обеспокоенный секретарь, нарушая при этом все предписанные правила этикета. — Беда!

— Что произошло? — слегка поморщившись произнес Император.

— Где беда? Говори же! — тут же поинтересовался князь Богдан.

— Так не у нас. У Владыки беда.

— Тогда по что ты так орёшь, как оглашенный? — возмутился князь. — Рассказывай!

— В Степи, при Шатре Владыки, двое его сыновей поругались. Сильно. Слово за слово, наговорили друг другу всякого. А потом один на другого устроил засаду, в степи. Да с дружиной. Целое побоище получилось, потому как и второй был не один, вот теперь оба… один плох, другой и вовсе при смерти.

— Понятно, — произнёс Император, — им нужны наши лекари?

— Да. И Доброслав Жданович тоже вместе с ними.

— А какие по счету наследники у Владыки подрались? — задумчиво спросил Богдан.

— Первый и седьмой, — тут же отрапортовал секретарь.

— То, что первый — совсем нехорошо, — произнес князь. — Дед, а почему Владыка Степи до сих пор у тебя клянчит целителей? Своих что ли нет?

— Отчего же, есть. Просто, у них в целители только слабосилки идут. Вот оттого и клянчит. Не котируются в Степи маги подобной профессии.

— Странно. Целители всем нужны, и, вдруг, не котируются, — пожал плечами Богдан. — И как на все эти события отреагировал Владыка?

— Он в гневе, — охотно рассказал секретарь.

— Я бы тоже был в гневе, случись у нас подобное, — нахмурился Император. — Распорядись немедленно сообщить Доброславу Ждановичу. Пусть он сам подберет лекарей и сразу отправляется в Шатер к Владыке. Да, и напиши ещё от меня не официальную бумагу с соболезнования по поводу данного недоразумения.

— Дед, ты уверен, что надо писать именно по поводу недоразумения?

— Пока по данному событию нет официального заявления, оно будет считаться недоразумением. А вот когда они официально заявят о происшествии, тогда мы пришлем официальную бумагу, по тому поводу, который они озвучат.

— Понял. Дипломатия во всей красе.

— А что ты хотел? Не всем же только войсками заниматься. Ты, вообще, скоро в этой армии одичаешь, если не будешь чаще появляться в столице при Дворе.

— Ну спасибо, дед, порадовал. Уже в дикаря меня записал. Сам же знаешь, за армией нужен только глаз, да глаз. Я бы, конечно, не против чаще появляться дома и воспитанием ребёнка заняться, как следует.

— Твоему ребёнку уже давно свою семью надо заводить. А воспитывать его уже поздно, что получилось то и получилось. И, вообще, радоваться должен. Весь в тебя пошёл. На уме одна дружина, сражения и армия. И с этикетом постоянно, как и ты, не дружит.

— Ну кто-то же должен заниматься армией. А армия должна быть всегда наготове, в боеспособном состоянии, — начал возмущенно гнуть свою линию внук.

— Я знаю, поверь. И очень рад, что ты взял на себя эту обязанность. Армия действительно должна быть всегда готова. А для этого нужна железная дисциплина и тренировки. Но светские манеры и этикет забывать ты тоже не должен. В конце концов, это не так и трудно, хотя бы иногда появляться и освежать свои знания.

Глава 7

Когда мы вошли друг за другом в зал заседания все остальные уже были на месте.

Дело оказалось не столько интересным, сколько запутанным. Суть состояла в том, что когда-то давно умерла одна старушка, имеющая в своей собственности большое поместье и земли. Наследников у неё было двое, но оставила она все по завещанию только одному из них.

И всё бы ничего, но завещание её наследник благополучно потерял, а земли в поземельном реестре отчего-то значились за обоими, причем не по кусочкам, а целым поместьем.

Казалось бы, наследников двое, в реестре они оба значатся наследниками, раздели землю пополам и будет вам счастье. Тем более, земли то и немало. Но существовало одно такое большое «НО». На одной части этой земли были озеро и небольшой, вытянутый вдоль него сад. А на второй части — огромные пахотные земли. Вот от них то основной доход хозяину поместья и шел. Так что сцепились за эти пахотные земли два наследника не на шутку. Да так, что их судебные баталии уже в столицу перекочевали.

Но меня, как законника и помощника писаря, заинтересовал другой момент. Поземельный реестр. Я первое что сделала, как только как следует ознакомилась с обстоятельствами дела, так это подняла справки оттуда и проверила их на подлинность магически.

Что меня удивило, так это то что обе справки, как две капли воды, походили друг на друга. Точнее они были написаны по одному образцу, одной рукой, с разницей в один день. С одинаковыми печатями и за одно и той же подписью. Более того, проведя над ними быстрый магический анализ я с ещё большим удивлением удостоверилась что оба документа подлинные.

Ещё в прошлой жизни я прекрасно усвоила, что, когда документы оформляются где-нибудь в глубинке на такое большое поместье и земли, все служащие, оформляющие эти документы, прекрасно знают о наличии и первого оформления. Это была непреложная истина. В такой глухомани все всегда друг друга прекрасно знают. И не только друг друга, но и о друг друге: кто чем владеет, у кого кто болеет, кто родился, кто чем дышит, у кого что происходит в семье, в делах. И даже кто чего о ком сказал.

Так что не знать, о том, что данный документ был уже составлен, служащий не мог. Оставался только один вопрос, как быстро можно вызвать этого служащего в суд и хорошенечко допросить. На основании каких именно документов он составил оба столь противоречивых документа и зарегистрировал их.

С другой стороны, я посмотрела на дату документов и приуныла. Данный служащий может давно уже не работать, более того, его могло не быть в живых, потому что писарь всё это оформлял ещё при отцах судившихся. Дело принимало всё более запутанный оборот.

Нет, конечно, вызвать этого служащего в суд стоило, хотя бы потому что это предполагается правилами, но особого результата от этого вызова ждать не следовало. Я недовольно покрутила документы у себя в руках и решила подступиться к решению этой задачи с другой стороны.

Например, со стороны завещания. Допустим данного документа нет у наследников, но в нотариальной конторе то должно оно быть. Правильно, должно. Поискала, что еще есть в бумагах. Нашла.