Лишь самые стойкие могут смириться и снова жить. Но боль… она никогда не уходит. Она живет в сердце эльфа столько лет, сколько ему отмерила судьба.

Софи пораженно молчала.

— Джон, — тихо спросила она. — Откуда ты это знаешь? Ты ведь… ты же молод, и ты ведь никого не терял? — Софи поняла, что спрашивает это почти с испугом. Ей не хотелось, чтобы Джон испытывал такие муки.

— Нет. Говорят, мне повезло, что я не успел узнать тех, кого потерял. Я же считаю, что у меня забирали задолго до моего рождения, и это не менее горько, — сказал Джон озлобленно. Софи вспомнила, что Нилан сказал про сестру Джона. — Но другие, многие, теряли близких в войнах, и их боль куда страшнее моей.

— Ты… ты про Синая? Ты мне говорил, что его сын…

— Сыновья. Они погибли в первой битве Первой войны. Они были во Владрире, сопровождали первую супругу Эльтана и его сына.

Софи пораженно обернулась.

— У Эльтана была другая жена? И сын?

— Это было очень давно. — Сказал Джон словно нехотя.

— Расскажи, — бесхитростно попросила Софи.

— Зачем тебе знать? Эта повесть полна печали.

— Но мне хочется знать. Иначе… как я смогу понять?

Джон вздохнул, нахмурился, но все же заговорил:

— Для первой супруги Эльтана Владрир был родным градом. В пору, что после назвали Кровавым летом, она отправилась показать первенца своим Владыкам. Единственное дитя Эльтана, мальчик, наследник Сиршаллена. Он был еще совсем мал. Люди пришли морем. Город осадили в одну ночь. Ни объявления войны, ни слов объяснений. Мой народ был не готов. Эльфы слишком долго относились к людям пренебрежительно, чтобы заметить, как сильны они стали. Осажденные не могли оправить гонцов в Сиршаллен или Сигайну, а вести в те времена доходили не скоро. Прежде, чем эльфы смогли бы прийти на помощь, город пал. Всех защитников предали мечу, как и большую часть жителей. Немногих забрали в рабство, словно диковинных зверей. Город разграбили и предали огню. Синай был здесь, как и Эльтан. Когда они узнали, было уже поздно. Они не могли им помочь. Супруга Синая не вынесла утраты. Впала в синар и не проснулась. Очень скоро она угасла. Я уверен, Синай отдал бы все свои годы, о которых так мечтают смертные, чтобы погибнуть рядом с сыновьями на стенах Морского Града. Но они безвозвратно ушли, а он остался. Бессмертный и желающий умереть. — Джон хмуро поглядел в даль. — Но времени оплакивать потери не было. После падения Владрира, Эльтан повел эльфов на Первую войну против людей.

Софи почувствовала, как мурашки бегут по коже.

— Джон… это ужасно. Мне очень-очень жаль.

Джон мягко сжал ее ладонь и поцеловал руку.

— Ты добра и милосердна. Твое сочувствие искренне. Но… ты ведь понимаешь, сколько людских жизней забрали Синай и Эльтан после? Они великие войны, и они участвовали во многих битвах. Синай убивал людей не только ради защиты наших границ, но и из мести. Годы прошли, люди убившие его сыновей мертвы. Люди забыли войны, уже нет тех, кто оплакивал потери. Но у нас они все еще есть.

— Но ведь… ты сам сказал, люди, участвовавшие в войнах, давно умерли. Ведь уже некому мстить.

— Мною движет не месть. И Синай принял это. Он стал моим перстом не просто так, но смирив свою жестокость.

— Меня он, помнится, хотел застрелить, — осторожно напомнила Софи.

— Это другое. Я — Шахране Сиршаллена. Никто не должен был знать, что я вышел в мир людей, и тем более зачем.

— Он бы убил меня, да? — спросила Софи. — Если бы не ты…

Она повернулась и обняла Джона за талию, положив голову ему на плечо.

— Спасибо, что спас меня.

— Ты благодаришь меня напрасно. Я не мог поступить иначе.

— Мог. Но не стал.

Несколько мгновений они стояли молча. Ветер шумел вокруг, шелестела листва. Софи грелась в объятиях Джона, стараясь выкинуть мысли о войне из головы. Почему Джон всегда говорит об этом? Насколько же это ему важно. Для Софи войны людей и эльфов были давнишней историей, а для него… Там погибла его сестра, его невестка и племянник… и если бы не люди, они все еще могли быть рядом с ним. Софи никогда не думала об этом. О том, что каждый эльф, погибший в войне, мог жить до сих пор, и быть Джону другом, братом, перстом…

— Ты не можешь об этом не думать, да? — грустно спросила Софи. — Не можешь не злится на людей, которые уже давным-давно умерли.

— Я не злюсь на людей. Я лишь принимаю их всерьез, в отличии от большинства эльфов.

— Но я человек. Я тоже… Может какой-нибудь мой пращур отрубил голову твоей сестре, а ты…

Джон резко отстранился. Изумление было написано на его лице.

— Откуда ты знаешь?

Софи прикусила губу. Черт!

— Прости! Ох, ну кто меня вечно за язык тянет!

— Кто? — коротко спросил Джон.

— Эльтан. Он… упомянул в разговоре.

Джон хмуро глядел на нее.

— Упомянул? — неверяще проговорил Джон. — Что именно он сказал?

— Да я не помню точно…

— Ты сказала «отрубил голову». Он говорил тебе, как именно она умерла?

— Он… он сказал только это. Прости, Джон. Я не хотела…

— Не нужно. — Джон хмуро отстранился. — Это… то, что я не хочу обсуждать даже с тобой. Прошу, больше не заговаривай об этом.

— Извини… — Софи мучительно зажмурилась.

Ну какая же она дурочка! Ведь Нилан предупреждал ее. И надо же было так глупо проговориться.

Джон хмуро посмотрел вокруг.

— Нам стоит вернуться. Тебя нужно обучить перед встречей с Кайране Меланой. Пойдем, — отрывисто приказал Джон и потянул ее ко входу на лестницу.

Софи заупрямилась.

— Нет! Пожалуйста… Джон подожди. — Он остановился, строго глядя мимо Софи. — Я… я не хочу уходить отсюда так. Здесь так красиво. Пожалуйста, давай побудем еще немного.

Джон все еще напряженно глядел куда-то в сторону.

— Посмотри на меня, — попросила Софи. Он нехотя подчинился. — Я больше никогда не упомяну ее, если это так для тебя болезненно. Прошу, прости меня. Один раз между восходом и закатом, помнишь?

Джон смягчился. Кивнул.

— Ты часто тут бываешь? — попыталась сменить тему Софи.

— Не слишком в последние годы, — отозвался Джон. — Дела отнимают все мое время. Раньше я, бывало, сидел тут часами и глядел то на закат, то на звезды. В нынешнем Сиршаллене звезд не видно. Они меня… околдовывали.

— Обещай, что однажды мы посмотрим тут закат вместе. — Софи за руки притянула его ближе.

— Обещаю, — улыбнулся Джон.

— Клянись, — приказала Софи улыбаясь. — Эльфийской клятвой.

Джон усмехнулся.

— Желаешь, чтобы я