наброски высоких мужских фигур в длинных чёрных одеяниях, окутывающих их тьмой, и изображения страшных тварей, оскалившихся с бумаги. — Что-то в ваших знаниях, благородные лорды, существенный пробел имеется. Вон, Элька, из леса не выходит, но и то знает, что прежде чем Дархэйлера в Бездну-то упекли, откуда он всё равно одним глазком в наш мир подглядывал, попробовал он себя в роли творца и создал несколько десятков себе подобных чудовищ, наполненных тьмой бездны, бездушных, сеющих страх и хаос, да зверушек им сотворил изменчивых, чтобы не скучали его создания и верных соратников имели. Потом припрятал их в недрах земли, до поры до времени, как оружие своё тайное… а потом битва эта закрутилась, когда эту тёмную личность в Бездну-то и отправили, а вот дархины его остались, погруженные в глубокий сон и ждущие своего часа…

— Невозможно, — качнул головой лорд Дарвурд, словно пытаясь развеять по воздуху слова Дарта, чтобы они исчезли без следа и не пугали тут драконов из императорского рода.

— Ой ли? Или если вы не знаете, значит, этого не было? — вновь издевательски хмыкнул старик и очередное доказательство из стопки бумаг извлёк. — Вот записи о том времени, когда был нарушен сон дархинов… сотни жизней, несколько горных племён под корень… Гэррош тогда бились в первых рядах, плечом к плечу с гномами, горцами и парочкой ушастых, что в лесах в то время шастали. Славная битва была… слова старых и давно забытых заклинаний сотрясали пространство, магические плетения, которым давно нет подобных, разрезали воздух, сталь блестела в лучах заходящего солнца, окрашивая закат кровавым цветом… Ценой больших жертв и усилий удалось загнать этих порождений Дархэйлера обратно в их логово. Целую луну пришлось магам удерживать магическую решётку, без сна и отдыха, сменяя друг друга и опустошая свой резерв. Целую луну кипели зелья в лабораториях Жемчужного, призванные пропитать каждый камень, просочиться в каждую щель подземной норы, в которую загнали саму тьму. Целую луну самые талантливые бились над сетью заклинаний, которая навсегда бы запечатала дархинов с их шавками в камне без малейшего шанса на освобождение.

Пока нам Дарт о великих событиях прошлого рассказывал, мужчины успевали ещё и бегло рукописи просматривать. Я же просто слушала. Читала я медленно, а записи ещё и завитушками пестрели, красивыми такими, но абсолютно ненужными и затрудняющими восприятие информации.

— Подождите… — едва не крикнула от озарившей меня догадки: — Гобелен! Гобелен в покоях главы рода! Там же как раз битва изображена…

— Вот, — довольно протянул Дарт, обрадовавшись моей поддержке. — Говорю же, умница!

Когда он такое говорил? Обычно он меня противоположными эпитетами награждал. Но похвале я всё равно обрадовалась и продолжила дальше удивлять своей сообразительностью уважаемого Дарта, пока некоторые недоверчивые личности полностью в изучение записей углубились:

— Получается, что эти магические удары, поколебавшие наше спокойствие — это они, эти дархины? Почему именно сейчас? Почему не раньше или позже? Спали-спали и проснулись?

— Несколько лун назад что-то произошло, магические потоки нашего мира были неспокойны, магический фон колебался, — задумчиво зашевелились брови Дарта, подтверждая всё сказанное их хозяином, — наверняка не знаю, но, скорее всего, нити запечатывающего контура истончились из-за этого или были нарушены, но тьма начала прорываться наружу и ей, заточенный на многие века, хватит малейшей лазейки, чтобы просочиться. Эта лазейка появилась и удары, которые мы почувствовали — попытки дархинов расшатать и пробить сдерживающие их заклинания. Их ручные твари могут менять облик, оттого и называют их изменчивыми, в их силах просочиться зловещим туманом даже в самую узкую щель, чёрной тучей взмыть в небеса или смертоносными иглами вонзиться в беззащитную плоть, напитываясь силой, ужасом смерти, чтобы вернуться к своим хозяевам и поделится полученной мощью…

— Зловещим туманом… — послушно повторила я за Дартом. — Я видела какую-то странную дымку над Хрустальными... по ощущениям, она как раз на «зловещую» подходит…

— В начале лета была попытка проникновения Дархэйлера в наш мир, адепты культа «Дети Покорителя» слишком долго скрывались в тени и не на мгновение не прекращали своей работы. Они подготовились настолько хорошо, что нам едва удалось предотвратить проведения ритуала, целью которого было открытие врат в Бездну, — глухо сказал лорд Рэдвел. — Победа далась нам тяжёлой ценой, много достойных воинов погибло, да и победили мы лишь потому, что все королевства объединились, и сильнейшие маги противостояли этой угрозе.

— Одну угрозу уничтожили, как вторая нарисовалась, — растерянно провёл по волосам лорд Дарвурд, — тогда пространственные грани знатно штормило, прорывы следовали один за другим, еле успевали заталкивать чудовищ из Бездны обратно… и эти дархины, судя по всему, силу своего создателя учуяли, особенно, когда заварушка в Драконьем Хребте началась… вот же Бездна!

— Как убить этих дархинов? — во всей красе проявился обстоятельный подход к жизни у лорда Рэвдела.

При этих словах, у меня словно камень с груди упал, возложенный туда жуткой исторической справкой от Дарта. Была мысль, что лорды послушают-послушают, потом посочувствуют, сделают ручкой и исчезнут в далёких и безопасных далях… а нет, они из той породы рыцарей оказались, которые всегда придут на помощь прекрасной даме… надеюсь, что в данной ситуации прекрасной дамой выступаю я, а не Лиара.

В любом случае, чем бы ни мотивировалось лорды на такой героический поступок, я была им благодарна. Потому что из всего сказанного я поняла одно — счастливое будущее земель Гэррош под угрозой, а у меня из защитников десяток стражников, которые меч последний раз из ножен доставали, чтобы ржавчину с него стряхнуть.

Что-то я не готова к такому повороту событий… ну, в самом деле, какой из меня бравый воин? Хотя надо будет срочно господина Оларта на предмет защитных и атакующих плетений попытать, а то мало ли что… я как-то не готова умирать и свои земли в лапы всякой жути нечеловеческой тоже не готова отдавать.

Вопрос лорда Рэдвела для меня тоже весьма актуальным был. У меня здесь планы на развитие собственных земель полным ходом строятся, скоро в жизнь начнут воплощаться, а здесь какая-то жуть неопознанная с темно-божественной составляющей мне всё испортит собирается! Ну, уж нет! Зря я, что ли, с Саэрой нервы себе трепала? Зубы обломают эти дархины об род Гэррош.

— Убить? Не знаю… — пожал плечами Дарт. — Записей об этом нет, да и не искал я их особо… хотя, в чём-то вы правы, потому что при их пробуждении, прежде чем