что вы взломали нашу внутреннюю связь, — согласно кивнул спейс-майор. Его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась усталость — усталость людей, которые наконец решили поставить точку в бессмысленной бойне.

Я бросил короткий взгляд на Яра.

— Готово, мой князь, — через пару секунд ответил Яр. — Все корабли флота противника подключены к общей линии связи. Трансляция идёт на каждый мостик, каждый командный пункт и каждому пилоту тяжёлого истребителя и фрегата.

На экране спейс-майор сделал шаг в сторону, освобождая обзор. Теперь были хорошо видны и штурмовики, и скованный адмирал, который упорно смотрел в пол. Спейс-майор поднял руку, привлекая внимание своих людей по всей эскадре:

— Слушайте все! Сегодня мы все узнали, что нас обманули. Мы уже давно служим не Республике Лига Стальных Звёзд, а Дому Валуа, и именно за их цели мы проливаем свою кровь. Князь предложил нам достойный выход. Сейчас мы обсудим условия капитуляции — условия, которые сохранят жизни наших экипажей.

В штабе «Стальной Берлоги» Марк едва заметно улыбнулся, Себастьен выдохнул с облегчением, а я откинулся на спинку кресла, позволяя себе едва заметную улыбку. План, который казался почти безумным, сработал.

— Условия простые, — начал говорить я. — Но начну, наверное, с самого для вас важного. Во-первых, звёздная система «Янтарный Утёс» станет территорией Великого Дома Северных Медведей. Как и в любой другой звёздной системе на нашей территории, мы будем развивать экономику и улучшать уровень жизни населения.

Я сделал короткую паузу, чтобы слова дошли до каждого слушателя на сотнях кораблей:

— Все семьи погибших членов экипажей в этом бою получат единоразовую выплату и льготы на будущее, если захотят остаться жить здесь. Всем вам я предлагаю присягнуть мне на верность и продолжить служить в составе разных флотов моего Дома. При распределении между флотами мы будем учитывать ваши пожелания.

Голос мой звучал спокойно и ровно:

— Да, мы ведём сейчас войну с Союзом Свободных Колоний, но, как вы уже понимаете, этим Союзом правят не ваши правители и адмиралы. Им правит Дом Валуа, против которого, собственно, мы и боремся. Кто не пожелает присягнуть мне на верность, будет отпущен — без каких-либо репрессий или наказаний.

Ещё одна короткая пауза:

— Также каждый член экипажей получит выплату в размере одного оклада согласно занимаемой должности и звания. Сумма выплат будет равна ставкам на нашем флоте. Поверьте, она существенно больше, чем платили вам. Спейс-майор, если у вас есть какие-то пожелания, вы можете высказать их.

— У меня только один вопрос, — произнёс спейс-майор. — Кто будет править звёздной системой от вашего лица? Всё правительство, которое было раньше, либо убито, либо сидит в камерах. Последнее время управлением занимался адмирал.

— Я не знаю, спейс-майор. У вас есть предложение? — я улыбнулся.

— Если вы хотите, чтобы население вас поддержало так же, как и армия, вам следует назначить наместником старика Фотиса Эгеуса, если, конечно, он согласится, — ответил спейс-майор.

— Фотис Эгеус? — я удивлённо вскинул брови.

— Да. Очень давно он правил этой системой. И тогда мы жили очень богато. Но потом его убрали, так как он радел за людей, а не за кошельки аристократов, — кивнул спейс-майор.

— Хорошо, мы свяжемся с ним, обещаю, спейс-майор, — сказал я.

— Дайте нам двадцать минут, князь. Мы обсудим с людьми ваше предложение, — попросил спейс-майор.

— Хорошо, двадцать минут, — кивнул я, и связь прервалась.

Я посмотрел на Яра:

— Можешь найти этого Фотиса и связаться с ним?

— Могу. Нет ничего проще. Я уже давно контролирую все информационные центры в этой звёздной системе, — ответил Яр. Он тут же развернул голограмму с данными. — Ага, вот он. Фотис Эгеус, семьдесят восемь лет, проживает в загородной вилле на второй планете системы. Последние десять лет ведёт уединённый образ жизни, занимается садоводством и пишет мемуары. Судя по всему, не связан ни с какими политическими группировками.

— Отлично, — я выпрямился в кресле. — Выводи его на связь. Пора узнать, готов ли он снова взять на себя бремя власти.

Яр кивнул и отправил запрос на связь. В штабе повисла напряжённая тишина — все ждали, что ответит легендарный правитель «Янтарного Утёса». Марк и Себастьен переглянулись, а я сложил руки на груди, готовясь к новому этапу этой непростой игры.

Через пару минут Яр сообщил, что пришёл ответ на запрос и он готов вывести изображение на голографический экран.

Я кивнул. Экран моргнул — и на нём появилось изображение крепкого мужчины.

Фотис Эгеус выглядел так, будто ему не семьдесят восемь, а едва за пятьдесят. В его осанке читалась выправка человека, привыкшего отдавать приказы, а в движениях сохранялась лёгкость, несвойственная столь почтенному возрасту. Короткие седые волосы были аккуратно подстрижены, без намёка на неряшливость, а лицо, хоть и отмечено морщинами — особенно вокруг глаз и на лбу, — не выглядело измождённым или уставшим. Напротив, кожа имела здоровый оттенок, а черты лица оставались чёткими, скульптурными.

Его глаза — тёмно-серые, почти стальные — смотрели прямо и твёрдо, без тени робости или растерянности. В них читался острый ум и опыт десятилетий управления. На нём был простой, но добротный тёмно-синий комбинезон с едва заметной вышивкой вдоль воротника — не роскошь, но знак достоинства. Никаких знаков власти, никаких регалий: он явно не стремился произвести впечатление внешним блеском.

Фотис слегка наклонил голову, изучая нас взглядом, и заговорил низким, уверенным голосом:

— Князь Медведев, глава Великого Дома Северных Медведей, нарушитель спокойствия и герой всех новостей. Признаться, я удивлён.

Он сделал паузу, сложив руки за спиной. В его движениях не было ни малейшей скованности, присущей преклонному возрасту, — напротив, они были чёткими, выверенными, будто у человека, который ежедневно тренирует тело и дух.

— Зачем вы связались со мной? — задал он вопрос, и в его стальных глазах мелькнуло нечто вроде вызова.

Я кратко рассказал ему о сложившейся ситуации: о капитуляции флота, о том, как адмирал скрывал истинные цели Дома Валуа, о наших планах по восстановлению порядка в «Янтарном Утёсе».

— Вы говорите о восстановлении справедливости в «Янтарном Утёсе», — медленно произнёс Фотис, когда я закончил. — Но справедливость — это не только выплаты и льготы. Это доверие людей. А его не вернуть одними обещаниями. Я готов обсудить ваше предложение, но только если буду уверен, что вы действительно намерены действовать в интересах населения, а не просто заменить одну элиту на другую.

В штабе повисла тишина. Марк невольно выпрямился, Себастьен подался вперёд, а я внимательно изучал лицо Фотиса. В нём не было ни раболепия, ни страха, ни жажды власти — только спокойная уверенность и требовательная честность. Его взгляд словно проникал в