поклонился, пропитавшись местным колоритом и войдя в роль. — До свидания!

— До свидания, Сергей Константинович! Буду рада видеть вас в овощной лавке Черничкиных.

На этом она развернулась и вошла в дом. Мне так же и дальше стоять под дверью смысла не было, но, прежде чем отправиться обратно в центр, зашёл за дровяной сарай. Хорошее место, чтобы выдохнуть и пораскинуть мозгами, не попадаясь никому на глаза.

Значит, краденый жёлтый макр ищут полицейские? Очень интересно! Не зря он меня так настораживал с самого начала. Я прошёлся буквально по краю, спасибо профессиональной интуиции.

— Молодой человек! — ко мне обратился полицейский, стоило только выйти на оживлённую улицу. — Не могли бы вы задержаться ненадолго?

— Что? — обернулся я к нему, всем нутром чуя неладное.

— Городовой Мухин, — представился он. — Не переживайте, плановый рейд полиции. Можно ваши документы?

— Разумеется, — тут же предъявил требуемое. Появившаяся на лице мужчины ухмылка мне не понравилась.

— Барон Скарабейников, значит, — полицейский посмотрел как-то недобро, даже тон изменился с обыденно-уставшего за заинтересованный. — Скажите, пожалуйста, а вы сегодня на рынке не торговали?

— Было дело, — насторожился я. Отрицать очевидное глупо, ведь точка на рынке арендована, да и соседи наверняка сообщили, что я там сегодня с утра присутствовал.

— В таком случае не могли бы вы показать содержимое своих карманов?

Он переложил документ в левую руку, а правую поднял и сделал круговое движение кистью. Похоже, это было условным знаком, так как с разных сторон к нам направились двое полицейских, полностью отрезав мне пути к побегу.

Побег, конечно… Явно не в этом хилом теле.

Глава 3

Городовой Мухин ликовал, это читалось по его взгляду. Тело напряжено так, будто он был готов в любой момент схватить меня и поздоровать моё лицо с брусчаткой. Документ личности уже успел перекочевать в его карман, так что ничто больше полицейского не связывало.

— Разумеется, — кивнул я и вывернул карманы лёгкого пальто, а затем и брюк. В них не было ничего, помимо ключа от дома и платочка с деньгами от Черничкиной.

— Внутренние есть? — с прищуром усмехнулся Мухин.

Я рассеянно пожал плечами и распахнул полы пальто. Карман там нашёлся, но пустой. Несмотря на это, уверенность полицейского никуда не делась, его товарищи кидали вопрошающие взгляды, словно ожидая чего-то.

— Обыщите! — последовал командный тон.

Полицаи тут же набросились так, что я даже качнулся, чуть не упав. Облапали со всех сторон в самых потаённых местах — тех же подкладках. Знакомый с подобной процедурой, я мог лишь поражаться такому рвению и профессионализму: они точно обычные патрульные?

Даже не знал, как реагировать. Процедура наверняка унизительная для барона, но я же восемнадцатилетний пацан. Решил держаться спокойно, так как знал по опыту: мент умышленно провоцировал меня на агрессию, чтобы в ответ выпустить собственного зверя на законных основаниях. Такого удовольствия я ему доставлять не намерен.

— Что же вы, барон Скарабейников, убегали от нас? — поинтересовался городовой с напускным чувством превосходства.

Он стоял почти вплотную, возвышаясь надо мной. Ещё и правую ладонь потирал так, будто готов был сжать её в любой момент и ударить. Не знаю, решился бы, всё же я первый день в этом мире и с порядками не знаком, но присутствовала уверенность, что это та игра телом, которая направлена лишь на запугивание. В конце концов, с подобным типажом и раньше имел сомнительное удовольствие контактировать.

— Я? Когда? — изобразил наивное простодушие.

— С рынка, прямо перед нашим носом ушли. Нехорошо, Скарабейников.

— Всего лишь всё продал, — пожал я плечами, качаясь под обыском. — Мне не было смысла там оставаться.

— Да? А это что тогда? — он подкинул в ладонях платочек с деньгами и оттянул краешек. — ЗМЧ? Определённо не ваши инициалы.

— Честно, уж и не помню, как досталось. Хорошая вещь, вот и пользуюсь.

— Чисто, — тихо отрапортовал один из полицаев.

Несмотря на уверенный тон, Мухин наблюдал за обыском с напряжением на лице. Его торжественность медленно сползала, уступая место раздражению и немому вопросу «как? » Такое чувство, будто он был абсолютно убеждён, что найдёт у меня необходимое. Даже разуться пришлось — сначала одна туфля, потом другая.

Похоже, это оказалось последней каплей. Мухин еле сдерживался, чтобы не накричать на своих коллег и усердно размышлял, что ещё можно предпринять.

Как же хорошо, что я додумался прикопать камушек в том сарае за поленницей! А то эти стражи порядка чуть в трусы не залезли со своим обыском.

— Что ж, можете быть свободны, барон Скарабейников.

Мухин залез в карманы обеими руками, но вытянул лишь одну и протянул мне паспорт.

— Благодарствую, — кивнул я. — А… мои деньги?

— Какие деньги? — искренне удивился тот и посмотрел на подельников. — Вы знаете, о чём он?

— Никак нет, — покачали те головами.

От такой наглости я дар речи потерял. Полицейские будто и ждали нечто подобное:

— Свободны, Скарабейников, — с нажимом сказал Мухин. — Идите.

— Городовой, вам погоны жмут? — нахмурился я, медленно приподнял руки и начал демонстративно поправлять перстень. — Захотелось сменить профессию, а может, и место жительства? Деньги в платочке верните, все до последнего рубля.

Начались гляделки, во время которых я судорожно искал выход из ситуации. Пытаться ударить — наиглупейшее решение, это тело слабо, да и избиение при исполнении. Только и оставалось, что взывать к его благоразумию: в конце концов, пусть я и почти ребёнок в данный момент, остаюсь полноценным бароном, в отличие от него.

Наконец, городовой принял верное решение, моргнул и доброжелательно улыбнулся.

— Ах, в платочке? Простите, запамятовал, — он достал и вернул, благо всю сумму, что отобразилось в цифрах над его головой. Разжился мужчина неплохо — почти триста рублей. — Будьте аккуратнее в будущем и не давайте посторонним в руки свои деньги. Не все могут оказаться такими же добропорядочными, как я.

Конечно, теперь-то понятно, что ментам местным доверия нет. Страшно представить, какие здесь бандиты.

— Доброго дня! — сказал мужчина, внимательно сверля тяжёлым взглядом. Что-то мне подсказывало: не будь узелок туго завязан, то я не досчитался бы нескольких рублей.

— Доброго! — бросил в ответ, после чего отступил назад и остался стоять, внимательно наблюдая, как полицаи уходят.

Прошёлся по краю. Не хотелось