механически-сухо, точно он читал Ане лекцию по квантовой физике.

— Ладно, — устало сказал Костя усаживаясь на подлокотник.

— Ладно, — согласился флинт, постукивая вилкой по тарелке.

— Нет, ну надо же что-то делать!

— А смысл что-то делать? — Лемешева отхлебнула кофе. — У меня все равно никогда ничего не получается.

— Ты сейчас разговариваешь со своими мыслями? Или мой голос сейчас является твоими мыслями?

— И когда я перестану говорить сама с собой? Это дурная привычка...

— Стоп, стоп! Получается, ты иногда меня слышишь... или ощущаешь... но лишь в том случае, когда я действительно с тобой говорю, а не когда я говорю с тобой, потому что так надо?!

Аня сдвинула брови и посмотрела куда-то в пространство рядом с его левой щекой, потом снова принялась жевать. Костя вскочил, описал по гостиной круг, поглядывая на экран включенного телевизора, потом сел обратно и с угрюмой тоской поинтересовался:

— Слушай, ну чего ты такая, а?

Лемешева положила вилку и снова потянулась за кофе, безразлично глядя сквозь своего хранителя.

— Посмотри вокруг, на себя посмотри — как так вообще можно жить, не понимаю?!

Флинт скривился, будто у него внезапно разболелся зуб.

— Ты так живешь, будто тебя вообще нет!

— Да, — подтвердила Аня, — иногда мне кажется, что я призрак.

— Видал я призраков — те еще страшилы!.. Ты вот ноешь изо дня в день — ты даже не понимаешь, как тебе повезло! Ну да, с внешностью не особо... Но ты ж живая! А ведешь себя, как покойник!

Аня внезапно швырнула вилку на тарелку и на какое-то мгновение уставилась точно ему в глаза, отчего Косте стало сильно не по себе. Но ее взгляд сразу же скользнул чуть левее, напоминая о том, что его в мире флинта не существует. Это и раздражало, и успокаивало одновременно. Во всяком случае, он мог продолжать говорить все, что вздумается, и не получить при этом чем-нибудь по голове. А в данную секунду этот риск определенно существовал — в бледно-голубых глазах флинта непривычно что-то посверкивало — похоже, на безжизненном горном озере начинался шторм.

— Ага! — Костя обрадованно уставил указательный палец ей в нос. — Я тебя, все-таки, разозлил?!

Но шторм прошел так же стремительно, как и начался, и Аня, окунув сморщившееся лицо в ладони, залилась слезами. Костя, ругнувшись, вскочил, отошел к окну и прижался лбом к стекольному сопротивлению воздуха.

— Как, черт возьми, можно работать с таким материалом?! Ничего не выходит!

— Может, потому, что ты все делаешь неправильно? — приглушенно сказали где-то совсем рядом. Вздрогнув, Костя поспешно оглядел запущенный палисадник, но не обнаружил никого, кроме мусорщика, который деловито размахивал метлой у забора неподалеку.

— Это ты сейчас разговаривал? — спросил Костя в форточку.

— Может и я, — отозвалась темная фигура, продолжая орудовать метлой, — а может и нет.

Денисов тщательно обдумал этот ответ, равно как и свой собственный. С одной стороны, с мусорщиками необходимо налаживать контакты, дабы добыть что-нибудь стоящее для обороны. С другой стороны, дело мусорщиков — махать метлами, а не совать нос в дела хранителей.

— Если ты такой умный, то чего ты с метлой?! — не выдержав, огрызнулся Костя. — Кстати, не ты ли недавно тут ночью в мое окно таращился?!

— Может и я, а может и нет, — движения метлы не замедлились ни на секунду.

— И чего хотел увидеть? Моего флинта голым?

— Может и так, — метельщик хмыкнул, — но пока я видел голым только тебя. Мне не понравилось.

— Не знал, что у мусорщиков есть чувство юмора.

Собеседник не ответил, и Денисов, решив, что диалог окончен, начал было отворачиваться, когда мусорщик внезапно прекратил подметательные действия и, коротко оглядевшись, спросил:

— Торгуешь?

— Хм, — небрежно сказал Костя, наконец-то ощущая себя в родной стихии, — смотря, что у тебя есть?

— А что тебе надо?

— Насколько я понимаю, мне сейчас нужно представить весь ассортимент городской свалки? Выбор-то невелик, — произнес Денисов практически незаинтересованным голосом. Мусорщик, снова хмыкнув, забросил метлу на плечо и подошел ближе, так что теперь Костя мог хорошо разглядеть возможного бизнес-партнера. Ему было уже прилично за пятьдесят, подернутые сединой волосы скромно отступили со лба к затылку, а левая бровь изламывалась почти под прямым углом, отчего казалось, что мусорщик взирает на окружающий мир крайне скептически.

— Ну, ты малек, а мальки перво-наперво просят оружие, а уж потом книжки и газеты, — мусорщик настороженно огляделся, явно опасаясь нахлобучки от безвестного хранителя-надсмотрщика. — Кой-где оконные рамы вынесли, бомжи уже на костерок их наладили, могу достать то, что сгорит. Канат есть, две трубы пылесосные, пластиковые, но обгорели плохо, сразу предупреждаю, — мусорщик произвел доверительное подмигивание. — Пропеллер от напольного вентилятора. Ветки только мелкие, правда, на днях тут тополь ветром повалило, но его придется еще пару деньков обождать — и то без гарантии. Да и очередь уже на него. Стекла нет, а вот бутыльков пластиковых как всегда завались!

— М-да, — протянул Костя, — бедноват-то магазинчик! И на кой, спрашивается, мне пластиковые бутылки?

— Всякое мастерят... — мусорщик снова произвел подмигивание. — Ты че — передачу "Очумелые ручки" не смотрел?

— Смешно. Мне б дубинку хорошую. Потолще.

— Такое редко бывает, — сообщил мусорщик. — Горят долго, в дворовых кострах не каждый день достанешь. А на мусоросжигательном все схвачено, трудновато вынести. Ждать надо. Можешь заказать.

Костя озадаченно почесал затылок.

— И долго ждать?

— По всякому, — собеседник пожал плечами.

— А теннисных ракеток у вас нет?

— Дык железо ж — откуда?!

— Бывают и деревянные.

— Ну не знаю, поискать надо, поспрошать... Дороже будет стоить, так что за ракетку опосля поговорим отдельно, коли я ее найду. Значит, заказываешь?

— Зависит от того, что ты хочешь за свои услуги.

— Ну... — мусорщик пожевал губами, поглядывая в окно поверх денисовского плеча, — твой флинт ведь женщина?..

— Ясно, желаешь оплату зрелищем, — Костя понимающе фыркнул. — А ты вообще моего флинта видал?

— Я тут третий год работаю.

— И все равно желаешь зрелища? Мой флинт, знаешь ли, очень на любителя.

— Я любитель, — сообщил мусорщик.

— И как тебя звать, любитель?

— Яков Иваныч, — ответил собеседник слегка озадаченно. — Но мне больше нравится, когда меня называют Дворником.

— А я думал, вы мусорщики.

— Они — мусорщики, — темная фигура сделала неопределенный жест в сторону покосившейся черешни, — а я — Дворник!

— А в чем разница?

— Ну, Дворник — это как-то поблагородней.

Костя пожал плечами и оглянулся на своего флинта, который, утирая слезы, дожевывал завтрак. Зрелище... Что ж, это вполне выполнимо. Придется немного повозиться, но за возможность обзавестись дополнительными средствами обороны — это ж такая мелочь! В конце концов, он ведь сделает это для ее же блага, разве нет? Денисов ободряюще кивнул самому себе,