают, что в деревнях скот пропадает.

— Да ты что? — округлив глаза, тоже шепотом, спросила я. — Жуть какая! Ты тоже его боишься?

— Так, я его ни разу не видел, — честно признался мужик. — Чего мне его бояться? Платит он всегда вовремя. Продукты только свежие у меня. Я их в дом заносил раньше, раз получать было некому.

— Во-о-от! — обрадовалась я. — Не стоит изменять своим привычкам — хватай корзину и пошли.

— Так, как же ж… — хотел возмутиться торговец, но я его перебила:

— Тебя как зовут?

Второе правило переговоров — не давай собеседнику времени на обдумывание информации.

— Берт, — растерянно хлопая глазами, ответил мужик.

— А меня Александра, — по привычке представилась я, хватая его под локоть и ведя к повозке. — Ты пойми, хозяин голоден. А пока я — слабая, хрупкая женщина — сейчас буду таскать одна эти корзины, он проголодается еще больше. Разозлится. И того гляди, не дай бог, опять скот пропадать начнет. Или чего доброго еще и меня съест. Оно нам надо?

Мужчина, смотрел на меня непонимающим взглядом и отрицательно мотал головой.

— Правильно, Берт, — подтвердила я, гладя мужчину по упитанному плечу. — Оно нам не надо. Поэтому будь хорошим человеком — помоги мне корзины в дом занести. Тем более, ты вон какой сильный. Наверняка, тебе унести эти корзины будет в два счета.

Я состроила просящую гримасу и надула губки, а торговец залился румянцем от похвалы и смущения.

Через десять минут три огромные корзины доверху набитые продуктами красовались на кухне, а довольный Берт, которого я еще в догонку осыпала восхищением его силушкой богатырской, радостно махал мне рукой, садясь в повозку.

Я вернулась в кухню и стала рассматривать содержимое корзин: свежий хлеб, который пах так божественно, что я не удержалась и откусила прямо от булки, парное молоко в банке, сметана, творог, сыр, несколько видов сырого и вяленого мяса, овощи и фрукты всех мастей, рыба сырая и соленая.

Чтобы не захлебнуться слюной, я принялась готовить, найдя всю необходимую утварь. Сама я это, конечно, уже очень давно не делала, с тех пор как стала владелицей строительной компании, времени на готовку совсем не оставалось. Но кое-какие навыки у меня имелись и я была уверена, что смогу сообразить что-нибудь съедобное.

Пока готовила, напробовалась и уже решила, что обедать не буду, но тут в кухню вплыла Корди.

— О, милая леди, какие ароматы, — восхитилась метла. — Будь я человеком — съела бы все, что издает такой чудесный запах.

— Будем надеятся, что твой хозяин того же мнения, — улыбнувшись, сказала я.